Чтение онлайн

Александр окунулся в эту зеленую стену, словно ныряя с головой в воду. Он даже воздух задержал и выдохнул, только пройдя несколько шагов. Рядом столь же шумно вздохнул Власов, вертевший головой, точно локатор. Видать, гамма ощущений у них была схожая.

Подлесок довольно богатый, так что дальше двадцати метров ничего не видно. Зато нет и намека на буреломы. Нет, поваленных ветвей и даже стволов хватает, но они по сути не представляют сложностей для передвижения. Их можно как перешагнуть, так и без особого труда обойти.

Путешественники переглянулись. Власов пожал плечами, мол, нормально, я ожидал худшего. Александр ободряюще улыбнулся, показал напарнику сектор наблюдения и продолжил путь. Если так же будет и дальше, то скорость продвижения у них будет едва ли медленнее, чем по открытому склону. Здесь хотя бы трава не такая густая, а потому шагать почти так же просто, как и в сосняке.

Нет, а кто сказал, что на склоне не было бы оврагов и тому подобных прелестей. Зато здесь кругом растут деревья и кусты, за которые можно цепляться, помогая себе как при спуске, так и при подъеме.

О, а вот это уже не овраг, а скорее балка. Спуск продолжительный, пологий и такой же подъем. Да еще и видимость среди высоких деревьев, практически лишенных подлеска, ничуть не меньше, чем в сосняке. Метров до шестидесяти все просматривается без особого труда. Хотя бы можно немного расслабиться, ведь дергаться на каждый шорох, весьма утомительное занятие.

– Твою мать!

– Саня!

– Спокойно. Все, я больше не тону. Вот же гадство!

Влететь по пояс в жижу – то еще удовольствие. А ведь с виду все нормально. По дну этой самой балки протекал ручей глубиной едва ли по колено, разве только широкий, так что, не ступив в воду, не переберешься на другой берег. А в месте, что облюбовал Александр, наблюдался ровный участок берега, с которого, казалось бы, можно перепрыгнуть на другую сторону без проблем.

Вот только едва ступив на ровный участок, Александр отчего-то сразу же ушел по пояс в ил. Он, грешным делом, даже испугался. А ну как тут яма глубиной хотя бы метра два. Но, по счастью, вскоре ноги достигли вполне крепкого дна.

Да, не замочив ног, переправиться не удалось. Впрочем, Андрей и вовсе отделался легким испугом. Ему пришлось всего-то разуться, закатать штаны и перебраться на другую сторону, постаравшись не порезать ноги. А вот Александр, решивший пойти по пути наименьшего сопротивления, вынужден был отмываться в ручье. Впрочем, сделать это толком не получилось, Ладыгин не пожелал тратить драгоценное время на такую ерунду.

Как видно, это происшествие было некой платой за пару километров легкого пути. С учетом того, что от места крушения до озера было меньше десятка километров, не такая уж малая фора, если не сказать больше.

Впрочем, потом вновь начались овраги, спуски, подъемы, форсирование ручьев и одной речки. Хорошо, что последняя оказалась хотя и несколько бурной и имела ширину метров тридцать, но все же была мелководной. Правда, ввиду каменистого дна и бурного течения, о том, чтобы преодолеть ее без обуви, не приходилось и мечтать. Так что Власову пришлось-таки намочить ноги.

Покончив с переправой, к полудню им все же удалось выбраться из леса, оставив густые заросли за спиной. Вот только легче от этого не стало. Передвигаться по густой и высокой траве, даже если под ногами ровная земля, то еще мучение. Для сравнения представьте себе, что вы идете по пояс в воде, пусть даже и при отсутствии течения. Угу, весьма выматывающее занятие.

– Что за… Андрей, к бою!

Александр старался не нагнетать лишний раз обстановку. И без того их нервы напряжены донельзя. Самой малости достаточно, чтобы сорваться. А так вон Власов сразу же насторожился, приклад автомата впечатался в плечо. Повел стволом, описывая некую дугу, ничего не обнаружил и вопросительно взглянул на Ладыгина.

– Птица взлетела, шагах в сорока сзади, чуть левее, – пояснил Александр свои действия, указывая направление стволом автомата.

– Ну и что? Испугалась нас…

– А чего ей нас пугаться? Мы уже прошли мимо и отдаляемся.

– Ну, может, просто решила полетать.

– А может, и не может.

– Так и будем стоять? Обойду по дуге, гляну?

– Совсем с головой не дружишь? – Александр разве что пальцем не покрутил у виска.

– Так что делать-то будем?

– Готовься стрелять. Попробую шугануть.

Автомат дважды рыкнул, плюнув короткими «двойками». Александр целился сначала по тому месту, где заметил взлетевшую птицу, а потом взял чуть в сторону. Вообще-то попасть в возможного противника таким образом, да еще не кучей дробового заряда, имеющего солидный разброс, это скорее на великую удачу. Но Александру повезло, если это вообще можно назвать везением.

Окрестность огласил свирепый и недовольный рев, который по определению не мог принадлежать мирной зверушке. Как бы это банально ни звучало, но от такого рева у друзей буквально кровь застыла в жилах. А уж когда над травой появилась сперва холка, а затем оскаленная пасть, на мгновение они и сами застыли, пораженные пугающим и вместе с тем завораживающим зрелищем.

Не меньше полутора метров в холке, с каким-то подвижным горбом, задранной вверх большой головой на мощной и короткой шее, с разинутой пастью, полной устрашающих зубов, широкая грудная клетка… И эта темно-серая со светлыми подпалинами угрожающая красота буквально через мгновение ринулась на замерших людей.

Хорошо хоть, еще не разобравшись в своих ощущениях, Александр нажал на спуск, посылая навстречу зверю поток пуль. Не сильно отстал от него и Андрей. Мало того, он еще и кричал что-то нечленораздельное на одной протяжной ноте. Возможно, от страха или чтобы испугать хищника, а может, просто это была реакция на негостеприимное поведение местных. Во всяком случае, Власов после и сам не мог объяснить, чего именно он пытался этим добиться, как и не вспомнил, кричал ли он вообще…

Господи, ну сколько можно! Уже бы давно привыкли, не мальчики же, в конце концов… Сказать легко. А ты попробуй сделай. Не пахнут штаны – вот и ладно. А то, что трясутся руки, меняя израсходованный магазин на полный, это ерунда.

После рыси Александру казалось, что он уже начинает понемногу осваиваться в этом мире. Опять же взять их путешествие. Несмотря на напряжение, в котором они постоянно пребывали, чувствовали они себя вполне сносно и, как им казалось, начинали вписываться в окружающую действительность.