Чтение онлайн

Во первых, в орде появилось инородно смотрящееся пятно более развитых умертвий с самолично личом, в центре строя. Похоже местный босс качалки решил посмотреть, кто тут безобразничает.

Пришлось вставать и облачаться в доспех. В максимальной комплектации, он уже дорос до трёх метров высотой, так что я, находясь внутри, управлял уже скорее мехом, чем был обычными доспехами. Всё никак не дождусь, когда дорасту до полноценного шагохода. В нём можно воевать и не в одиночку. Да и не только воевать. Если вы понимаете о чём я.

В два прыжка я спустился вниз и приготовился встречать хозяина этих земель. Лич, заметив меня, начал медлить, пропустив вперёд свои элитные части. Ко мне присоединились рыцари и вместе мы легко отбили атаку. А потом уже сами пошли вперёд, круша и ломая несчастных скелетов как сухой камыш. Когда заслона почти не осталось, мёртвый маг смог удивить. Он запустил настолько лютую волну некроса, что кони вырвавшихся вперёд Персиваля и Ланцелота мгновенно лишились морд по самые ноги. Дальше волна не пошла, исчерпав силы, но даже такая неприятность не остановила воинов. Они подскочили к скелету в рваном саване, отобрали у него посох, двинули кулаком в череп и заломили руки за спину.

Удивительно, но творить заклинания в таком состоянии лич не смог. Подойдя поближе, я удивлённо поцокал языком.

— Всё своё ношу с собой? — спросил я мертвеца на Урсалаше.

— Ну а как иначе — сопрут такие как ты, предатели Смерти. — если бы лич мог плеваться, он обязательно бы это сделал.

— Ну, ну, ну. Какие пафосные слова. Мы все равны перед Ней. Просто тебе сегодня не повезло. А теперь, довольно болтовни. Вадим, подай инструмент. — я требовательно протянул руку.

Проскурин на миг задумался, но всё же протянул мне гибрид кинжала и монтировки. С его помощью я вскрыл грудную клетку отчаянно сопротивляющегося мертвеца и извлёк пяток филактерий. Оставалась одна.

— Ну что, ещё не смирился со своей участью? — отечески спросил я лича, погладив по гладкому черепу.

— Чтоб ты сдох без перерождения. — напутствовал меня мёртвый маг, перед тем как я сделал ему трепанацию. После извлечения последнего камня, остатки нежизни покинули старые кости. Развеялись и его заклятья — несметная орда скелетов в один миг осыпалась грудами костей. Даже жаль их тут бросать, но всех увы не заберёшь. Тут бы своих успеть вывести.

С последним особых проблем не возникло. Разломы обычно стремятся избавиться от вторженцев до того как выходной порта схлопнется. Потери войска в Лужском котле были из-за того, что нежить я поднял уже внутри.

В любом случае, у меня были камни для формирования первого ядра накопителя. Всего в зиккурат их можно напихать до пяти штук. Поэтому я поспешил обратно в Жабино. Там, спустившись в подземелья, я приступил к зачарованию. Башенку уже успели построить. Пока без особых изысков — просто каменный столб двухметровой высоты. Это потом можно будет доделать всякой стилистики в виде рун, черепов и костей. Пока что всё максимально утилитарно. Пять филактерий я сложил звездой и затянул древнее, как я сам, заклинание. Камни засветились зловещим красным свечением и начали сливаться в единую друзу. Заодно и поменялась их форма. С картофельной, она сменилась на строгие многогранники.

Получившееся я торжественно водрузил на вершину башенки и отошёл на пару шагов.

— И всё? А как же спецэффекты? — разочарованно спросила Катя, наблюдавшая за процессом вместе с Митрофаном. Енот отстал от нас ещё в лагере. Полагаю, рванул к своей Флавии. Ничуть его не осуждаю, но всё же.

— Эм. А на что ты рассчитывала? — спросил я.

— Ну не знаю. Чтобы это было зрелищнее что-ли. А тут, посветилось, спаялось и положил как на полочку. Скучно.

— Ну извини, сделал как умею. — развёл руками я.

— Смотрите, смотрите! — отвлёк нас Морозов.

Над друзой начала вращаться салатовая световая воронка, узкий край которой уходил прямо в кристалл.

— Вот тебе и спецэффекты. — улыбнулся я.

Тут у всех нас пискнули телефоны, оповещая о новом сообщении. Прочитав его, нам резко стало не до веселья.

— Всё таки началась. — дружно вздохнули мы с Катей.

— Что началось? — спросил не имевший с собой аппарата для связи Митрофан.

— Война, ученик. Большая война. Поляки осадили Брест.

— Поляки? Неужели шляхтичи забыли все договорённости? — искренне удивился бывший гренадёр.

— Видимо им пообещали что-то более существенное, чем наш Император.

— Ну и сами себе дураки. Наша армия сомнёт их за два дня!

— Пока наша армия соберётся, они до Минска дойдут. — поморщилась Рахманова.

— Вот именно. Ну что, ученик, готов применить свои знания на поле боя?

— Аркаш, ты только не говори, что собрался на фронт… — с тревогой в голосе сказала Екатерина.

— А где мне ещё быть? Шуйский мёртв, страна в опасности. надо ехать, милая.

— Мне страшно. Вдруг ты там погибнешь?

— Так. Я не понял, в разломы ходить с демонами воевать, это было нормально, а каких-то там лягушатников мокрой тряпкой погонять, это опасно?

— И разломы опасны! Просто… Мы же… — замялась девушка.

— Я тебя понял. Не переживай. Я вернусь с победой. Иначе и быть не может. Тем более, не прямо сейчас же выступать.

— Хорошо. — на побледневшем лице ведьмы появилась робкая улыбка.

— Да что вы в самом деле. Наставник он такой, что саму Смерть победит, если надо будет.

— Не победит. Её невозможно победить. — покачал головой я.

— Как так?

— Вот так. Можно просто не умирать. — ухмыльнулся я под недоверчивые взгляды соратников.

Следующие несколько дней слились в одну непрекращающуюся полосу. Производство женской гигиены наконец запустилось, поэтому я договаривался с оптовыми покупателями. Что толку производить товар, если его никто не покупает. Пару раз пришлось срочно возвращаться в поместье — Гоша продолжал окукливаться. Казалось, с каждым днём он становится всё больше и больше. Особенно заметно это стало, когда зиккурат вышел на полную мощность и я перенаправил поступающий поток на драко-лича. С постоянной подпиткой, тот уже вымахал больше алабая, хотя изначально был меньше кошки, и продолжал расти. Я уже всерьёз начал задумываться как бы не пришлось разбирать часть крепости. Если ящерица вымахает до размеров взрослой особи, то он попросту не сможет отсюда выйти.