Шрифт:
Владимир Шкаликов
БЕСПОРЯДОК
фантастический роман
Книга I. КОЛЫМСКИЙ ТОННЕЛЬ
Что ты, милый, ходишь мимо?
Я ж не мужняя жена.
Если есть необходимость,
То свобода не нужна.
(Лабирийская частушка).
Часть I
ПОБЕГ
1. Лишнего -- за борт!
Капитан Краснов поднялся на каменную лысину сопки и осмотрелся... Во все стороны, если не
замечать лагеря в распадке и дороги к нему, пейзаж был единообразен, но не удручал: желтый
сентябрьский пушок, наброшенный на черные столбики лиственничных стволов, создавал
настроение праздничной задумчивости. Нежная хвоя малорослых северных деревьев отработала
свой срок и готовилась опасть под первыми ударами мороза. Знание этой краткости природного
торжества и вызывало у Краснова грусть, которая, однако, вместе с паутинками "бабьего лета"
уносилась последним теплым ветерком в безмятежно безоблачное небо. И парила над суетой мира.
– - Страна маленьких палок, -- сказал Краснов громко.
– - Воздух чист, прозрачен и свеж.
Он поправил на правом плече ППШ, висящий вниз стволом, и всмотрелся в распадок. Еще не
слышная из-за расстояния, по дороге от лагеря двигалась машина.
– - "Старателя" увозят, -- сказал Краснов. И усмехнулся странному свойству своей психики: на
работе у него никогда не проявлялась эта привычка -- разговаривать с собой вслух.
– - Видно, воздух
разный, -- он снова усмехнулся, -- в лагере и здесь.
Невидимый с дороги, он проследил, как полуторка проследовала по распадку на север. В кузове
дрожали пустые бочки из-под горючего, а спиной к кабине на лавке сидели трое -- "старатель" и два
автоматчика по бокам.
– - На всю дорогу работы хватит, замерзнуть не дадут.
Конечно, если бы зек сумел их разоружить, то с двумя стволами да в их одежде он мог бы на что-
то рассчитывать. Но и это сомнительно, потому что харчей они с собой не взяли нисколько, а
голодным да после лагерного питания ему далеко не уйти и долго не продержаться.
– - Ничего, -- сказал Краснов, -- десятка не четвертак, авось не сдохнешь.
Он знал, что кривить душой перед собою -- напрасный труд, но не мог не позволить себе этой
небольшой слабости.
Все объяснялось просто, как патрон: двум капитанам, да еще однофамильцам, в одном лагере
не ужиться.
... "Старатель" прибыл в "Ближний" с небольшим этапом в конце августа и, несмотря на то, что
все в этапе, кроме него, были настоящие урки, держал у них полную мазу. По этой причине его и
следовало назначить бригадиром да отправить на заготовку дров -- все же фронтовик. Начальник
лагеря сказал об этом своему заму, лейтенанту Давыдову, но тот с сомнением покачал головой:
– - А вы знаете, какая у этого номера фамилия?
– - Да какая мне, хрен, разница? Хоть Гитлер...
Давыдов раскрыл свою папку и молча подал Краснову.
"Краснов Александр Васильевич, -- прочел Краснов.
– - Воинское звание -- капитан... Десант...
Фронтовая разведка... Старая Русса, Сталинград, Курская дуга... Бухенвальд... Побег из поезда". М-
да... Пусть придет.
Однофамилец явился, хлопнул шапкой по бедру и бесцветно, шепеляво доложил:
– - Герр лагерфюрер, дарф ман... Гражданин капитан, зека Краснов по вашему вызову...
– - Ладно, -- прервал его Краснов.
– - Ты чего это со мной по-немецки?
– - Обстановочка похожая, -- разведчик отвечал тем же низким и бесцветным тоном, только глаза
смотрели так, что Краснову захотелось кликнуть для компании тяжеловесного лейтенанта Давыдова.
– - А ты не путай, -- сказал Краснов спокойно.
– - Там был враг, а тут все свои.
– - Понял, -- этот наглец сразу расслабился, шагнул к столу Краснова, уселся, как равный, на
место Давыдова, бросил шапку на соседний стул и потянулся к папиросам.
Такое в кабинете начальника лагеря не позволял себе даже лейтенант Давыдов.
– - Встать!
– - тихо скомандовал Краснов.
– - Два шага назад! Смирно!
Зек не спеша поднял на него светлые глаза, посмотрел в упор, и Краснов не выдержал, вскочил
первым, потому что ему почудилось, будто в следующую секунду будет прыжок. Зек усмехнулся,
убрал тяжелую руку от папирос, поднялся тоже, но шагать назад не стал.
– - Цу бефель, герр гауптман, -- тон прежний.
– - Я же говорю, обстановка...
– - Молчать!
– - Краснов говорил тихо, ибо кричать было нельзя, это значило бы окончательно
потерять лицо.
– - Только вопросы и ответы. Ясно?
– - Ферштендлихь.
– - И только по-русски, без этого... Понял?
– - Яволь.
Краснов помолчал, глотая оскорбление, потом спросил по-прежнему спокойно:
– - Капитан?
– - Да.
– - Фронтовик?
– - Да.
– - Как попал в плен?
– - Не знаю.
– - Ну не надо! Как это -- "не знаю"?
– - Без памяти был.
Зек смотрел все так же холодно и безразлично, даже без издевки, которую Краснов всегда
замечал в глазах фронтовиков. Этот, конечно, не спросит: "А на каком фронте вы, начальник,
воевали"? Он и без вопросов видит Краснова до потрохов.
– - Как же они тебя, разведчика, за просто так отпустили?