Чтение онлайн

Во-вторых, он сейчас делал web-страничку для лаборатории Тератогенеза. Вносил очередные добавления, усовершенствования и поправки в институтский web-сайт, частью которого и являлась упомянутая страничка. Ничем другим он пока не занимался. Другие дела и проекты были давно сделаны, и ничего стоящего внимания там не значилось. «Наверно это реакция Хузера, я его все-таки зацепил, — подумал он со злорадством — вот поймаю, отрежу от Интернета к чертовой матери, пусть потом хоть директору, хоть Папе Римскому жалуется. По инструкции я просто обязан его отключить!». Эту инструкцию, естественно, он тоже писал для себя сам, но после утверждения и надлежащего оформления, это уже был подзаконный акт, обязательный для исполнения — «Правила пользования внутриинститутской компьютерной сетью».

Был еще один проект, давно начатый и не вполне законченный, но крепко забытый. Проект был сложный, интересный, но не суливший никаких дивидендов. При создании этой программы он использовал некоторые принципы искусственного интеллекта, а также сетевые технологии обмена данными. Он называл его Проект — Октопус, из-за некоторого сходства поведения программы с поведением осьминога. Он занимался им из чистого интереса и для собственного удовольствия, но, столкнувшись, как ему казалось, с непреодолимыми трудностями, не знал поначалу, как их обойти, все реже и реже возвращался к этой работе, а потом и вовсе забросил. И напрочь про все забыл.

Звали его Александр, а близкие и друзья — Алекс.

— Да, да, входите, открыто! — в кабинетик Алекса кто-то настойчиво стучал. — Ну кто там? — Он встал со своего вертящегося стула, который тут же откатился в сторону на своих роликах, и с недовольным видом открыл дверь. — А, это ты, привет!

— Привет, помоги втащить.

За дверью стоял Лёха с двумя сумками: одна клетчатая, в стиле «челнок», а вторая — обычная, черная, похожая на портфель, только с лямкой через плечо. Было еще «утро» — два часа дня.

— Ага, давай… вот сюда… так. Ну, что тут у тебя?

— Как договаривались, компьютеры притащил. Забыл уже? Посмотри, а?

— Это того мужика?

— Его. А почему ты решил, что мужика? Может это баба? Я тогда сказал просто — хороший человек.

— Про бабу не говорят — хороший человек, говорят — моя знакомая, или хорошая девушка, или одна женщина. Но так звучит уж как-то очень по-восточному. И у женщин редко когда бывает по два компьютера.

— Ты по прежнему, верен себе? У некоторых женщин бывает и по два, и по три компьютера.

— Ну, исключения не считается. И потом, я сказал — редко, а не никогда. Как твой приятель?

— Он совсем раскис, я даже не понимаю — почему так резко. Надежда только на тебя.

— Знаешь, я тоже не бог, могу кое-что, но ничего не обещать не берусь. Информацию отсюда, надеюсь, скачали?

— Какую информацию?

— Содержимое дисков, говорю, скопировали куда-нибудь? А то вдруг они у меня на руках сдохнут, и, что твой друг будет тогда делать? Да, кстати, почему он сам не позвонил, ты что, его посредник?

— Не знаю почему, я предлагал — он отказался. А не скопировали потому, что ты же об этом ничего заранее не сказал.

— Вот я сейчас тебе и говорю. Что, поздновато? вы ребята вроде не похожи на чайников, а все туда же.

— Может, сам перепишешь? Только потом, когда все отладишь, сотри.

— А зачем мне чужой спам? Ну, хорошо, сделаю, только такая работа будет вам дополнительно стоить.

— Да? Сколько?

— Ерунда. Если сделаю, еще полтинник.

— Почему…

— Все, все. Не хочешь — не надо, забирайте ваше имущество, и останемся, как говорится, друзьями. Всех благ.

— Но я ему уже сказал…

— Ну, вот и еще скажешь. Вот, почему я и люблю договариваться непосредственно с хозяином. Он что, с тобой приехать не мог?

— Не мог! У него жена, и вообще какие-то проблемы.

— Только не грузи меня его проблемами. У меня своих хватает. У меня тоже жена. Согласен на такой расклад? Вижу, что согласен. Вводную давай.

— Пропадают недавно созданные файлы. Восстановить не удается. Работает он с Вордом и Экселом. Пропадают не только новые, но и старые документы, если их редактировали или открывали.

— Ясно. Ты сейчас куда?

— Я бы с тобой поболтал, давно не виделись, но времени — в обрез, мне еще в два места съездить надо. Уж извини!

— Тогда — пока. Я позвоню, когда выясню, что да как.

— Ну, привет.

Дверь закрылась. «Обиделся, — подумал Алекс, — времени у него, видите ли, в обрез! Везет мне. Как надо проявлять особую деликатность, так плохое настроение. Он что, красна девица? Ничего, мы знакомы, наверное, лет двадцать, потерпит».

Пока Алекс предавался анализу поведения своего давнего знакомого, зазвонил телефон. У Алекса был только один телефон — городской, внутреннего телефона почему-то не было. Это был еще один парадокс. У многих сотрудников бала прямо противоположная ситуация. Поэтому звонить могли, как из бухгалтерии, этажом выше, так и из другого города.

— Да! — рявкнул он в трубку.

— Саша? — стариковским голосом спросила трубка.

— Иван Борисович? Добрый день, я вас слушаю.

— Здравствуйте. Вы знаете, у меня чего-то сканер не запускается.

— Ваш сканер? Странно. Позавчера он у меня работал.

— Да, и я сам на прошлой неделе на нем сканировал.

— А он включен до или после компьютера?

— Вот, я включил компьютер, нажал мышкой на изображение сканера, сделал все, как вы говорили, а появилась записка, что сканер к работе не готов.

— Сканер включен в розетку?

— Я его не трогал, включил только компьютер.

— Так. Иван Борисович, вы видите, на крышке сканера лежит такая большая черная вилка?

— Сейчас. А похоже на источник питания для телефона? Вижу.

— Воткните ее в розетку.

— В электророзетку?

— Да, — подтвердил Алекс.

— Воткнул.

— Теперь включите программу сканера.

— Как? — не понял Иван Борисович.

— Ну, щелкните мышкой по картинке, где изображен сканер.