Чтение онлайн

Чем ближе мы подходили к рубиновым копям, тем больше окружение походило на укрепрайон — надолбы, колючка, небольшие доты, вышки… И вся эта военная архитектура носила следы повреждений и спешной починки. М-да… И ребятки наши, солдатики, все как один — усталые. Ну ладно, магам тут плохо. Что — не могли нормально пехоты прислать? Пулемёты через одного выдать, патронов поболее, солдаты всех зверей к ногтю прижмут! Опять же, надо Афанасия озадачить. Пусть посмотрит, чего можно купить. Чувствую, что в этой кампании ни хрена я не заработаю… Тут бы в ноль выйти…

Ладно, будем посмотреть на месте.

Внезапно зелёнка расступилась, и перед нами возникла огромная крепость. Прям натуральная старинная крепость. Мы остановились. Я даже в верхний люк «Саранчи» выглянул — осмотреться. Впечатляет, я вам доложу! Строители вписали стены поверх естественных скал, да ещё заполировали камень. Туго знали дело — тут какая б ты ни был обезьяна, по таким стенам не поскачешь. Вот только не везде такие стены. И вот там-то животины пробраться могут. Опять же мысля выскочила — что в Российской империи цемент закончился? Отлить гладкие стены метров по десять! Какой бы ты ни был оборотень, а заскочить не удастся. В Сирии вон инженера такую оборону возводили, пальчики оближешь! Но, опять же, будем смотреть на месте.

Подошли к КПП. Я высунулся в боковой люк кабины.

Молоденький лейтенантик у шлагбаума с улыбкой смотрел на наши шагоходы.

— Пополнение? — спросил он с оттенком некоторой, я бы сказал, покровительственной снисходительности, свойственной ветеранам по отношению к новичкам.

Забавно. Ну а что? Погон моих ему снизу не разглядеть. А по пилотскому шлему и походной форме вообще мало что поймёшь. Разве что принадлежность к иррегулярам. Но это для армейских часто наоборот — лишний повод смотреть на нас с пренебрежением.

— Ага! Иркутский казачий механизированный.

— Даже Иркутский? — удивился лейтенант. — А с Ильёй Коршуновым знаком?

— Да кто ж Коршуна-то в Иркутске не знает, ва-ажная птица! — усмехнулся я в ответ.

— Ты бы, казак, аккуратнее со словами и смыслами игрался, а то…

— А то что? — продолжал скалиться я. — Неужто кажному в местный гарнизон входящему караул сразу угрозы выписывает?

— Караул-то нет, — слегка сдал лейтенант, — а вот родня Коршуновская может и не понять. А они ребята резкие, даром что медведи белые.

— Ну, если медведи, тада конечно, куда уж серьёзнее! Ладно, лейтенант, посмеялись и будет. Куда и кому доложиться о прибытии?

— Прямо, не сворачивай, там здоровенное здание — башня старая. И надпись «Штаб», не заплутаешь!

— Понял-принял, благодарю за службу!

Лейтенант отвернулся и пошёл в будочку рядом со шлагбаумом. Полосатая балка со скрежетом поднялась, освобождая проход. Вот мамой клянусь, он щас ещё и доложит куда надо о нас. Я бы доложил. А то ишь, знакомцы Коршуновские! Ходят тут всякие.

Строители крепости явно страдали гигантизмом. Все здания внутри стен поражали колоссальным размером. Вот это они заморочились каменюки таскать! А самое главное — зачем? Ну ладно, сейчас вон те двери в здание в самый раз для шагохода. А раньше? Тут же ничего крупнее слона шастать не должно было? Или как?

Пока думки разные гонял, дошли до башни. А на стене, над воротами, кривыми красными буквами написано «Штаб». Не обманул лейтенант.

Остановили шагоходы. Я слез, слегка повёл плечами, разминаясь — вот, надо же, отвык. Кивнул Хагену, глядевшему на меня с высоты «Пантеры».

— Я на доклад, а ты узнай по технической и хозяйственной части. Лады?

— Яволь, мой герцог!

— Лисы, со-о мной!

Только с командовал, а уже рядом три дамочки в белых кимоно. Так-то они должны были ехать в одном из модульных домиков, что тягачи тащили, но я-то учёный, как знал — не утерпят! Уж лучше пусть рядом будут.

— Идём представительно, — сурово зыркнул на них я. — Ничего лишнего не трогаем. Нет, вообще ничего не трогаем! Каверз без команды не творим! Ясно?

— Ясно, ваша светлость, Илья Алексеевич! — ответила старшая, и все три синхронно поклонилась.

Ладно, хоть Айко меня «дядей герцогом» не навеличивает!

— Ну и прекрасно.

Я пошёл в «Штаб», уж простите меня, но эта идиотская надпись не вызывала уважения и доверия. Что за цирк вообще? Почему не «командный пункт», как обычно? «Штаб», блин горелый!

Только зашёл в башню — словно по голове получил! Внутри прохладно-то как! Какой резкий контраст с удушливой наружной жарой… И народу тут было довольно много. А я-то удивлялся, что база пустовата. Надо полагать, при такой жаре все, кто только может себе это позволить, стараются куда-нибудь в прохладу забиться, в тенёк.

— Служивый, мне бы доложиться кому! — поймал я за плечо ближайшего казака.

Этот погоны считал мигом, и зачастил:

— Туда идите, господин войсковой старшина! Не ошибётесь! Где больше всех орут, там и главные, — он бросил руку к козырьку фуражки и убежал куда-то по коридору.

Интересно… Пойдём. Тут я понял, что встречные на нас с японками слишком много внимания обращают. Обернулся и упёрся в рыжий мех следующей за мной громадной лисы — Айко, в том боевом облике, что она мне на Дальнем Востоке показывала. Что характерно, все три в боевом!

— Эт чего это? — спросил я. — Что за демонстрация силы?

— Так вы же сказали: «Идём представительно», — не моргнув глазом, ответила Айко. — А это, — она колыхнула хвостами, — очень представительно!

— Ну так-то да! — пришлось согласиться мне.

А впереди реально разгорался ор. Кто-то кого-то материл, причём в хоре ругани явно участвовал женский голос. Это кто же у нас такой?

ЦИРК С КОНЯМИ

— … да я вас и ваши идиотские приказы вертеть хотела! — орала баба.