Чтение онлайн

Кроме него имелась еще парочка более напоминающих кюре, включая рясу, однако в индейской иерархии данный тип стоял на верхней ступени. А как же! Кто-то подумал, что правильные моравские братья и иезуиты оставят паству без пригляда и позволят ей бегать куда угодно? Это только мне позволено иметь столько наивности и не поинтересоваться столь важным вопросом. Ох, не зря они сразу не появились. Однако стоило договориться - и тут же нарисовались, вызывая глухое раздражение моих протестантских милиционеров. Все время приходилось внушать про королевский указ и по возможности не смешивать отряды, а то бы и до драк дошло.

Зато когда вместо вынужденного сидения в одном городке начались походы, все достаточно быстро изменилось. Стоило впервые вместо обороны нанести удар по врагу и получить неплохую добычу, как устремления заметно изменились. Мы не просто сидели в страхе, а сами наводили его на озере Эри. Не обращая внимания на отряды противника, принялись с подсказки знающих берега методично опустошать вражеские земли. Сперва мелких и слабых родов, потом более сильных, ставя перед собой задачу уничтожать не столько людей, сколько посевы и продовольствие, которое отправляли в Де-Труа.

– Другое дело здешние племена, - продолжал отец Винсенто. При всем простецком виде он умел говорить не только о божественном или практичном.
– Они столетиями жили в непрерывных войнах и не имели понятия о частной собственности на землю. Она у них до сих пор общественная. И без помощи белых замечательно умели сражаться, но получив оружие, стали делить охотничьи угодья с новой силой. Ведь за бобровые шкуры платили, и вещи были неплохие. Особенно мушкеты, благодаря которым изменилась расстановка сил.

Опять ударили орудия, окончательно пробив брешь. Сержант Гринис не только умел хорошо пить алкогольные напитки, но и точно наводить. А единственное, чем помимо требований продолжать держаться нас потчевала Канада, был порох. Вот это мы получили из Форт-Ройала в немалом количестве, благо - пусть и грех так говорить, солдатам он уже был без надобности. Из дюжины фортов на границе, судя по сообщениям с севера, уцелел, кроме наших, всего еще один. То же самое происходило возле Нового Амстердама. Там сожгли три достаточно крупных города, множество ферм, не щадя никого при нападениях.

Ни губернаторам колоний, ни тамошним ополченцам было не до наших проблем. У них своих по горло хватало. Ко всему никакого единства в борьбе с индейцами между колониями не наблюдалось. Те, кого не затронули события, не желали делать ничего. Ни послать на помощь людей, ни выделить некие суммы для закупок остро необходимых военных материалов или на обустройство беженцев.

Так и отписал подполковник: "Держитесь, помощи не будет". Тем не менее, я продолжал регулярно слать подробные донесения и даже пленных. Правда, не особо много. Так, для показа. Мужчин мы обычно просто убивали, а сдавшихся женщин и детей разбирали союзные индейцы. Надо сказать, когда стало ясно, насколько удачно проходит грабеж с нашей стороны, скрыть количество добытых скальпов и шкурок лисиц, норки, выдры, бобра и ондатры, добытых в разгромленных деревнях, никто не пытался, напротив - хвастались, ко мне пришел сначала приличных размеров отряд потаватоми, а затем несколько сотен оджибве. С сенеками и эри они давно находились во вражде и только поэтому не присоединились к нападению, а те как раз по этой причине на нашей стороне задерживаться не стали, опасаясь удара в спину.

– Когда правительство признало за индейскими племенами права суверенных наций и заключило договоры о границах, это было очень правильно. С одной стороны, снимает причину для конфронтации, с другой - хотя бы в общих чертах одинаковое законоприменение за преступления по отношению к разноцветным подданным. Безнаказанно застрелить индейца все же не так просто, если это происходит не в чаще. Придется отвечать.

– А не для того было сделано, чтобы протестанты не удрали из-под власти куда-то в глубь страны?

– Скорее всего, такой мотив при определении политики присутствовал, - спокойно согласился священник.
– Но, положа руку на сердце, разве смогут поселенцы на ферме обеспечить себя самостоятельно кучей вещей, производимых в цивилизованном краю? Нет, как не способны и индейцы. Значит, они быстро скатятся до их уровня. Выходит, определенный смысл в том имеется. Пусть и не сразу виден.

– Да-да, - кивнул я, наблюдая за подозрительным мельтешением за оградой.

Индейцы дураками никогда не были. Прекрасно сообразив, чем мы занимаемся на побережье, собрались в центральном поселении-городке. Он стоял на холме и был укреплен гораздо сильнее, чем обычные деревни. Туда свезли все сохраненные запасы продовольствия, и там собралось достаточно много народу. Осада бессмысленна, да нас и не больше сидящих внутри. Прямой штурм обернулся бы немалой кровью, но они не имели собственной артиллерии и не применяли ее при штурмах. Поэтому наше поведение стало в достаточной степени неожиданным. Я, конечно, в захватах крепостей не участвовал до сих пор, однако слушать умею и умных советов не отбрасываю из глупой спеси, потому что так раньше не делал.

Выкопали траншеи, поставили прикрытие, перекрыли озеро постоянным присутствием куттеров и, установив на соседней возвышенности батарею вне дальности ружейного огня, да еще и за земляной насыпью, принялись спокойно расстреливать крепость. Торопиться особо некуда, а уйдем восвояси в случае неудачи или начнем штурм не раньше, чем порох закончится. Как минимум еще несколько дней. Главное, чтобы опять не зарядили бесконечные дожди, что свело бы наше преимущество к нулю: все же осень, и скоро станет не до походов.

Скоро от хлипкой ограды вообще не останется ничего, и можно будет прямой наводкой сносить дома и беженцев. Если они не конченые идиоты, а до сих пор такого не замечалось, обязательно попробуют пойти на вылазку.

– Дворяне озаботились благосостоянием крестьян, - произнес я с ехидством, - а не сдиранием с них последней шкуры. Рыбы научились летать, орлы - в норах жить.

Про замечательных монархов, болеющих душой за народ, все же хватило ума промолчать. Людовик отвечает разве перед богом за свои действия.

– Мечтаешь о всеобщем равенстве? Ты читал энциклопедистов?

– В нашей глуши и с моим образованием, простите, не в курсе, о чем речь. Но равенства не будет никогда.

– Если отменить сословия и дать один закон всем...

– Люди, - устало сказал я, - не рождаются одинаковыми. Помимо чисто физической разницы: цвет кожи или один от рождения болен, а то и просто некрасив или немощен, - существует и всегда будет присутствовать имущественная. Отпрыску богатого семейства легче получить образование, ценную и престижную профессию, и даже отмазаться при одинаковом преступлении проще. Потому что он найдет хорошо знающего дело адвоката или просто подкупит свидетелей...