Чтение онлайн

Лексе показалось, что милиционер на радостях сейчас даже перекрестится.

— В центр.

— Вот и хорошо! Очень хорошо! — довольно забубнил Чирков, но потом понизил голос и очень серьезно продолжил. — Тебе может показаться, я радуюсь тому, что ты отваливаешь с моего района. Мол, с глаз долой, хлопот меньше и все такое. И да, я радуюсь, Лекса, искренне радуюсь, но не тому, что хлопот будет меньше, а потому, что искренне переживаю за тебя с Гулей. Хорошие вы люди, таких мало, светлые. И детки ваши, еще окончательно не пропащие. И будет очень обидно… — он махнул рукой. — Лезешь ты, Лекса, по неопытности твоей, куда не следует. Понятно, изъясняюсь?

— Понятно, — кивнул Лекса. — Спасибо, Акакий Мартемьянович. Понял я все.

— Вот и хорошо! — Чирков хлопнул его по плечу. — И да, совсем забыл. Помнишь, как на тебя недавно покушение пытались совершить? Конечно помнишь, такое не забывают. Так вот, тот, кого ты хлопнул, звался Умеров Рустем, но не татарин, а узбек, житель Канибадама. А второй, который хромой, его брат, Умеров Фархад. Ищем мы его сейчас, да и не только мы, каждый день отчитываться приходится, у начальства дело на контроле. Но пока не нашли мерзавца, как в воду канул. Еще и поэтому поберегись. Ну, с Богом, сынок…

Чирков ушел, а Лекса потопал к трамваю. Москва этого времени ему очень нравилась, даже несмотря на то, что по сравнению с современной, она смотрелась грязной деревушкой. Лешка чувствовал себя в городе как рыба в воде, но сейчас ему резко стало в Москве очень неуютно. Потому что было совершенно ясно, что брат убийцы не успокоится, пока не отомстит.

Неожиданно голова заныла от непонятного предчувствия, Лешку словно шилом кольнули. Он выругался и завертел головой по сторонам.

И все-таки поймал пристальный взгляд с другой стороны улицы. Человечек сразу отвернулся, Лешка ринулся к нему, но дорогу, как назло, перекрыл грохочущий трамвай, из которого посыпалась целая толпа галдящих пассажиров.

На некоторое время все смешалось, а когда Лешка выбрался, непонятного человечка и след простыл. А вдобавок, Алексей еще и не смог вспомнить, как тот выглядит.

— Мара блазнит? Так и свихнуться недолго. Идите вы все кобыле в трещину… — Лекса с чувством обругал вывеску «Мосгосторга» и поспешил на службу.

Инструктаж начался в кабинете Шапошникова.

— По результатам советско-польского мирного договора, полякам отошли обширные территории, находившиеся к востоку от линии Керзона… — менторским тоном докладывал первый помощник начальника Штаба. — В частности: Западная часть Волынской губернии, Гродненская губерния в Западной Белоруссии и часть территорий других губерний бывшей Российской империи. Что, сами понимаете, нас совершенно не устраивает, так как население этих территорий преимущественно не польское. Вдобавок, Польша не соблюдает договоренности о равноправии русских, украинцев и белорусов по отношению к полякам и устраивает на границе провокации, прямо поддерживая банды откровенных антисоветчиков и бандитов. Не говоря уже об остальных положениях договора, которые, Польша, так же фактически саботирует. В ответ на польские провокации, мы тоже проводим свою операцию по противодействию преступной деятельности и по поддержке революционно-освободительного движения в Белоруссии и Западной Украины…

Алексей внимательно слушал и не перебивал Шапошникова. Как еще вчера выяснилось, он практически ничего не знал об этой странички истории страны.

Шапошников сделал паузу и внимательно посмотрел на Лексу.

— «Активной разведкой» формально руководит Разведупр РККА*… — в голосе первого помощника начальника Штаба скользнуло недовольство. — Однако, как выяснилось, операция проводится практически бесконтрольно со стороны Штаба РККА, что, сами понимаете, нас не может устраивать. Вдобавок, из-за отсутствия системного подхода, неразберихи в организации и плохого взаимодействия между подразделениями возникают определенные проблемы в достижении целей операции.

Разведупр РККА — Разведывательное управление Штаба РККА, центральный орган военной разведки СССР в 1921–25 годах.

Шапошников снова сделал паузу и посмотрел на Алексея, словно предлагая ему высказаться.

По кабинету с басовитым жужжанием пролетела муха и села на портрет Карла Маркса. Шапошников проводил ее взглядом, недовольно поморщился и опять посмотрел на Лексу.

— Каковы заявленные цели операции? — быстро поинтересовался Алексей.

— Организация массового вооруженного сопротивления польским властям, — коротко ответил Шапошников. — Предполагается, что подготовленные нами отряды станут ядром сопротивления панам и создадут предпосылку для будущего воссоединения Западной Белоруссии и Западной Украины с Советским Союзом.

— Какова моя роль?

Шапошников еще раз раздраженно поморщился.

— Понимаете, Алексей Алексеевич… — он посмотрел на окно, — создалась довольно странная ситуация. Разведупр курирует операцию, оказывает материально-техническое снабжение и финансовое снабжение, скажем так, революционно-освободительному движению в Западной Белоруссии, поставляет подготовленные кадры, однако, там, на месте, отсутствует единое руководство. По аналогии с армейской практикой, звучит это примерно так: в полку есть командиры рот, но нет самого командира полка и начальника штаба. А точнее, комполка и начштаба есть, но они находятся за сотни верст от своего подразделения и руководят посредством депеш и посыльных. Дошло до того, что ряд командиров подразделений проявляют преступную самостоятельность, скатываясь в махновщину…

Лекса сразу понял, что угодил в какие-то межведомственные разборки. Разведупр переживал нелегкие времена. Его уже начали уплотнять и реорганизовывать, очень сильно урезали финансирование, а теперь, судя по всему, у него собирались перехватить даже управление боевыми операциями.

— Все осложняется тем, — продолжил Шапошников, — что отряды в Западной Белоруссии порой принадлежат даже к разным политическим силам и к разным организациям, что порождает полную неразбериху. Вы назначаетесь официальным куратором операции «Активная разведка» со стороны Штаба РККА. Ваша задача: оказание практической помощи в организации взаимодействия между подразделениями, организация системного боевого планирования, а так же учебно-боевого процесса по подготовке личного состава.

Лекса едва не выругался вслух, сдержаться удалось только неимоверным усилием воли. Такой пакости от Шапошникова он точно не ожидал. Алексей даже приблизительно не представлял, как подступиться к поставленным задачам. Ни с чем подобным, он в прошлой жизни не сталкивался.

— Я понимаю, что вам может показаться, что мы ставим перед вами очень сложную задачу, причем не по вашему профилю, — первый помощник начальника штаба ободряюще кивнул. — Однако, мы верим, что вы справитесь. Хочу чтобы вы знали, вы пользуетесь нашим особым доверием. Нам известна ваша приверженность к тщательному системному подходу, что, по нашему мнению, позволит вывести проведение операции на новый уровень. Как раз обкатаете свои методы в боевой обстановке. В свою очередь, хочу уверить, что мы окажем вам любую возможную помощь. О семье можете не беспокоиться. Я лично прослежу, чтобы о них позаботились. Я вижу, что у вас еще есть много вопросов?

Алексей действительно задал много вопросов, добился на них исчерпывающих ответов, и попутно выбил себе в помощники Семку Ненашева.

Дальше последовал «аудиенция» у начальника Разведупра Арвида Яновича Зейбота — сурового, немногословного латыша, который принял Лексу очень холодно и завуалированно посоветовал никуда кроме организации учебно-боевой подготовки не лезть. Что окончательно убедило Алексея в том, что он невольно вляпался в самое кубло интриг и очень скоро пожалеет о том, что попал служить в Штаб РККА.