Кома
Шрифт:
Янек внимательно посмотрел на меня и в глазах мелькнула догадка.
– А уж не ты ли, дорогая...
Пришлось признаться.
– Я.
Следующие пять-семь минут я молча сидела и ждала пока Ян перестанет кататься по полу, захлебываясь от смеха. Мне же было совсем не смешно. Подумаешь, не удержала равновесие. Подняли сыр-бор на весь уезд. Как будто я не могла упасть случайно...
– Ну может хватит уже?
– спросила я недовольно, когда эти истерические всхлипывания мне порядком надоели.
– Хватит!
– я подкрепила приказ легким пинком.
– Вставай.
Подвывая и прихрюкивая от восторга, Янек вполз на диван.
– Слушай, - он все еще не мог говорить спокойно.
– Так это была действительно ты? Ты?
– Я, я.
– каждым признанием я рыла себе могилу.
– Мама, да ты ж на всю страну опозорилась. Как тебя угораздило так сверзиться?
– Ну...
– протянула я, - немножко не удержала равновесие.
– Ага, - подхватил брат.
– И Дьявол, естественно, абсолютно тут не причем.
– Все верно.
– (Кого я обманываю?) - Абсолютно.
– Не ври!
– Он шутливо погрозил пальцем.
– А с балкона случайно не ты его скинула? Из мести?
Донесла сестренка... До чего же длинный язык у некоторых, ничего скрыть не может.
– Да не скидывала я его... сам свалился.
Зарою эту сплетницу в саду за камином. Будет знать как доносить на меня.
– Да ладно...
– Он сел совсем близко, обнял меня за плечи и зашептал в ушко, - ну мне-то ты можешь все рассказать? Яна сказала ты с ним о чем-то разговаривала до того как он сорвался. И похоже, на повышенных тонах...
Воображаемая яма за камином становилась все глубже и глубже... Размеренно стучал заступ. Еще одно слово - и я погребу мерзкую болтушку раз и навсегда.
Брат всегда был для меня самым близким человеком. Кому еще довериться, если не ему? Может правда, взять и все рассказать? Во-первых, на душе сразу станет легче, когда есть с кем обсудить и кому довериться, во-вторых, моя голова не слишком приспособлена к логическому мышлению, может, он сумеет понять, что тут к чему? За сохранность информации я не опасалась - Янек никогда не был болтуном, наоборот, из него слова не вытянешь, это только со мной он такой разговорчивый. А теперь, с такой тайной, он вообще будет помалкивать. Секрет за секрет. Если он расскажет мой, я обнародую его крайний случай, который, конечно, не случится, но надежно страхует.
Я посмотрела внимательно в его глаза.
– Клянешься, что никому ни слова?
Он удивленно поднял брови.
– А разве все так серьезно? Ну влюбилась ты, ну опростоволосилась...
– Не-ет, дорогой, - многообещающе протянула я .
– Не все так просто. Если бы я просто влюбилась, то и не беспокоилась бы. Ты же меня знаешь. Пошла бы в прямую атаку, а в случае провала поплакала бы и потом плюнула с высокой горы. Или все, или ничего. А если ничего, то и страдать нечего. Нет, малыш, тут заварилась каша покруче. Чертовщиной попахивает.
– Да ладно тебе выдумывать!
Я раздраженно скинула его руку с плеча.
– Да, я сумасбродка, да, я постоянно выкидываю всякие штучки, да, я хулиганю...
– Штучки? Да ты способна весь город на уши поставить за десять минут. Ты не сумасбродка, а настоящий циклон!
– Хорошо, - уступила я, - подойдем к вопросу с другой стороны. Ты когда-нибудь слышал, что я верю в магию?
Брат задумался.
– В инопланетян ты точно веришь. Еще лет семь тому назад на даче ты устроила на них охоту...
– Я серьезно.
– А если серьезно, то ты из тех, кто не поверит, пока не увидит.
Наконец-то.
– Правильно. А теперь подумай, если я так сильно обеспокоена, значит...
– Значит что-то произошло, что тебя убедило и взволновало. А причем тут Дьявол?
– Оставь пока Дьявола в покое. Я совсем не уверена, что он имеет ко всему отношение, но он подозрительно хорошо вписывается во все это.
Янек раздраженно рявкнул:
– Ну ты наконец мне расскажешь, что с тобой было, или мы так и дальше будем тянуть резину за хвост?!
– Кота, ты имел в виду..
– Да, - ответил он поспокойнее, - конечно, кота. Я иногда путаю эти русские выражения.
Хорошо, что только выражения...
Ладно, уселась я на подушку верхом и выложила Яну всю правду, с самого начала. Над Олафом он, конечно же, посмеялся, никогда его не любил. Но чем дальше я рассказывала, тем больше вытягивалась его физиономия. Я рассказала все - и про кольцо, и про кроликов, и про один и тот же повторяющийся сон, все абсолютно.
Когда я закончила, он долго сидел молча, уставившись в окно. Осмыслял, полагаю. Затем спросил:
– Значит, кольцо исчезло?
– Нет, оно у меня на руке.
– Но его не видно.
– Зато я его чувствую. Даже ты заметил, что я руку странно держу - я к нему еще не привыкла.
Он взял мою руку и стал медленно, методично прощупывать пальцы. Из него хороший хирург выйдет, - подумала я. (Он действительно собирается стать хирургом. Прим. Автора)
– Я ничего не чувствую. Все нормально.
– Зато я чувствую. И покоя мне больше вообще в жизни нет. То свет по ночам, то бумаги горят, то ...
– Что?
– спросил он.
– Дьявол падает...
– А он при чем?
– Не знаю. Но я тебе сказала, как-то все странно выходит. Сначала приезжают сразу трое странных типов, потом у меня начинается чертовщина. Как-то все непонятные события происходят в одно время, что позволяет думать, что они связаны...
Я наклонилась низко-низко, прямо к его уху и прошептала:
– А глаза у Дьявола все-таки не голубые, а фиолетовые. Ярко-фиолетовые.
– Фиолетовых глаз не бывает, - медицинским тоном ответил он, - пигмента такого нету у человека.