Чтение онлайн

Тогда поспи немного милая. Увидимся вечером, - ответил я, перед тем как закончить звонок.

Тебе не нужно оставаться со мной. Я возьму такси, чтобы доехать домой, - сказала Риз.

Я не собирался оставлять ее одну накладывать швы, а потом на такси ехать домой. Я что был похож на ублюдка, способного сделать это?
– Я останусь с тобой, - твердо сказал я.

Это действительно мило с твоей стороны отвести меня в больницу. Но у меня раньше были порезы на много хуже этого. Мне даже не нужно накладывать швы. Я могла бы просто закончить уборку и пойти домой.

Что? Она что серьезно?
– Тебе наложат швы, и я отвезу тебя домой, - я был расстроен и начинал раздражаться. Не на нее. Боже, кто вообще мог разозлиться на кого-то похожего, на нее? Но я злился на то, что она считала, что не было никакой необходимости накладывать швы.

На этот раз она не стала спорить. Я посмотрел на нее, она сидела прямо и, ее тело облокотилось на дверь, словно она пыталась отгородиться от меня. Я напугал ее?

Послушай Риз, ты убирала дом моей сестры и получила травму. Это наша обязанность удостовериться, что ты получишь правильный уход. Я не позволю тебе закончить уборку ни сегодня, ни завтра. Ты можешь вернуться, когда твоей руке станет лучше, и она не будет болеть. Я буду здесь всю неделю, и я убираю за собой, не то, что моя сестра. Мне не нужна домработница.

Она не посмотрела на меня, но кивнула.

Казалось, что это был единственный ответ, на который я мог рассчитывать. Прекрасно. Она могла дуться на это, но серьезно, все, что я сделал, это потребовал чтобы она позволила мне позаботиться о ней. В чем была ее проблема?

Этот день не мог стать еще более унизительным. Мейс включил радио, и мы ехали так всю дорогу до больницы. Он больше не сказал ни слова. Я знала, он был либо расстроен, либо зол. Я задерживала его от встречи с женщиной, но я пыталась его отпустить. Он просто не стал меня слушать.

Когда мы приехали в отделение скорой, он взял мне содовой, пока мы ждали очереди, хотя я и сказала, что не хочу. К тому времени, как меня забрали наложить швы, мы сказали друг другу не больше пяти слов. Я снова хотела сказать ему, чтобы он уходил и что я возьму такси, но я боялась, что он начнет ругаться со мной. Я не знала этого мужчину. Я понятие не имела, на что он был способен.

Когда они делали мне укол, Мейс взял мою вторую руку и сказал, что я могу сжать ее, если мне будет нужно. Что это вообще значило? Он пытался облегчить мою боль? Это был всего лишь укол. Когда они начали зашивать мою рану, которой понадобилось пять швов, он продолжал держать мою руку.

Он рассказывал мне анекдоты. Они были банальными, но я смеялась. Не думаю, что кто-то раньше пытался рассмешить меня. Я знала, это было впервые, когда кто-то рассказывал шутку и, она была не обо мне. В школе я наслушалась шуточек, но там я была мишенью для насмешек.

Теперь он подъезжал к моему дому. Он не говорил со мной в течение всей поездки. Несколько раз он выглядел так, словно собирался, что-то сказать, но останавливал себя. В итоге он снова включил радио, и я поняла, что на этом он закончил со мной все разговоры.

Я не могла обижаться на его молчание. Он отложил встречу или свидание с девушкой, чтобы отвести меня в больницу и наложить швы. В течение всего времени он был так мил, - более того, он был добр ко мне. Но сейчас, его мысли были заняты, его «милой» девушкой, которая его ждала.

В прошлом меня называли «малышка», «сладкая» или «горячая штучка», что до сих пор заставляло меня передергиваться. Меня также называли другими, менее лесными именами, но никогда «милой». Мне было интересно, каково это чувствовать такое обращение. Когда кто-то говорит тебе это и действительно имеет это в виду. Знать, что он не причинит мне боль.

Когда он припарковал грузовик, я знала, что должна снова поблагодарить его и отпустить.

Спасибо еще раз за то что свозил меня, и за содовую, и за … за, хм, за то что держал меня за руку. Я действительно ценю это. Мне очень жаль, что я испортила твой день. И я вернусь убраться в воскресенье. В этот день у меня нет других домов. И к тому времени ты уже уедешь … так?

Мейс вздохнул и посмотрел на меня.
– Да, я отправлюсь домой в воскресенье. Во всякм случае, пока планы именно такие. Но не беспокойся о доме, пока твоей руке не станет лучше. Нан не будет еще месяц. Она в Париже.

Париж. Вау. Я не могла даже представить, чтобы поехать в такой город, как Париж. Мне было интересно, как выглядела эта Нан. Если она была его сестрой. Я думаю, она была красивой.

Хорошо, спасибо, - снова сказала я, не в силах перестать благодарить его. Я схватила рюкзак и открыла дверь грузовика.

Подожди. Позволь мне помочь тебе спуститься, - сказал Мейс, останавливая меня. Он делал это каждый раз, когда я спускалась или залезала в грузовик. Это было так, словно он думал, что я не могла сама спрыгнуть при этом, не навредив себе. Но опять же после того как он стал свидетелем сегодняшнего происшествия, он, скорее всего, считал меня недотепой.

Он стоял напротив меня и держал протянутую руку, чтобы помочь мне. Я позволила ему помочь мне, потому что не была уверенна, что когда нибудь снова встречу этого мужчину. Он не осознавал этого, но он давал мне надежду. И он показал мне, что не все мужчины были злом.

Я прикусила язык, чтобы снова не начать благодарить его. Вместо этого я просто кивнула и направилась к квартире 1C.

Риз, - позвал Мейс, останавливая мое движение.

Я повернулась посмотреть на него. Солнце за ним садилось, и я была уверена, никто и никогда не был столь совершенен.

Ты не испортила мой день, - было все, что он сказал, прежде чем открыть дверь своего грузовика и забраться внутрь.

Я хотела посмотреть, как он уезжал. Но не стала.

На следующее утро моя рука сильно пульсировала. Но я приняла антибиотики и обезболивающее, которые прописал мне врач, и собралась на работу. Был еще один дом в Розмари Бич, который я должна была убрать. Джимми нашел его, потому что он дружил с хозяевами. Я не собиралась подводить его, звонить и говорить, что я больна.