Конец одиночеству

====== Пролог ======

Что такое наша жизнь?

Это мгновения, наполненные различными эмоциями: грусть, радость, печаль, счастье, боль, любопытство.

Это события, меняющие нашу личность, наш характер, саму нашу суть.

Это воспоминания, хранящиеся в нашей памяти, и иногда всплывающие оттуда, чтобы мы знали, кто мы есть, и почему такими стали.

Но почему мы живем? Зачем? С какой целью?

В чем смысл жизни?

Каково жить бесцельно? Не это ли называется просто существованием?

Кто-то находит свою цель, и планомерно продвигается по жизни навстречу ей. Кто-то встречает свою цель, но у него не хватает сил ее достигнуть или удержать. И тогда лишь остается с бесконечной печалью наблюдать, как жизнь уходит, сочится из быстро стареющего тела, словно песок сквозь пальцы. И спустя совсем немного времени ты с ужасом осознаешь, что отведенное тебе время истекло, ты потратил его, бесцельно прожигая год за годом. И остается лишь пустота и сожаление. Но ничего уже не исправить...

А что, если цель твоей жизни – это не какое-то достижение, какая-то должность, вещь, не то, что можно заработать, купить, получить в подарок или просто украсть...

Что, если твоя жизнь зависит от какого-то человека? От существа, обладающего разумом, волей... Конечно, и волю можно сломать. Но захочешь ли ты видеть своим смыслом, своей душой безвольную игрушку, сломанную куклу?

Существо, которое уже не сможет подарить тебе тепло, которое порой так необходимо.

Мне с братом не слишком повезло. Нашей целью жизни, нашим смыслом, нашим светом, нашей душой, нашей Парой должны были стать люди.

Должны были. Но так и не стали. И это можно считать двойным невезением, ведь мы были обречены скитаться по свету, постепенно утрачивая то, что единило нас с людьми. Пустота в груди медленно убивала...

Столетия сменяли друг друга, веры становилось все меньше. Чувства угасали, а на смену им приходила безысходность и ледяное равнодушие. И теперь лишь изредка вспыхивали давно забытые эмоции.

Вспыхивали, чтобы снова погаснуть.

Знаете, это как затухающий костер, в котором больше нечему гореть. И каждый порыв ветра выбрасывает в воздух яркие искры и раздувает пламя, отбирая у костра последние силы, забирая ту завораживающую красоту, на которую хочется смотреть вечно.

И настает момент, когда легкий ветерок уже не вызывает яркую вспышку, а окончательно гасит пламя...

Я чувствовал мертвенный холод, я понимал, что мой костер гаснет. Осталось совсем немного времени до того, как я окончательно заледенею...

====== Глава 1. Мёртвые сердца ======

Одиночество.

Ужасное чувство, разъедающее душу, выпивающее жизнь по капле эмоции, оставляя за собой лишь пустоту и серый пепел.

Я был почти одинок.

Почти, потому что рядом со мной постоянно находился мой брат. Но он не тот, кто мне нужен. Он не моя Пара.

Вампир никогда не сможет согреть такого же, потому что мы холодны.

Могильный лёд – наш удел. Трупный холод – наши ощущения. Нет ни чувств, ни эмоций.

Привязанность к брату – всё, что пока удерживало меня здесь, но этого становится мало, чтобы продолжать бороться.

Огонь моей жизни угасал, но некоторое время назад все изменилось. Нет, я по-прежнему не чувствовал всей полноты жизни, но что-то поменялось.

И не в самой жизни, а где-то на уровне чувств.

Это было как предчувствие грозы, витающее в воздухе еще до того, как она разразится.

Словно цвета стали ярче, насыщеннее. Каждая краска заиграла новым оттенком, пробуждая что-то глубоко внутри.

Любопытство?

Это было странное чувство. Странное, но по-своему прекрасное.

Размышления парня прервал рёв подъезжающей машины, а спустя пару мгновений и ее владелец, за доли секунды добравшийся до комнаты на верхнем этаже, фактически на чердаке. Так уж сложилось, что представители этого рода землю уважали, ценили, и настолько же ненавидели, поскольку все успели познать холод земли, который могла растопить лишь Пара. Поэтому, ломая всё стереотипы, что веками складывались в обществе людей, подвалы и подземелья вампиры искренне не любили, хотя и признавали их безусловную полезность.

Длинноволосый блондин оторвал взгляд от вычурной лепнины на высоком потолке и равнодушно перевел его на своего брата. Тот в последнее время был каким-то подозрительно радостным для существа, чьи эмоции увидеть считалось мифом.

Вот и сейчас он слишком сиял. Улыбка ему, конечно, очень шла, делая аристократичное и до чертиков бледное лицо более похожим на человеческое. То, что нужно для существа, привыкшего вечно оставаться в тени, скрываться в серой массе жертв, не подозревающих, как близки к гибели. И тогда нет ощутимого запаха страха. Такого теплого, липкого и слегка отдающего тленом. Но подходила лишь улыбка, а не тот радостный до безумия оскал, который на данный момент красовался на его лице. Слишком близко к истинной сути. Опасно...

Все это было как-то странно, потому он счел нужным поинтересоваться о причине такой радости:

– Что-то случилось? Так сияешь, словно Пару встретил...

Лицо вампира вытянулось.

– Как ты узнал? – шёпотом спросил брат. Слишком растерянно, чересчур эмоционально. Очень похоже на правду. Да и что еще могло вернуть ему эмоции?

Блондин перевел взгляд в окно, за которым начался дождь. С тихим стуком капли просились внутрь дома, словно перемены в их жизни, но так и не попадали туда. Символично... Но уже давно всё равно.

Ресницы затрепетали, опускаясь и скрывая темно-вишнёвый цвет потухших глаз.

– Алекс, ты что, не понимаешь? Я встретил свою Пару! – золотистые волосы вампира взметнулись вверх, когда их обладателя подхватили с кровати и поставили на пол. – Да проснись ты! Что с тобой происходит?

– Всё... нормально, – отозвался блондин хриплым голосом, уже давно не похож на тот чарующий звук, что сводит людей с ума, заставляя добровольно расставаться с драгоценной жидкостью, что так или иначе дает жизнь.