Чтение онлайн

– Ты любишь ее? – повторил старик.

Молчание гостя ему не нравилось. Он обожал внучку, вырастил ее с младенчества и желал ей счастья. Родители Йоко погибли, девочка чудом осталась жива, и Накаяма вынужден был скрываться вместе с ней. Он даже не смог отомстить убийцам сына и невестки: маленький ребенок лишил его этой возможности. Йоко выросла, расцвела, как майский цветок; она была достойна любви, и никто не смел портить ей жизнь. Этот непрошеный гость украл ее сердце, и теперь пусть женится. Почему он молчит?

– Я согласен жениться, – едва слышно ответил, наконец, Фарид. – Сделаю все, как вы скажете, учитель.

– Сделаешь, как я скажу? – с недоброй улыбкой переспросил Накаяма, и Фариду показалось, что в его глазах-щелочках полыхнула молния. – Йоко моя внучка. Она красивая, умная девушка и не нуждается в одолжении такого молодца, как ты. О чем ты думал, ложась с нею? Не увиливай! Я не этому учил тебя. Если делаешь что-то, умей отвечать за свои поступки. Я тебя спросил: ты любишь ее?

– Нет, – мучительно краснея, выдавил Фарид. – Но… она мне нравится. Я буду рад иметь такую жену, как Йоко, и никогда не обижу ее.

– Этого я не допущу! – процедил сквозь зубы старый японец, и молодой человек вздрогнул от ненависти, что прозвучала в его голосе. – Честь Йоко и моя необыкновенно дороги. Тебе этого не понять! Ты чужой для нас. Чужой… Но дороже чести – счастье моей внучки. Она мало видела людей, особенно мужчин. Только поэтому тебе удалось соблазнить ее. Так что не обольщайся на свой счет. Это ее ошибка. Йоко молода и успеет все исправить. Она выйдет замуж за мужчину, который полюбит ее.

Фарид хотел возразить старику, как-то оправдаться, но слова застряли у него в горле. Накаяма заметил его неуклюжую попытку и усмехнулся.

– Не суетись, парень, – тяжело, как будто каждое слово было громоздким камнем, произнес он. – После этого разговора я должен убить тебя, чтобы защитить свою честь. И если ты завтра же не уйдешь, я так и сделаю. Уходи от нас! Навсегда. Уезжай отсюда как можно дальше, иначе я за себя не ручаюсь! Сегодня я не хочу огорчать Йоко твоей смертью. Но завтра… голос крови моих предков-самураев может оказаться сильнее рассудка. И тогда тебе конец. На этом побережье ты от меня не скроешься. Если я увижу слезы на личике внучки, то найду тебя и прикончу! Уезжай.

Так, нежданно-негаданно, судьба распорядилась сама. С большим трудом, то и дело останавливаясь, Фарид добрался до поселка охотников, передохнул и отправился во Владивосток. Уладив дело с переводом денег в Питер, Гордеев написал капитану «Хабаровска», что увольняется и срочно уезжает домой по семейным обстоятельствам. Он понимал – старик шутить не будет, и своей жизнью Фарид обязан Йоко, ее чувствам к нему. Уже из владивостокского аэропорта он послал прощальное письмо Наде.

Родители, вне себя от радости, встречали его с цветами. В Петербурге вовсю цвела сирень, по Неве плавали нарядные белые катера. У Фарида Гордеева, тридцатилетнего холостого мужчины, началась новая жизнь. Повидавшись с отцом и матерью, он уехал в Карелию, к другу, который давно звал в гости. Возвращаться в Питер не хотелось, и Фарид остался в поселке: работал лесорубом, сторожем, кем попало. Потом это ему надоело, и он махнул на Кольский полуостров. Холодные воды Баренцева моря наводили тоску. Несколько лет прошло, как вязкий нескончаемый сон. Из Петербурга пришла телеграмма: мама сообщала о смерти отца. И Фарид Гордеев очнулся. Он собрал нехитрые пожитки и поехал домой, теперь уже надолго.

Не без помощи денег, которые он перевел из Владивостока, родители устроили ему квартиру в театральном доме. Пока сын отсутствовал, они сдавали жилье иностранным студентам. Фарид сперва решил пожить с матерью. Полгода сидел без работы, а потом занялся частным предпринимательством – открыл ориенталистский клуб, больше похожий на секцию восточных единоборств. Никаких официальных титулов у Гордеева не было, но зато навыки и техника оказались безукоризненными. Накаяма поработал на славу, и у Фарида один за другим стали появляться клиенты. Острая необходимость в деньгах отпала, и он решил заняться устройством личной жизни. Когда освободилась его квартира, он сделал в ней ремонт, привез кое-какую мебель и переехал. Так в театральном доме появился новый жилец.

Первым, с кем он познакомился, был Николай Эдер, сын Берты Михайловны, умершей пару лет назад. Николаю было тоскливо одному, и он с удовольствием коротал вечера у соседа. Гордеев тоже был холост, но совершенно не расстраивался по этому поводу, в отличие от Николая. Он любил расспрашивать о соседях, постепенно входя в курс дела, кто чем дышит. Особенно его заинтересовала пустующая квартира напротив.

– Там раньше жил старик Альшванг, режиссер, – объяснял Николай. – Он подарил квартиру Лизе, своей ученице, и они жили тут с матерью. А потом Лиза попала под машину, ну и… Анна Григорьевна не могла жить здесь, где все напоминало ей о дочери, и квартиру пришлось продать. Ее купила какая-то женщина. Но жить не стала – приходила, уходила. А через год уехала, и по сей день! Ключи вот только мне оставила, велела присматривать…

– Сколько квартира уже пустует? – поинтересовался Фарид.

– Лет девять.

– Ничего себе! – присвистнул новый сосед. – А большая там площадь?

– Огромная. В два раза больше, чем у нас. Гостиная одна – хоть в футбол играй! Но только…

– Что?

– Я ее понимаю, женщину эту! – Николай понизил голос. – В такой квартире долго не проживешь.

– Почему?

– Там… привидение! – выпалил Николай и покраснел. – Страшно очень…

Хохот Фарида был слышен по всему дому. В привидения Гордеев не верил.

Соня, бывшая невеста капитана милиции Артема Пономарева, оказалась права – цыганка Динара приворожила сыщика. Во всяком случае, он совершенно потерял из-за нее голову. Несмотря на то что она была подозреваемой в деле, которое он расследовал, Артем бегал за ней по пятам, окружал вниманием и заботой, целовал и обнимал чуть ли не на глазах у всех и в конце концов решил на ней жениться. Как ни странно, госпожа Чиляева согласилась. Они расписались без шума и суеты, и сыщик переехал в квартиру жены, не дожидаясь окончания дела «маньяка». Это стоило Пономареву работы. Из уголовного розыска пришлось уйти.

Нельзя сказать, чтобы Артем очень жалел о случившемся. У него было высшее юридическое образование, кое-какие сбережения, машина и красавица-жена, в которой он души не чаял. Подозрения по поводу Динары, о ее причастности к убийствам нескольких женщин, в том числе ее соседки и подруги Изабеллы Юрьевны Буланиной, так и остались подозрениями. Доказательств никаких не предъявили, да их и не оказалось – так, одни предположения. Артем и Динара постепенно успокоились и зажили в свое удовольствие.