Чтение онлайн

— Что-нибудь видишь? — из-за стола спросила Дэнис.

— Синее небо, небоскребы и маленькую девочку, которая не делает свое домашнее задание, — сказал он и обернулся, чтобы насмешливо подмигнуть ей.

Дэнис усмехнулась. Но даже самое ребячливое выражение ее лица не могло сгладить взрослой серьезности ее глаз. Джонни часто спрашивал себя, много ли она знает о подпольной деятельности своих родителей на полях сражений Адирондака. Знала ли она, к примеру, о том, что в настоящий момент их обоих срочно перебросили для участия в одном диверсионном акте?

Как бы там ни было, ей еще не нужно было отвлекаться от окружающего, ему же это было просто необходимо. Поэтому усевшись рядом с ней, он постарался как можно глубже погрузиться в таинственные загадки математики пятого класса.

Прошло почти три часа, прежде чем в замке входной двери повернулся ключ. Джонни, руки которого автоматически приняли боевое положение для стрельбы лазерами, с приглушенным волнением наблюдал, как в квартиру молча вошли шесть человек. Глаза его блуждали по их лицам и телам в поисках следов ранений. Результат осмотра оказался как всегда лучше его страхов, но хуже его надежд. Хорошо было то, что все шестеро покинувших квартиру на рассвете — двое Кобр и четверо гражданских — вернулись на своих ногах.

Он уже пересек комнату, когда мать Дэнис вошла в комнату и освободилась от поддержки своего уставшего мужа. Ее левая рука была ранена, но не забинтована.

— Что случилось? — спокойно спросил Джонни, подводя ее к дивану.

— Бомбардировщик-шершень, — приглушенным от болеутоляющих средств голосом ответила Марья Толан.

Двое штатских обошли Джонни и принялись возиться с громоздкой домашней аптечкой.

— Мы думаем, что попались на щелчке огнестрельного механизма ее ружья типа «Попкорн», — устало добавил ее муж Кем.

Он уже сидел за столом на стуле, который только что занимал Джонни. Несмотря на усталость, он немедленно принялся успокаивать свою дочь.

Джонни мрачно кивнул. В таких делах оружие типа «Попкорн» считалось абсолютно безопасным. Его миниатюрные, направляемые силой инерции снаряды не имели ни улавливаемого радарами, ни акустического, ни инфракрасного, никакого другого излучения, которое могли обнаружить мириады детекторов Трофтов или же их системы ответного огня. Снаряды вылетали из ствола от толчков сжатого воздуха. Их встроенные ракетные двигатели не срабатывали до тех пор, пока они не оказывались на приличном расстоянии от стреляющего. Во время полета снаряды могли быть уничтожены сотнями бомбардировщиков Трофтов и лазерными локаторами, но до настоящего времени инопланетянам не удавалось по его следу определить место, откуда был сделан выстрел. Может быть, Марья пострадала от случайного попадания?

Джонни посмотрел на Холлорана и поднял брови, всем своим видом выражая вопрос, который не нужно было даже формулировать, настолько он был общим для всех. Холлоран понял его.

— Мы ничего не будем знать наверняка, пока стрелки из такого оружия не начнут поражаться пачками, — устало произнес Кобра. — Но это был по-настоящему точный выстрел, чтобы считать его случайным попаданием. Думаю, что в целях безопасности нам лучше временно исключить использование этого типа.

— Несмотря на то, что до сих пор эти штуковины проявляли себя отлично, — проворчал Имель Дойч.

Подойдя к окну, он остановился у подоконника, глядя на улицу. Его руки неподвижно замерли за спиной.

Внезапно в комнате стало тихо. Почувствовав, как у него сжались внутренности, Джонни спросил:

— Что случилось?

— Погиб один из Кобр, — со вздохом сказал Холлоран. — Человек из команды Мак-Дональда. Мы так думаем, хотя полностью не уверены — видимость была плохой. Люди, которые должны были охранять один из подходов к их позициям, практически потеряли его, и около дюжины Трофтов прорвались внутрь. Мы получили предупреждение, но находились слишком далеко, чтобы помочь.

Джонни кивнул. Он почти физически ощущал отзвук горечи, звучащей в голосе Дойча, той горечи, от которой сам едва не задохнулся уже дважды с тех пор, как высадился на Адирондаке. Парр Ноффке и Друм Сингх стали их собственными потерями, жертвами такого же рода некомпетентности штатских. Джонни потребовалось немало времени, чтобы пережить каждую из этих двух смертей. Холлорану потребовалось для этого еще больше времени из-за его куда меньшей терпимости к людям из приграничных миров.

Дойч, родившийся и выросший на Адирондаке, и вовсе не сумел перешагнуть через это.

Есть ли какие-нибудь данные об общих потерях? — спросил Джонни Холлорана.

— Думаю, что небольшие, если не считать гибели Кобры.

От этого не выраженного словами смысла сказанного, который чаще, чем Джонни хотелось бы, звучал в их разговорах, его прямо передернуло. Смысл этот сводился к тому, что жизнь Кобры ценилась гораздо выше, чем жизнь их штатских союзников.

— Конечно, мы практически и не пытались взять тот резерв, следовательно, никому не нужно было приниматься за непосильное. А как насчет новых сил?

— Не имею ни малейшего представления, — покачал головой Джонни. — Никаких сведений с орбиты по пульсовому приемнику не поступало.

— Все окажется так, как это было тогда, с этими чертовыми толкателями — поставить во время спуска задержку на последней минуте и ничего не сказать нам.

Джонни пожал плечами и повернулся к людям, возившимся с рукой Марьи.

— Как рана?

— Типичная для бомбардировщика-шершня. Обширная и поверхностная. Заживет быстро, но временно она выходит из строя.

Хоть кто-то из родителей Дэнис какое-то время не будет занят в боевых действиях. Впрочем, это было малое утешение. Джонни уже успел насмотреться на множество смертей гражданских лиц, погибших в перестрелках.

Следующие несколько минут прошли в тишине. Двое штатских, обрабатывавших рану Марьи, закончили дело и ушли. Они захватили с собой небольшую часть боевого снаряжения группы, чтобы спрятать. Кем и Дэнис проводили Марью в одну из трех спален, чтобы уложить ее в постель. Джонни подозревал, что они ушли все втроем только для того, чтобы дать Кобрам возможность остаться одним и обсудить дальнейшие действия группы до того, как остальные обитатели квартиры вернуться домой.