Чтение онлайн

Ходили группами от трех до семи человек, постоянно пересвистываясь с барнотами, которые старательно наводили их на цели. Каждый шорох, каждое движение привлекали к себе внимание. Приходилось носить с собой полные карманы чурбачков, чтобы проверять подозрительные места, бросая их перед тем, как пошуровать там палкой.

Тем не менее, ранений было много. Твари изумительно маскировались, и нападали с полным презрением к смерти. Молодые, стремительные, некрупные, словно запрограммированные на убийство. Или обезумевшие от голода? Джеку тоже досталось. Момент начала броска из-под коряги сквозь редкую осоку он не пропустил, но уйти было некуда. Сам не помнит уже, как извернулся, только когда Рони успокаивала каймана жаканами из обоих стволов, он держал того обеими руками за пасть, сжимая челюсти изо всех сил. Испачкался, поцарапался, но не дал себя укусить. Потом они такие места контролировали всегда из двух ружей.

Зато когда на Рони сиганул камышовый кот, он его картечью сбил с траектории. А потом пара кайманов разом набросились на резиновую лодку, в которой плыла Томочка, так Томочка одного из них распорола тесаком, а второго Сорнелли схватил за хвост и об осину. Поломал, в общем. Осину тоже. Пока Джек добирался до них по пояс в воде, Рони успела из ружья грохнуть еще четыре штуки, что с берега пошли на шум. Кстати, в этом месте вообще какой-то рассадник оказался. Они за час пожгли все патроны с жаканами, с пулями и картечью, а потом забрались на дерево и вызвали подмогу. Еще двум группам работы хватило. Мясорубка получилась.

Так что в день начала занятий повязками на конечностях отсвечивали многие. На удивление, никто не погиб. Трое, правда, угодили на постельный режим, но ненадолго. Еще пару недель события активно обсуждались, так что Джек успел набрать материалов на полтора десятка очерков о похождениях первых двух недель осени. Вообще эта охота по своей масштабности была четвертой за всю историю сообщества аборигенов, когда все, кроме беременных и кормящих, кто способен носить оружие собрались и сделали. Оно конечно, через пару месяцев, в холода вся эта популяция бы повымерзла за редкими исключениями, но барнотов за это время могли бы и ополовинить на паре десятков тысяч квадратных километров.

И начались уроки. По общим предметам Джек за два предыдущих года уверенно опередил сверстников и рассчитывал за эту зиму полностью окончить весь школьный курс. Но, что удивительно, Рони его догнала. Собственно, почему удивительно? Постоянно толклась рядом, когда он занимался, и требовала помощи почти по всем предметам. А он и рад стараться, вываливал все, что знал, да еще и втолковывал с нажимом на глотку, если чего-то не враз схватывала. Теперь вместе разбирались с дифференцированием, анализировали проблемы физики, построенной на основе классической механики, прослеживали переход от формальной генетики к изучению генетического кода. Ну и про жирные кислоты и циклические углеводороды, конечно. Вообще на химию оба упирали заметно, причем с уклоном в практическую область. Скажем, получить пироксилин, или растворитель для красок могли бы, даже окажись они на необитаемом острове.

В спецкурсах их заботы не совпадали. Рони долбила сопромат, детали машин и начерталку, копалась в электротехнике и промышленной электронике, конструкционных материалах и способах их обработки. А Джек изучал социальную психологию, пропаганду и агитацию, управленческие приемы и принципы организации человеческих сообществ. Что забавно, в пределах данной планеты эти знания не особо-то и нужны. Однако, вспоминая свою жизнь во внешних мирах, невольно соглашался практически со всем, что преподавалось.

На этот поистине завал с учебой накладывалась Ронькина работа с самобеглой тележкой. Это Джек так назвал проект по наземному транспорту. На Погибели нет дорог, и никогда не будет. Идеальны были бы гравилеты, но они безумно дороги, делают их далеко и продают неохотно. Да и связь с внешними мирами еще как следует не восстановлена. Воздушная подушка чересчур энергоемка, и на воздушных винтах в лесной тесноте передвигаться рискованно. С гусеничным движителем тоже не все безоблачно, бесконечная лента отнюдь не невесома, и система опорных катков требует серьезного основания. Громоздко выходит, как ни крути.

В общем, пришли к мотор-колесам с шинами низкого давления. С точки зрения эстета рама из жердей на четырех дутиках смотрелась убого, а скорость в двадцать километров в час вызывала усмешку, но массу местных проблем эти уродцы от техники решали эффективно.

Только Рони хотела соорудить шагоход. Математическую модель шестинога ей разработал Гошка, а вот над техническим воплощением замысла корпела целая группа товарищей. Тут, кроме проблемы поворотов и плавности хода, еще и вопрос создания тянущих усилий для сгибания и разгибания ног. Искусственных мышц в их распоряжении нет, поршни в цилиндрах, лебедки, соленоиды - все стандартные технические подходы приводили к такой громоздкости, что от них отказались еще на этапе прорисовок.

Так бы и забросили это дело, если бы не Сорнелли. Он приволок надувную игрушку, которая при выпускании из нее воздуха, опадая с боков, заметно удлинялась, распираемая встроенной пружинкой. Один из шестиклассников долго с ней "игрался", а потом уверенно начертил схему пневматической мышцы. И все сразу поняли, что это как раз то, что нужно. В общем, привод шагохода должен был стать пневматическим.

При изготовлении макета первой же ноги выяснилось, что и здесь не все так безоблачно, как показалось с первого взгляда. Требовались большие давления и их четкая регулировка одновременно для всех до одной мышц. Десятков для каждой конечности. Когда это распределительное устройство просто нарисовали, стало ясно, что места оно займет о-го-го. Ну и вес клапанов, да приводов к ним, да датчиков давления...

Казалось - облом. Тем более что и сами мышцы были великоваты. Ронька уже было собралась смириться с неудачей, как Томочка привела подружку с кафедры полимеров. И тут перед Джековой подружкой открылся целый мир. Оказалось, что она все делала не так.

Что сами мышцы надо делать не, стягивающимися, а сгибающимися за счет различной упругости участков, расположенных с разных сторон.

Что клапана из твердого материала - заря пневмопривода. Использовать следует пьезорезиновые трубки, проходимостью которых можно управлять прямо с выводов процессора. И, кстати, с них же можно снимать сигнал, характеризующий давление на участке, куда подведены проводники.

Что все это, причем любого размера, уже практически готово для ластоходного движителя, который разрабатывают парни с биофака.

Когда Рони принялась за прорисовки ног с учетом новых данных, Гошка привел одного любителя брать интегралы по поверхностям переменного профиля. Сильно помог с расчетами. Но финал оказался феноменальным. Шарниры можно было исключить. Конструирование пришлось снова начинать от печки.

Следующий визитер из группы композитов. Он не сильно пытался вникать в суть вопроса, а достал из-за пазухи прутик и попросил сломать. Сток-ретан, армированный нитью паука падальщика. Короче, штыри опор становились невесомы, а все коммуникации можно было разместить внутри, уже при изготовлении формуя все каналы и закладывая проводники прямо в каркас.