Чтение онлайн

— Ладно, а что будет делать гей Миша в это время? — спросил Макар, пытаясь отвлечься от всех этих мыслей.

— Прятаться за деревом и страдать. Крупный план: он стоит за деревом, смотрит на вас, и слезы текут по его щекам. А Дракон стучит членом по кастрюльке и смеется ему в лицо. Стоп, а как Миша сыграет одновременно влюбленного пидорка и Дракона? Ладно, он у нас Марлон Брандо, так что справится… А ужас при этом в Катиных глазах. Катя, продемонстрируй нам, как ты покажешь ужас!

Катя продемонстрировала, но не очень убедительно. Она вообще сейчас думала о чем-то своем.

— Мне кажется, этот ужас может провалить все дело, — сказал Макар. — Нужна кровь все-таки. Кровь может течь в самом конце из пакета женщины с молоком. Эй, ты куда?

Настя поднялась и вновь направилась в коридор, и Макар уже было подумал, что опять обидел ее. Все-таки женщина с молоком — очень важная для Насти тема, а он тут не в тему лезет с какой-то кровью. Но, как оказалось, режиссер не обиделась.

— Я в туалет. Я быстро, не продолжайте без меня.

— Нужно связать молочницу, это чистота, кормление, материнство — и лишение девственности — это кровь. Молоко сменяется кровью. То есть у девственницы Кати во время насилия крови не видно, она будет только капать из пакета молочницы. А Дракон в это время поджигает спички. У нас будет хорошее кино со счастливым концом: мы с Катей счастливы, Дракон с девушкой со спичками счастлив, гей Миша поплачет и уйдет со шлюхой-блондинкой, которая меня пыталась сбить с истинного пути. Эй, меня кто-нибудь слушает вообще?

— Нет, Макар, — сказала Бяша, — ты извини, но ваша с Настей неконтролируемая словесная эякуляция в духе Мэддисона уже всех утомила… Эй, Миш, ну кто так делает, а? Разве нельзя было пакет просто развязать?

Миша, игравший с сушеным бычком, покраснел. Он действительно достал бычка из пакета, не развязав узел, а разорвав посредине. Этот акт всегда почему-то казался всем вокруг преступлением против человечества. Почему — Миша никогда не мог понять.

— А как вообще смывать у вас в туалете? — спросила Настя, выходя из уборной.

— Можно душем, — посоветовал Макар, — душем попробуй…

— 798, 799, 800! Восемьсот спичек уже! Осталось четыреста еще найти — их должно быть тысяча двести.

— Ты что, их считала уже?

Бяша не ответила, но была явно смущена. Макар с режиссером переглянулись — все-таки молодцы, как верно угадали для девушки роль.

— А д-давайте еще Д-дракон будет фанатеть от к-какого-нибудь безумного порно, — предложил все время молчавший до этого Миша.

— Порно про пироманию! — поддержал Макар. — И не нужно никакой цифры: это пугает людей, никаких компьютеров, и прочего цифрового — это пугает людей. Все цифровое — это упадок и разложение, ничего лучше игры Dune 2 пока что создано не было, мы, кстати, можем оттуда взять иконки, если будем выпускать DVD-версию. А так я против цифры. Вот кастрюльки это да! Нам нужна реальная жизнь.

— Блин, какие же мы крутые! — обрадовалась Настя.

— Разумеется, коллега! А девчонки сидят и не врубаются, ты посмотри на них! Сидят и думают: блин, какая чушь, вот бы сейчас лучше сдать экзамен, а потом влюбиться, выйти замуж и всю жизнь красить потолки.

— Да, девочки, а я думала, что вы крутые…

— Слушай, а на самом деле они крутые, а мы лохи! Сидим тут трепемся, а они уже вживаются в роль. Вон посмотри на Дракона: его уже час не видно, а девушка со спичками пересчитывает спички. А может, она будет постоянно сбиваться! Да, ты будешь постоянно сбиваться…

— Или, может, мы все-таки порно снимем? Только я ни разу не смотрела его, я не представляю, что там происходит. Девочки, вы смотрели порно?

— Я в детстве смотрела, — сказала Катя.

— И что там?

— Там какая-то тетка скакала на мужике, а потом они целовались.

— Ну и? Твои впечатления?

— Да никаких впечатлений. Я подумала, что когда вырасту — может вот так поскакать, как она, еще и смогу, а вот целоваться точно не буду, потому что это гадость.

— Да уж, Катя, мало от тебя толку. Но зато на роль ты хорошо подходишь. Надо парней спрашивать, они больше в теме. Макар, ты в детстве смотрел порно?

— Неа. Я смотрел в туалете вкладыши от жвачек Beach Girls. Там были девушки в бикини, а некоторые даже и без лифчика — у них такие белые незагоревшие треугольнички были на груди. А еще я смотрел однажды в лесу полиэтиленовый пакет «Эсмеральда», на нем женщина вообще в одежде была, но мне тогда было все равно. Это был момент истины!

— Истина… Истина… Выходит, с порно у нас ничего не получится, но зато мы связываем кульминационный момент с моментом истины. Правильно? Правильно! Только осталась одна важная деталь: что будет происходить с геем Мишей? Быть может, он влюбится в девушку?

— Какой же это момент истины? Может, мы его замочим просто? Миша, тебя загрызут бродячие собаки. Правда, мы собак-актеров не найдем. То есть найдем, конечно, но его же реально загрызут.

«Шива разрушитель», — пропела Настя и начала кружиться по комнате, расставив в стороны руки.

— Мы потеряли коллегу! Коллега, нам нужен ужас! Чего люди боятся?

— Бородавок на гениталиях. Знаешь, побаиваются.

— Не знаю, никто из моих знакомых этого не боится. Так чего люди боятся? В тюрьму бояться попасть.

— Ну, ты как насильник должен попасть!

— Вообще-то да.

— Но тебя оправдают!

— Да, закончится тогда все сценой суда. Меня осудили там на тысячу лет и последнее слово…

«И две тысячи лет война, война без особых причин…», — пропела Настя.

— И спрашивают: ну почему ты ее изнасиловал? А я говорю: потому что я ее любил. И меня тут же оправдывают. Слушайте, а я могу несколько раз Катю изнасиловать?

— У нас дублей будет много. Вообще ты должен мне давать взятки за такие вещи. Такой дал мне бабла, а я: «Дурочка! Ты забыла! По сюжету тебя трахают не один раз, а три!» Про это мы тоже снимем отдельный фильм: про коррупцию в кинематографических кругах.

— Я, кстати, слышал в метро одну фразу, ты ее можешь сказать как утомленная жизнью молочница. У тебя будет всего одна реплика за фильм. Такая: «Я дала врагу народа». Кстати, а вы помните, была такая считалочка. «Ехала машина темным лесом за каким-то интересом, инти-инти-интерес выходи на букву «С», а на буквочке звезда, здесь не ходят поезда…». Жесткая считалочка, я всегда все эти штуки пытался представить.

— Давайте снимем по этой считалочке кино! — предложила Настя.

— Давайте лучше вернемся к сцене изнасилования.