Князья Империи – 4
Шрифт:
Симеона, в отличие от Лу-и, веселил этот непринужденный в мыслях и действиях человечек, и генерал приветливо улыбнулся Бонифацию.
– На счет жалования не переживай, останешься доволен, денег у нас хватает…
– Вот это слова настоящего флотоводца, – сразу повеселел Брана, – не то, что этот скряга – министр вооружений…
– Что с ним не так?
– От старика и сапфировой монеты не допросишься, – обиженно протянул центурион. – Он даже не захотел говорить со мной по этому важнейшему для меня вопросу… Я имею в виду – финансовый…
– Мы уже поняли, что это для тебя центральная тема, – кивнул Симеон, деактивируя свой меч и вешая его рукоять себе на пояс. – А где ты уже успел встретить министра Дорнье?
– В библиотеке, несколько минут назад, – ответил Бонифаций, искоса поглядывая на императрицу, не получит ли от нее очередной нагоняй.
Лу не очень жаловала маленького центуриона за несдержанность последнего в выражениях. Вроде Бонифаций, будучи сыном влиятельного князя, должен был понимать, как нужно вести себя в присутствии столь высокой особы такой, как вдовствующая императрица, но не мог сдержать свой вредный характер и язык без костей. За что не раз был подвергнут суровому взгляду Лу-и и нескольким ее замечаниям. Брана ловил себя на мысли, что боится эту женщину, ибо что-то грозное и таинственное скрывалось во взгляде ее глаз, но все же продолжал испытывать на прочность нервы своей новой госпожи…
– Старик вместе с маленьким императором сидят там с утра, – продолжал Бонифаций, – заваленные со всех сторон какими-то огромными книгами, картами и схемами…
– Так, опять, как только я за дверь – Ду бежит в библиотеку, – Лу не знала на кого вылить злость от своего недавнего поражения в поединке, то ли на сына, то ли на генерала Булатова, то ли на этого малыша–центуриона. – Он испортит себе зрения, пялясь в старые фолианты… Почему не пользоваться обычным планшетом и скаченными материалами?
– В древних книгах содержится многое из того, чего нет а электронной библиотеке, – ответил на это Симеон. – Я сам сталкивался с этим много раз, еще во время учебы в Академии, и много позже. Похоже, наш император желает познать намного больше, чем ему могут дать современные учителя. Это вселяет надежду на то, что повелитель станет настоящим мудрецом, способным восстановить порядок и управлять Империей как делали его великие предки…
– Я уверена в этом, – немного успокоившись, сказала Лу-и, которой, было приятно слышать подобные хвалебные слова в адрес сына.
Она думала точно так же, как и Булатов, и ее не нужно было уговаривать в том, что Ду Ма-гон станет величайшим императором, Лу всей своей жизнью делала для этого все возможное.
– Я лишь не хочу, чтобы учеба негативно сказалась на здоровье ребенка, – уточнила она, также как и Симеон, деактивируя свое оружие. – Уверена, что мальчишка опять не завтракал, а сразу убежал к министру…
– Я, как и вас двоих, императора и старика уже растормошил и заставил идти в офицерскую столовую, – сказал на это Бонифаций. – Напоминаю, что я вам не нянька на корабле…
– Отлично, идем на завтрак и мы, – кивнул Симеон. – Как раз все вместе там и проведем малый военный совет… Подкрепимся, перед очередным поединком, ваше величество…
Он игриво посмотрел в сторону императрицы.
– Конечно, только теперь я буду внимательно следить, не подсыпаете ли вы чего-либо постороннего в пищу, – ответила Лу.
– Следите внимательно…
– Будьте уверены, я прослежу…
Так пикируясь время от времени, все трое покинули тренировочный отсек и направились в офицерскую столовую, расположенную на верхней палубе крейсера.
– До сих пор не могу понять, почему генерал Верес поступил именно так, – произнес Брана, поворачиваясь к Булатову. – Я сильно удивился, когда он и его помощник стали истреблять своих людей прямо перед контейнером, в котором прятались вы и император… Почему он так себя повел?
– Не могу утверждать точно, но похоже, Атилла догадался что я нахожусь внутри сундука, и решил меня спасти, – ответил Симеон, немного подумав.
– Он ваш друг? – поднял на генерала глаза, Бонифаций. – Я слышал, что у Вереса друзей нет и жестокость этого человека уже вошла в легенду. А тут такой благородный жест…
– Слухи о жестокости генерала Вереса слишком преувеличены, – сказал Булатов. – Да, он делал много плохого и недостойного в своей жизни, но после нашей с ним встречи, кроме как достойных и благородных поступков, других я от него не видел… Не знаю, можно ли назвать Атиллу моим другом, таким же как Дадли и Мэй Чен, наверное – нет. Но поступок, который он совершил, достоин самой высокой оценки… Поправка, убивал он не своих людей, а сереброщитных, которых видимо ему предоставила Бринн Уайт…
– Кто это еще такая – Бринн Уайт? – задал вопрос Брана.
– Девушка, которую я когда-то любил…
– Ого, видимо любовь с ее стороны не очень-то была взаимной, если дамочка послала за вами в погоню своих людей, – усмехнулся Бонифаций, но тут же снова осекся, заметив взгляд императрицы.
– И такое тоже бывает…, – глубокомысленно произнес Симеон, заметно погруснев.
– Не будем говорить о том, что было, – сказала Лу-и, поворачиваясь к генералу и улыбаясь ему обезоруживающей улыбкой. – Лучше поговорим о настоящем, а еще лучше, о будущем…
В этот момент они вошли в столовую, где за большим прямоугольным столом уже сидели: маленький император, министр вооружений – Ален Дорнье и старший помощник на корабле – капитан Ван Юй. Последний явно чувствовал себя здесь лишним среди столь значимых особ, поэтому сидел как вкопанный истукан, не шевелясь и боясь даже дышать.
– А ты что здесь забыл, Ван Юй? – грозно произнес Бонифаций, которому явно не понравилось присутствие своего офицера в данный момент. – Почему ты оказался здесь, а не на своем посту?