Кольцо
Шрифт:
Дождь и правда вскоре пошел — холодный, мелкий и противный, заставивший его довольно скоро развернуться и уехать домой. В такую погоду болтаться по улице мог только законченный фанатик.
Он снова увидел ее только через три дня и, издали заметив приближающуюся фигурку в светлой майке, сразу, еще не видя лица, понял, что это она.
Похоже, девушка тоже вспомнила его — во всяком случае, кивнула и махнула рукой. И в тот момент, когда их глаза встретились, он быстро достал из кармана коляски специально приготовленную бутылочку минералки и с улыбкой помахал ею в воздухе.
Ну вот, сейчас все должно решиться... Если она отмахнется и проскочит мимо, второй попытки он делать не станет. Хотя и эта была, наверное, ни к чему...
Но девушка без колебаний свернула к нему и приостановилась.
— Привет!
— Привет...
— Как дела?
— Нормально.
— Хочешь пить? — Он протянул минералку.
— Пожалуй...
Она сделала несколько глотков и вернула ему бутылку.
— Спасибо. Сегодня жарко.
Было не так уж жарко, но она разогрелась от бега. Щеки разрумянились, а ноги, как и в прошлый раз, нетерпеливо переступали на месте.
— Ник.
— Что? — Она непонимающе взглянула на него.
— Это меня так зовут. Ник Райан.
— А-а... — улыбнулась она и кивнула. — Нэнси.
Протянула руку — небольшую, но неожиданно сильную и жесткую. Пожала — коротко, почти по-мужски.
— Это имя тебе не подходит...
— Почему? — удивилась девушка.
— Когда я слышу «Нэнси», то всегда представляю себе что-то такое. — Он очертил ладонями в воздухе нечто круглое. — И с кудряшками.
— Тем не менее меня зовут именно так, — рассмеялась она, — и кудряшек у меня нет, — слегка взъерошила и без того растрепанные волосы.
Секундная пауза, пока он искал, что бы еще сказать, — и момент был упущен. Девушка отступила на шаг.
— Ну ладно, я пойду... — Прозвучало это так, словно она спрашивала у него разрешения. Ему оставалось только кивнуть.
Она отступила еще на шаг, улыбнулась, и через секунду ее уже не было рядом.
Ник не стал оборачиваться ей вслед, хотя... пожалуй, хотелось... Усмехнулся, подумав, что в былые времена он на такую... простенькую дважды и не взглянул бы. Тогда ему нравились хрупкие маленькие стервочки, которых было приятно сначала довести каким-то пустяком до истерики, а потом тут же получше утешить.
А сейчас... зачем это все?!
— Привет!
— Привет...
— Почему тебя вчера не было?..
— Проспала. Так снаружи мрачно и слякотно было — не хотелось из-под одеяла выбираться...
— А ты в дождь не бегаешь?
— Когда как. Вообще-то надо, но не всегда удается себя на улицу выпихнуть...
— Привет!
— Привет...
— Ты что, простудился?
— Да ну... Так!.. Хочешь кофе глотнуть? У меня термос с собой...
— Давай!
Они ни о чем не договаривались, но встречались теперь почти каждый день. Так получалось...
Короткий разговор, три-четыре фразы, иногда пара глотков воды или стаканчик с кофе. Один раз — печенинка. Как-то он предложил ей сэндвич — Нэнси отказалась, сказав, что на полный желудок тяжело бежать.
— А тебе еще далеко?
— Больше половины.
Так он узнал, что она живет за парком — наверное, в одном из двух многоквартирных домов рядом с колледжем.
— Привет!
— Привет...
— Завтра я, наверное, не приду...
— Чего так?
— К зубному надо. Ужасно не хочется...
— Привет!
— Привет...
Глава 2
Когда Нэнси пропала, он не сразу забеспокоился. И раньше бывало, что она исчезала на пару дней — особенно в плохую погоду — а потом, смеясь, говорила, что так и не сумела выпихнуть себя под дождь.
Но погода стояла более или менее приличная, даже солнце порой проглядывало...
Прошло два дня... три... неделя. А девушка все не появлялась...
Неприятнее всего было думать, что она сменила время пробежек или вовсе перестала бегать из-за него, что ей стало почему-то неприятно встречаться с ним... Хотя непохоже... он же не позволял себе ничего особенного и ничем не мог ее обидеть.
А может, она заболела... или еще что-то случилось?
Он никогда и ни о чем ее не спрашивал. А почему, собственно? Не хотел, чтобы о чем-либо спрашивала она? А в результате он даже не знает ее фамилии.
И возможно, так никогда и не узнает, что произошло...
Прошло десять дней. Ник наконец понял, как все это глупо, и перестал часами торчать на кольце, уговаривая себя, что надо еще немного подождать — и вдалеке мелькнет знакомая фигурка.
Он сам знал, что характер у него не из лучших, — как знал и то, что в последние дни совсем сорвался с тормозов. Придирался ко всем по пустякам: ни с того ни с сего заявил миссис Фоллет, что она вечно все недосаливает (в результате получил на завтрак пересоленный омлет), а Бену рявкнул, что стрельба, раздающаяся из дурацкого ящика, мешает ему работать, правда, тот давно привык к его выходкам, и даже не подумал убавить звук.
Мешает работать... Из окна кабинета хорошо просматривался небольшой участок дорожки — вот туда Ник непрестанно и смотрел, вместо того чтобы заниматься делом...
Глупо... Она же не обязана появляться на кольце каждый день. Решила больше не бегать, и все. А может, ногу подвернула? Или простудилась — и лежит сейчас одна с температурой?..
А почему обязательно одна? Может, и не одна... может, она вообще замужем! У нее своя семья, свои проблемы, своя жизнь — какое ей дело до него и до его беспокойства?!