Концерт отменяется

Он падал. Быстро, как нисходящий пассаж в самом напряженном месте соло. И как в соло, время замедлялось, грозясь совсем остановиться. Ветер не давал открыть глаза, да и некогда было думать о том, что происходит вокруг. В ушах стояли звуки мелодий, сменяя друг друга, прерываясь, перебивая. Он знал их все, а еще множество других, которые никогда не играл. Наверное, так и бывает, когда жизнь пытается успеть все, на что в предыдущие года не хватило того самого злосчастного времени. Узнает ли она когда-нибудь, как он сохранил память о ней? Может, и нет. А ему на эту память осталось совсем немного. Темнота.

Есть ли утром что-нибудь лучше, чем кофе? Эта мысль иногда приходила мне в голову, но каждый раз безуспешно ее покидала. Вот и в этот раз, глядя с десятого этажа на просыпающийся город, я вдыхала аромат, поднимающийся от белой чашки, и каждой клеточкой тела впитывала это ощущение. Хорошо…

Кухня, где я никогда не готовила, была выполнена в бело-серых тонах, с черными столешницами под мрамор, на которых кипенно-белые чашки сами по себе бодрили лучше любого кофе. Панорамные окна открывали вид на высотные здания, в стеклах которых блестели оранжевые блики восходящего солнца и уже заполняемый машинами проспект. Стоило только открыть окно, как какофония из шума моторов, автомобильных гудков, визга тормозов и редких далеких сирен врывалась внутрь – безотказный будильник. И все же я предпочитала кофе и пролистывание на смартфоне новостей. Пусть это и было не так непреодолимо бодро.

Я хотела вдоволь насладиться сегодняшним утром. Предыдущее дело раскрыто, приятно пополнило баланс на банковском счете, а новое еще не появилось. Такое случается нечасто, но каждым моментом я стараюсь пользоваться сполна. Это же можно провести неторопливо утро за чашкой кофе, прогуляться, может быть даже пройтись по магазинам… Шопинг – не моя страсть, но если есть возможность, то почему бы не прикупить пару-тройку стильных вещей, которые потом помогут добиться нужной информации? Вычурно я, конечно, не одеваюсь, равно как и вызывающе, даже для того чтобы разговорить упертого свидетеля, но давно поняла, что правильно подобранный костюм или аксессуар может творить чудеса. Однажды мне даже хватило одних только очков «Рэй-Бан».

Допив кофе и одновременно пролистав в телефоне новостную ленту – ничего интересного, – я натянула любимые джинсы и джемпер и уже собиралась идти обуваться, как утреннюю тишину комнаты, до этого нарушавшуюся только шумом кофемашины, прорезал громкий звонок телефона.

«Бог ты мой! – Я не могла пожаловаться на нервы, но сейчас вздрогнула от неожиданности. – Обычно я как раз жду звонка, потому что это зачастую обещает работу, а значит и деньги. Тут как-то меня утро разморило».

Взглянув на телефон, я увидела, что звонит Ленка.

«Что, сорвался урок французского? Или, наоборот, слишком удался?» – подумала я, проводя пальцем по экрану.

– Каман са ва? [1] – спросила я первое, что пришло на ум, но тут же осеклась, зная, что любое – даже самое короткое – упоминание любимого языка могло сработать для Ленки как спусковой крючок, после чего, для того чтобы не попасть на долгую лекцию по словоупотреблению французской лексики, пришлось бы делать только одно – бежать.

– Таня! Таня! – На другом конце подруга была явно чем-то сильно возбуждена. – Тут… А я, главное, иду… А он там и …

Стройное изложение мыслей в моменты крайнего волнения не было сильной стороной Ленки.

– Так, выдохни. – Я знала, как привести подругу в чувство. – Постой спокойно, не суетись.

– Да… фух… стою. – Ленка пыхтела в трубку, переводя дух.

– Вот теперь говори.

– Да я вот на работу вышла, сегодня ж в университете с самого утра пары. И кто только это придумал! Никто ничего ж не понимает, все спят. Это самые бесполезные занятия! Ты их просишь перевести текст, а они смотрят на тебя так, как будто впервые видят. Ну или вовсе не смотрят – спят на заднем ряду. И я ж, главное, пытаюсь их растормошить, но…

– Лен…

– А они ну никакущие! И все время…

– Лен!

– Что?

Остановить праведный гнев подруги по поводу нерадивых студентов – это была та еще проблема.

– Ты позвонила мне пожаловаться на несовершенство системы образования? – сыронизировала я.

– Нет, конечно, извини. – Голос Ленки стал спокойнее. – У нас тут недалеко от дома тротуар перекрыт, народу собралось! Говорят, человек с крыши упал.

Сколько раз я уже слышала подобные новости. Взрослые, подростки, неразделенная любовь, долги и, чего скрывать, пьянка – какие только причины не приводили совершенно разных людей к такому шагу! Кто-то сказал мне, что это решение слабого духом человека. Вместо того чтобы прикладывать усилия и справляться с проблемами, он выбирает со всем покончить разом. Мол, ему так проще. Думаю, «проще» – это в данном случае совсем не подходящее слово.

– Вот я и подумала, – продолжала Ленка, – может, ты знаешь чего?

– Нет, я не штатный сотрудник полиции, с чего бы мне об этом происшествии знать?

– Ну… – Подруга замялась. – Он как-то не похож, знаешь, ну на…

– На самоубийцу?

Никто на них никогда не похож. Закончив мерить комнату шагами, как бывало всегда во время разговора по телефону, я остановилась, глядя в окно. Большинство зданий в районе были высотные – десять, двенадцать, шестнадцать этажей. Человек средней комплекции пролетит это расстояние в среднем за три секунды. Едва ли этого достаточно, чтобы, как пишут в книгах, «жизнь пронеслась перед глазами».

– И почему ты так подумала?

– Ну, он одет как-то стильно, что ли.

– Лен, у людей нет специальной одежды, чтобы сводить счеты с жизнью. – Я отошла от окна, натянула кроссовки, усевшись на тумбу в прихожей, и огляделась в поисках ключей от машины. Вечно они оказывались не там, где их ожидаешь найти. – Чем забивать себе голову чепухой, лучше иди, вон, забивай голову первому курсу французским. Или у кого там пара утром?

– У второго, – почти обиженно просопела Ленка. – Я тут к тебе с такими новостями… А ты…

– Спасибо, я тебя поняла. – Ключи наконец-то нашлись в одной из сумок. – Приму к сведению. Давай вечером созвонимся.

Не дожидаясь, по обыкновению, пространных прощаний подруги, я положила трубку, похлопала себя по карманам, проверяя, не забыла ли чего, и толкнула входную дверь.

Привычный звук подъезда, в котором шаги на нижних этажах перемежаются с топотом голубей на чердаке (и как только птицы могут это делать!), дополнился неожиданным шелестом падающей на пол бумаги. Заглянув за дверь, я увидела коричневый конверт. Видимо, он был прислонен к стене и упал, когда я распахнула дверь.