Чтение онлайн

Закрываю глаза и выбрасываю из головы все лишнее. Оставляю лишь симфонию цвета и фиолетовый огонь, пылающий на груди. Такой же, только гораздо более мощный, горит в нескольких шагах от меня. Это Великий Князь.

Плотные потоки энергии огибают наши тела, и фиолетовые сгустки колеблются, словно капли росы на освещенной луной паутине. Я задерживаю дыхание, сливаясь с фиолетовым океаном, и ощущаю кожей ласковые прикосновения, от которых волоски на руках встают дыбом.

Увеличиваю накал сгустка, и он медленно растет в размерах, становясь чем-то похожим на магнит. Струны сначала выгибаются, создавая вокруг моего огня искрящийся вихрь, а затем рвутся и тонут в его фиолетовой глубине.

Я чувствую чудовищный прилив Силы, сродни тому, который я ощущал на ступенях Храма и в Александровском Дворце. В меня вливаются безудержные потоки энергии, и я становлюсь частью окружающего мира. Открываю глаза и вижу обещанное Шуваловым — тысячи оттенков фиолетового и лилового, заменяющие собой привычную цветовую матрицу.

Земляной вал впереди сияет от закачанной в него Силы, как гигантский светящийся моллюск на дне океана, и я протягиваю к нему руки. Обращаюсь к щедро закачанной в свернутые пласты земли Силе и тяну их на себя. Тяну, медленно раскатывая исполинский валик, и неожиданно чувствую не отток Силы, а наоборот — ее приток!

На периферии зрения мечется фигура Великого Князя. Он отчаянно машет руками, пытаясь привлечь мое внимание, но ощущения от пронизывающих тело потоков столь сильны и приятны, что я не могу отвлечься. Приятны — слабо сказано, это похоже на усиленный в десятки раз оргазм, длящийся, длящийся и длящийся.

Вал земли разворачивается, медленно уменьшаясь в размерах, а фиолетовый огонь в моей груди растет. Он уже охватывает всю мою фигуру, и я безостановочно черпаю Силу из окружающего пространства, словно пресловутая крыса, которая давила на педаль, стимулирующую центр удовольствия в мозгу, пока не умерла от истощения!

Стоп! Я жму на другую педаль. Жму на тормоз. Разрываю контакт с пронизывающими меня силовыми линиями, и ощущение всемогущества тает. Вместе с ним уходит и невообразимая сладость, которая не может сравниться ни с чем.

Яркая подсветка, окрасившая мир в фиолетовый цвет, тускнеет, небо снова становится голубым, трава — зеленой, и только мечущие гром и молнии глаза Великого Князя остаются ярко-фиолетовыми.

На меня наваливается шум, в сознание проникают обеспокоенные возгласы Шувалова, и я падаю на колени. Смотрю какое-то время в обеспокоенное лицо старика, пытаясь разобрать произносимые им слова по движениям губ, а затем заваливаюсь на спину.

У меня нестерпимый жар. Я лежу на асфальте, который кажется ледяным. Холод проникает в мое тело сквозь одежду, пронизывает плоть и гуляет по костям, заставляя их потрескивать, словно ветки деревьев в лютый мороз.

— Молодец! — кричит старик. — У тебя получилось, хотя ты все сделал не так, как я говорил! Дрянной, непослушный мальчишка!

— Зачем? — спрашиваю я, цепляясь глазами за белые тучи, медленно плывущие по небу. — Зачем такая спешка — я же еще не готов…

Великий Князь замолкает и склоняется надо мной. Его глаза вспыхивают, и лихорадка мгновенно проходит. Мышцы расслабляются, мысли проясняются, а боль, плещущаяся в каждой клеточке тела, уходит в небытие. Шестым чувством я понимаю, что это был откат после применения Силы.

— Мне осталось очень мало времени, Саша! — тихо произносит старик, и его взгляд наполняется печалью. — Я чувствую это! Высшие одаренные живут в два раза дольше обычных людей, оставаясь активными и энергичными почти до самой смерти, но рано или поздно злодейка с косой обязательно приходит! Предсказать этот момент невозможно, но за пару месяцев до него наваливается старость. Уже через месяц я буду выглядеть, как восьмидесятилетний старик, и задержать или остановить этот процесс не смогут никакие Целители…

Я беззвучно открываю и закрываю рот, словно рыба, вытащенная на берег, и не знаю, как реагировать на слова Игоря Всеволодовича. Я переоцениваю ситуацию, пытаюсь ее пересчитать, пытаюсь понять, как действовать дальше, но прекращаю попытки — с наскока это делать невозможно.

— Я понял, что время пришло, буквально вчера, это всегда происходит неожиданно, — продолжает старик. — Думал, что у нас в запасе больше времени — как минимум год или два…

— Когда это поймут другие Великие Князья?

— Через неделю-другую, не позже, и мы должны к этому подготовиться!

— К чему именно? — вопрошаю я, не понимая, к чему клонит старик.

— К вступлению в наследство — я объявлю тебя официальным наследником Великого Рода Фиолетовых!

Я вскакиваю на ноги, будто у меня под задницей запылал огонь, и смотрю на старика в полном недоумении.

— Но вы же знаете меня всего месяц! Цвет глаз моих детей не будет фиолетовым! Я — агент Приюта, который должен был вас убить! Я…

Слово «Темный» я проглатываю не потому, что испугался открыться старику. Просто понял, что не могу признаться. Не хочу. Не имею права! За этот гребаный месяц он подарил мне больше искреннего тепла, чем я получил за всю предыдущую жизнь!

— У меня нет цели спасти Род, я хочу спасти тебя, Саша! — устало говорит Великий Князь с грустной улыбкой на лице. — Потом ты сам во всем разберешься и решишь все проблемы, я верю в это! Я верю в тебя!

— Без вас Великие Князья сожрут меня в мгновение ока, будь я даже воплощением Разделенного! — с горечью в голосе заявляю я. — Спасти может лишь женитьба на Романовой, но ценой вхождения в Императорский Род! И Великий Род Фиолетовых канет в лету!

Старик успокаивающе улыбается и подходит ближе ко мне. Он ерошит мои волосы, а затем крепко берет за шею правой ладонью и притягивает к себе.

— Ты — мой внук, Саша, я понял это в тот самый миг, когда увидел тебя в первый раз, когда почувствовал огонь, бьющийся в твоей груди. Я — убил твоего отца, но тебя спасти просто обязан!

Тихое кафе в переулке на Тверском бульваре переполнено. Мы с Карой сидим за угловым столиком, отделенном от прочих рядом растений в глиняных горшках, и коротаем время перед визитом в клуб «Белый Шум». Шампанское, морепродукты и легкий флирт настраивают на легкомысленный лад, но я уверен, что это лишь флер, который развеется уже скоро.