Чтение онлайн

– Только пусть один подходит! – выдвинул я очередное условие, демонстративно сглотнув и дав «петуха» голосом.

– Ладно! – снова снизошёл до моей просьбы «отбойщик». – Баррил, Энрике! Энрике, Баррил!

– Ола, пендехо! – сходу нахамил бугай, не соизволив протянуть руку. Напротив, поближе к монструозному револьверу граблю расположил. – Ты в курсе, что торчишь нам бабок?

– С хера ли? – вернул я «пуме» глумливую ухмылку. – Просто потому, что мне какой-то хрен с горы так сказал?

– Я Баррил! – побагровел бугай.

– А я Профессор, – пожал я плечами. – И что дальше?

– Ты должен мне денег!

– Ещё раз, по буквам, - тяжко вздохнул я, - с какого, извините, хрена?! Ты кто такой вообще?

– А ты не в курсе, пендехо? – допёр, наконец-то, мой, если так можно выразиться, собеседник.

– Представь себе, блин! – с изрядной долей сарказма ухмыльнулся я в лицо бугаю.

Хотя, если поразмыслить, не такой уж он и здоровый. Объёмный – да, не спорю. Потому, собственно, он и «бочонок». А по реальной здоровине тот же Пепе ему сто очков вперёд даст. Да и я на его фоне, если со стороны глядючи, не особо и проигрываю. Роста мы одинакового, так что снизу вверх глазеть не приходится, да и в ширине плеч не особо расходимся. Но пузо у меня однозначно меньше, тут он выиграл. Но меня массой особо не задавишь, где сядешь, там и слезешь! Так, опять я на сомнительные фразеологизмы сбиваюсь, надо успокоиться…

– Я Баррил! – снова завёл свою песню «пума». – Меня в Порто-Либеро все знают!

– А я, получается, исключение!

– Твоя проблема, пендехо!

– Не-а, - мотнул я головой, - твоя! Потому что всё ещё не убедил! И поджилки у меня точно не дрожат!

– Я из «лос пумас»! Мы держим бойцовский бизнес! – предпринял ещё одну отчаянную попытку уговорить меня бугай.

– «Мы»? – с нажимом уточнил я.

– А у меня лично бойцовский клуб! Даже два! – начал распаляться Баррил. – Минимум раз в две недели эвенты мутим! У меня двадцать человек бойцов! Каждый в замесах пятерых стоит!

Хм… а вот это уже реально интересно. Вот только как проверить?

– Серёга говорит, что не трындит толстый! – ожила гарнитура. – И впрямь тот, за кого себя выдаёт. «Пума», натурально, и не из последних.

Ага, сообразил Вова подсуетиться. Равно как и перейти на великий и могучий. Что ж, тем лучше. Есть простор для фантазии.

– Таких, как этот? – пренебрежительно покосился я на Алехандро. Однако ответа не дождался и продолжил: – Тогда сочувствую! Неудивительно, что дела у тебя идут хреново! Настолько, что ты пытаешься чужое бабло отжать!

– Это не «чужое бабло», это моя упущенная выгода, пендехо! – принялся тыкать мне в грудь указательным пальцем Баррил.

Признаться, я едва сдержался, чтобы не сломать его к хренам. Но таки подавил жгучее желание и почти спокойно возразил:

– Я к тебе никаким боком, омбре! С чего ты вообще что-то предъявляешь? Это «тёмные лошадки», любой может участвовать, и без «крыши»!

– Ты не любой! – отрезал бугай. И ткнул пальцем на сей раз в Алехандро: – Тебя вот он подписал!

– Это его проблема! – сплюнул я под ноги оппонентам. – Как говорят мои бывшие коллеги из корпорации, идите поимейте сами себя!

– Охренел, пендехо?! – попёр на меня Баррил, но наткнулся на мой злобный взгляд и сразу же сбавил обороты: – Пойми, омбре! Я же не сам по себе, за мной люди! Серьёзные люди! И если я упустил выгоду, то и они тоже! А знаешь, как они на упущенную выгоду реагируют? Возмещают! И не просто возмещают, а с процентами!

– Хм… с процентами, говоришь? – демонстративно задумался я. – Стесняюсь спросить, а на какую сумму эти серьёзные люди претендуют прямо сейчас?

– Пока что девятьсот штук, омбре! Но это только пока! Чем больше ты качаешь права, тем больше в итоге будешь торчать! Ну, что надумал?

– Передай этим серьёзным людям, что вертел я их на половой оси! – криво ухмыльнулся я. – А если есть реальные предъявы, то будьте так добры, обращайтесь к моему спонсору!

– К какому ещё спонсору?! – опешил Баррил. И неосознанно покосился на Алехандро, выдав с головой и себя, и подельника.

– А вон к тому, который у меня в траке сидит! – ткнул я большим пальцем себе за спину. – Или зассыте и сразу свалите?

– Не дождёшься, пендехо! – рыкнул «пума», но тут же округлил глаза и хрипло выдохнул: – М-монти?!

– //-

Там же, тогда же

– Сюрприз, дерьмо кошачье! – радостно осклабился Алонсо, на фоне телохрана казавшийся неоперившимся юнцом. – Не ожидал, «киска»?!

Н-да! Ещё бы «пелоткой» обозвал… но и без того Баррил скривил такую рожу, будто цельный лимон без запивки сожрал. Любо-дорого посмотреть, одним словом. Молодец Алонсо, умеет, практикует. И абсолютно никакого пиетета с его стороны, хотя оппонент в габаритах превосходил его минимум втрое. И дело тут вовсе не в наличии персонального секьюрити за спиной. Просто места в общественной иерархии у этих двоих несравнимые. Ну и, опять же, предельно ясно, кто здесь и впрямь серьёзный товарищ, а кто шпана. Ну, или близко к тому. И, повторюсь, габариты тут совершенно не рулят.

– А-а-а т-ты ч-чего тут делаешь? – уже не скрываясь, нервно сглотнул Баррил.

– Вывожу кое-кого на чистую воду, «киска»! – жизнерадостно хохотнул Алонсо. И от души огрел бугая по плечу: - Да не ссы, не тебя! Ты-то, насколько я понял, теперь реально шестеришь? – И переключился на Алехандро: - А вот ты хорош, амиго! Всего за год подмять под себя кодлу Баррила! Да так, что никто даже не заподозрил! Силён, уважаю!

– Не понимаю, о чём ты, - соорудил беспристрастную рожу «отбойщик», но на сей раз даже для меня неубедительную. – Меня самого на бабки поставили!

– Да кончай уже ломать комедию, - поморщился Алонсо. – Реально, амиго. Ты, конечно, молодец, но «лос атлетас» в целом тебе не по зубам. Довольствовался бы «кошечками», не лез к большим дяденькам, и никому бы не помешал. Ну а так… как думаешь, кто для меня ценнее: человек, способный за счёт своих знаний и умений изменить игру, или очередной выскочка-карьерист?

– Ну и какую же игру способен изменить этот гринго?! – брезгливо покосился на меня Алехандро.

Видимо, и впрямь осознал, что отыгрывать роль и дальше нет никакого практического смысла. Вон, даже телохран Алонсо уже всё понял – я при появлении грозной парочки предусмотрительно уступил им место и теперь наблюдал за развитием событий со стороны, то есть рожи всех участников видел очень хорошо.