Чтение онлайн

Глава 22

Стоит признать, что Литнеру со мной было непросто. Всё моё существование словно было направлено на то, чтобы испытывать его терпение. Ему приходилось смотреть, как молодые и дерзкие приглашали меня на танец, как соблазняли, как припадали на оба колена в понятном желании исполнить мои смелые фантазии. А я соглашалась. Увлечённо откликалась на активные заигрывания и, будто в омут, с головой бросалась в любые авантюры. Литнер смотрел на это молча. Позволял баловаться, увлекаться, совершать ошибки. Однажды всё с того же молчаливого согласия я прыгнула в машину к очередному мажору и укатила в неизвестном направлении. Опомнилась, конечно, но несколько запоздало. Когда пыл поутих, а шутка перестала быть таковой. Уже пора было раздвигать ноги, как вдруг появился спаситель. Не Литнер, конечно. Сам он не посчитал нужным ввязываться в подобные приключения. Прислал своего водителя. Валера внушительно похрустел кулаками, обаял невероятно притягательной улыбкой.

— Константин Сергеевич уже дома? — Виновато подала я голос, устроившись в его машине. Мужчина глянул на меня в зеркало заднего вида, неприятно улыбнулся.

— Уехал на такси. — Отозвался скупо.

— Злится? — Понятливо скривилась я, примерно представляя, как тот будет завтра меня вычитывать.

— Просто рвал и метал.

— Ну, конечно! Между прочим, он мог бы меня остановить, но не стал этого делать. — На эмоциях всплеснула я руками.

— Знаете, Маргарита Петровна, если курице нужно на ту сторону дороги, её очень сложно удержать.

Я на водителя глаза вытаращила и возмущением поперхнулась.

— Какое-то нелестное сравнение. — Пожаловалась, опомнившись.

— Зато очень показательное. О вас в городе сейчас только ленивый не говорит.

— Да? И что? Очень плохо говорят? — Я вызывающе хмыкнула, а Валера неодобрительно покачал головой, вызов не принимая.

— Едва ли кто-то осмелился бы нечто подобное сказать Константину Сергеевичу в лицо.

— А ты умеешь интриговать! Правда, за этим делом пропустил поворот. — Сообщила, хитро на водителя поглядывая, а он лишь крепче пальцами руль обхватил.

— Константин Сергеевич просил к нему привезти.

— Ну да. А ты и рад посмотреть, как меня четвертовать будут. Побаловались и хватит. Домой отвези.

— Маргарита Петровна… — Многозначительно смолк Валера, и я нервно сглотнула.

— Что… э-это не шутка сейчас была, да?

— Развлекать вас в мои обязанности не входит.

— И Костя, правда, зол?

— Свиреп как бешеный буйвол!

— Умеешь ты поддержать, ничего не скажешь… — Охнула я, представляя, какой натиск стерпеть придётся. — Хотя бы подежурь под дверью и если я буду звать на помощь — не теряйся. — Усмехнулась я, скорее, нервно. Уже чувствовала, как по мере приближения, напряжение возрастает.

Нашла Костю в его кабинете. Он потягивал коньяк, при этом довольно щурился и поигрывал сигаретой, зажатой между пальцами.

— Вот и красавица моя пришла. — Улыбнулся, ничем нервозность не выдавая, а я нахмурилась и устроилась напротив него, отбросив и тень игривости. — Нагулялась?

— Мне это надоело! — Заявила с крайней степенью наглости, но тут же весь запал растеряла и в кресле обмякла.

— Я могу тебе чем-то помочь, радость моя?

— Просто будь рядом. Всегда.

— Всегда не получается. — С видом идиота пожаловался Костя. — Ты девочка видная, часто оказываешься в центре внимания, я же к подобным визитам вежливости не привык. И рад бы тебя поддержать, но…

Я улыбнулась, но веселости в этом не было никакой. Взгляд в пол опустила, зубы сжала, поджала ягодицы, концентрируясь.

— Никогда не думала, что меня это заденет, но… почему ты, называя моё имя, представляя друзьям, забываешь уточнить статус?

— А какой у нас статус?

— Твоей девушки, например…

— М-м… Вот оно что… Да не забываю я, Рит. Всё жду, когда ты опомнишься и сбежишь.

— С такими темпами очень быстро. — Пробормотала я себе под нос. — А ещё говорил, что не отпустишь! — Напомнила Косте с ядовитой улыбкой. Он развёл руками, вроде как своё бессилие перед ситуацией выражая.

— Считай этот период испытательным сроком.

— Месяц назад, когда всё только начиналось, говорил что-то о прелюдии. Целуешься ты, конечно, классно, я оценила. А, главное, результат какой! И я на коротком поводке, и ты почти доволен. А моим мнением не поинтересуешься, нет? Ты не хочешь знать, что я этого вечера, когда ты меня к дому отцовскому на своей машине привезёшь, с замиранием сердца жду. Что умираю каждый раз, когда отрываешься, желая сообщить, что экскурс в мир больших желание окончен.

— А тебя отсутствие секса смущает, я не понял? — Похабно ухмыльнулся Костя, мои слова в неудобную позу поворачивая.

— Странно, что отсутствие секса не смущает тебя! Только я не об этом. Я с тобой хочу быть. Рядом с тобой. Чаще, дольше. А ты вышвыриваешь меня, как котёнка!

Обвинила я, чувствуя, как голос звенеть начинает. Села ровно, спину вытягивая, плечами передёрнула, чувствуя, как всё деревенеет под равнодушным взглядом. Шумно вздохнула, по сторонам оглядываясь, поддержки, защиты искала. По столу, за которым сидели, кончиками дрожащих пальцев провела и, сдерживая гримасу боли, улыбку выдавить попыталась.

— А помнишь, как на нём меня трахнул? — Широко рот открыв, дыхание перевела и встала. — Тогда и то честнее был. — Брезгливо скривилась, а Костя, мой взгляд выдерживая, заинтересованность на лице изображал. — Ты ведь не из тех, кто в себе сомневается. Что тогда? Почему медлишь?! — Зло сумочку о стол швырнула и зажмурилась, приметив, как с него антикварные часы соскакивают. Как они разбиваются, на запчасти разлетаясь, могла лишь услышать.

Открыв глаза, Костю в неизменной позе застала. Он сделал затяжку, выдохнул сизый дым, приценился к бокалу, решая, выпить его содержимое одним глотком или растянуть удовольствие. Выпил залпом, скривился, затолкнув в рот дольку лимона.

— Завтра Андрей приезжает. — Сообщил, как только, отдышался. От подобной новости я слегка опешила, но быстро опомнилась.

— Как приезжает? Мне он ничего не говорил…

— Мне сказал. — Резонно заметил Костя и я на месте села, ничего противопоставить сказанному не в силах. — А я тебе сообщаю.

— Ну… приезжает и что? Что это меняет? К чему сейчас было сказано?

— А ты голову включи и всё сразу станет понятно.

— Он меня больше не интересует. — Заявила я бесцветным тоном.