Чтение онлайн

— Жаль, что в этой машине нет функции ночного видения — с сожалением пнул кресло наш герой — оторвались бы 100 %!

— В эти моделях нет, а вот в дорогом сегменте есть — неопределенно повел плечами Волш — поэтому они и дорогие, да и само лобовое стекло там на порядок круче и серьезнее. Но чего нет того нет, напарник, извини. Зато есть ночной прицел…. и не один, правда, толку от него… — никто ими не пользуется, зачем? Ведь если и подстрелишь что-то ночью, все равно до добычи не доберешься — идиотов покидать вездеход после заката нет,… так а что там у тебя за план, Вик?

— План простой и очень хлипкий: после остановки на ночь, часов через пять, чтобы была глубокая ночь, возвращаемся задним ходом к преследователям… здесь самое тонкое место плана. Но вначале надо продержать дистанцию между нами до самых сумерек, чтобы они нас видели невооруженным глазом и были в полной уверенности, что завтра с утра все решат с нами — ни в коем случае нельзя дать им себя догнать. Это первое, а второе,… сколько ты сделал своих хлопушек, Волш, пока мы отдыхали в поселке?

— Немного, всего восемь штук, я ведь не рассчитывал на боевые действия, планировалось, что мы поищем снова тех черных буйволов, а для этого хлопушек вполне бы хватило,… так а что дальше-то, я не пойму пока твоей мысли?

— Дальше… дальше, глубокой ночью мы задним ходом возвращаемся — тут тоже слабое место, знаю,… надо вернуться прямо в их лагерь и стать рядом как можно ближе, почти впритирку. Шанс промахнуться есть, но ты мне подкинул идею — воспользуемся ночным прицелом, чтобы добраться до наших незваных гостей,… да и путь фиксируется кристаллом — есть высокий процент успеха!

— Допустим, мы продержимся до заката, допустим, сможем вернуться к ним,… что дальше-то?

— Я предлагаю поджечь их и привлечь на огонь ночных хищников — вряд ли голодная фауна пропустит мимо своего внимания такое представление — даже если до людей звери и не докопаются, то повредят машины, а там и мы получим преимущество… Сам вспомни, сколько нам тогда поломал тот ночной кузнечик всего за какой-то час, пока мы добирались до периметра поселка?

— Ты совсем идиот, Вик? Ты собрался ночью бродить по саванне — Волш изумленно смотрел на парня — у тебя что, ночное зрение есть, да тебя там сожрут даже без ментальной атаки. И потом, что ты там собрался поджигать — металлический броневичок, что ли? Так металл не горит, да и бронестекло тоже, если ты не в курсе.

— Почему сразу идиот? — обиделся землянин — если подъедем вплотную, то почти не придется ходить. А по поводу металла стекла — я не собираюсь делать глупости, у меня все просто: оба вездехода поджигать и не надо — хватит и одного. Вот смотри: колеса, там внутри контактная часть должна гореть — надо ее просто полить топливом для затравки, так сказать, а кроме того есть крыша — там можно накидать какой-нибудь одежды или тряпок и полить сверху опять же топливом. Будет гореть так, что заметят и с пары километров, а зверушки ночные тут очень любопытные — 100 % что пожалуют познакомиться.

— Ты точно идиот! — констатировал Волш — но идиот с фантазией,… а мои хлопушки тебе зачем тогда? И как ты на крышу к ним попадешь?

— Так же, как и к нам можно забраться — в конструкции всех без исключения вездеходов есть две аварийные лестницы на крышу, чтобы забраться туда, если, например люк заклинило — ты и сам все знаешь, просто этими лестницами никто не пользуется, так как машина надежная и случаев отказа оборудования очень мало. Они ведь выдвижные, проектируются однотипно на всех моделях, но это не главное. Главное — добраться туда с тряпками и банкой топлива без звука, и здесь мне реально страшно, партнер, но остаться тут мертвой тушкой для прокорма падальщиков мне еще страшнее. Я ведь провел в саванне несколько недель — почти месяц, пока натолкнулся на людей — спал на деревьях, питался фруктами, и хоть сейчас я с оружием и на колесах, но поверь, все равно люди куда опаснее, чем животные. В саванне можно выжить, чему я пример, а с людьми, которые у нас на хвосте, скорее всего, нет.

— Хм, ты мне не рассказывал об этом периоде своей жизни — нахмурился Волш — чем еще меня удивишь, напарник?

— Как-нибудь потом расскажу, если станет сильно интересно, но там все просто, особо рассказывать не о чем, лучше давай подготовим инвентарь, и, кстати, хлопушки понадобятся на крайний случай, если эти парни решат вылезть наружу. Тут расчет такой: если не побоятся, то откроют люк и попытаются сбить пламя — вот тут то и пригодятся твои самоделки — бросим пару штук, чтоб назад залезли. Хотя должны понимать, что крыша не горит, но мало ли, хе-хе. А если полезут все-таки, то стрельнем пару раз — тут и подсветка сразу, а мы еще и ночники нацепим на винтовки,… но думаю, что твари среагируют раньше нас.

Подготовка много времени не заняла — пожертвовали несколькими комплектами одежды и кое-какими бытовыми предметами, которые хорошо горели,…теоретически. Затем перелили в двухлитровую бутылку немного топлива — тянуть большее количество было бессмысленно, а того что есть должно хватить на создание небольшого костра — надеялись, что это привлечет внимание хищников. Еще одной проблемой стала обувь — требовалось забраться по выдвижным скобам тихо, а в ботинках это было трудно сделать — тут решено было просто обмотать их теми же частями одежды, так как ничего мягкого и легкого среди обуви в вездеходе не было. Ну не в ночных же тапочках идти на дело? Весь следующий день провели на нервах и в состоянии томительного ожидания — преследователи сокращали расстояние, и была вероятность, что их настигнут до наступления темноты. Но повезло: на ночевку устраивались почти рядом — до двух вездеходов было не более трехсот метров. Это расстояние было примерным — Виктор успел в последних лучах солнца воспользоваться встроенным в бинокль дальномером, чтобы хоть ориентировочно оценить дистанцию, которую придется проходить ночью задним ходом практически на ощупь. Хоть маршрут и записывался в кристалл, но идеально повторить путь с точностью до метра дело совсем нереальное.

С первого захода промахнулись, хоть парень и пытался корректировать движение через ночной прицел — обзор он давал мизерный, это ведь не полноценный военный ПНВ — небольшой круг зрения не позволял точно ориентироваться в ночи. Выехали в сорока метрах от стоянки двух машин — те поставили свои агрегаты рядом, почти впритык, оставив место для откидного пандуса у центрального входа между двумя корпусами фургонов. Виктор не решился выходить в ночь так далеко — даже этих сорок метров его пугали не на шутку, ведь с его неумением тихо передвигаться он точно привлечет к себе внимание, поэтому отъехали назад и повторили попытку, только теперь уже ехали нормально вперед. В этот раз Волшу повезло, и он остановил свой вездеход всего в четырех метрах от борта чужой машины. Такая дистанция была уже более приемлемой для парня, и землянин стал собираться: рюкзак с топливной бутылкой и шмотками за спину, ночной прицел в руки и подошел к выходу — сердце стучало в груди так, что ему казалось его слышно всем вокруг за километр. Страшно было до дрожи в коленках, настолько он уже привык к безопасному нутру вездехода — некоторое время оба стояли возле дверей в прицепе и смотрели друг на друга, прислушиваясь к звукам снаружи.

К сожалению, конструкция корпуса и дверей имели хорошую звукоизоляцию, и ничего не удавалось расслышать, и так как тянуть больше не было смысла, погасили в прицепе свет и открыли дверь. В лицо пахнуло ароматами саванны, которые принес ночной теплый и легкий ветерок. Одновременно навалился набор разных звуков, различить в которых что-то было трудно, так как ветер колыхал окружающую траву, чей шелест сбивал с толку, не давая сосредоточиться. Четыре метра, которые разделяли борта двух машин, парень преодолел почти за минуту, затем прижался к корпусу чужой машины и безрезультатно пытался успокоить сердце, которое стучало, как бешеное. Окружающая темнота и ночные шорохи его настолько пугали, что несколько минут он стоял не двигаясь, пытаясь заставить себя сделать шаг в ту сторону, где по описанию должна быть выдвижная аварийная лестница на крышу. Желание поливать колеса сразу пропало — хотелось как можно быстрее оказаться наверху — там было относительно безопасней. Ночной прицел оказался почти бесполезным и только занимал руку — засунул его в карман и дальше все проделывал на ощупь — первую скобу нащупал через долгие пять минут, борясь со страхом и постоянно останавливаясь от подозрительных звуков, хотя точно помнил, где она должна выдвигаться.

Осторожно потянул — ступенька вышла из пазов туго, но без скрипа — сказывалось то, что ею никто и никогда, видимо, не пользовался с момента постройки машины. Затем вторая, немного выше третья… — стал подниматься — было неудобно, сзади болтался рюкзак, опора была маленькой, ботинки, обмотанные тряпками, тоже оказались неудобными. Верхние скобы приходилось вытягивать уже одной рукой, так как второй придерживался за корпус, чтобы не терять устойчивости на ступеньке. Две последние тянул двумя руками, корпус вверху шел с наклоном — там можно было прислониться к нему — последняя скоба вышла со скрипом, и Виктор замер, подумав, что сейчас внутри зашевелятся обитатели машины, но пронесло — очевидно, все та же звукоизоляция сработала. Сложил все вещи в кучу, включая рюкзак и пустую бутылку, когда выплеснул ее содержимое на подготовленную кучу барахла и немного налил в сторону лестницы, чтобы оттуда поджечь. Теперь предстоял самый рискованный пункт плана: следовало поджечь и успеть спуститься вниз, а потом добраться до своего вездехода целым и никем не съеденным.