Чтение онлайн

Ну, то что Христофор Колумб – Кристобаль Колон – открыл ее в 1492 году, а Диего де Веласкес в 1514 году завершил колонизацию, он знал и раньше.

Открытием явилось то, что на месте Гаваны поначалу был заложен город Сан-Кристобаль де Ла Хабана – это название держалось около ста лет.

Другим потрясением для морпеха явился животный и растительный мир острова. Около пятидесяти процентов кубинской флоры составляют эндемики – различные виды пальм: канна, хата, сабаль, мабоа, ямакей и, конечно, королевская пальма, кубинский дуб, белая и бутылочная пальмы. Орхидеи, кактусы и национальный цветок Кубы – марипоса «белоснежная бабочка». Национальная птица – токороро, кубинский троган. Около четырехсот видов птиц, самая маленькая птичка в мире – сунсунсито, или птица-муха. Здесь же самая маленькая в мире жаба, крохотная летучая мышь, «бабочка»-скорпион, длина которого не превышает четырнадцати миллиметров.

Бездумно глядя на проплывающие мимо белые дома с патио и церкви с острыми шпилями, Кошкин очередной раз задавался вопросом, а стоит ли грабить «Золотые» и «Серебряные» флоты испанцев. Супротив стомиллиметровых орудий «России» шансов в этом мире нет ни у кого. Может, проще взять испанцев под охрану за хороший процент или податься в Калифорнию разрабатывать золотые рудники.

Иван поделился своими мыслями с Ильей. Тот сразу осадил его. Сопровождение каравана отпадает сразу – у них каперское свидетельство Соединенных провинций Нидерландов, а на разработку рудников нужны люди и хоть какая-то техника и технология.

– Значит, остается гоп-стоп, – со вздохом заключил Кошкин.

– Так точно, Ваше благородие, – гаркнул Юсупов, напугав кучера мулата, едва не сверзившегося с облучка.

В приемной генерал-капитана их продержали недолго, каких-то полчаса – не более.

Присутственное место не отличалось роскошью, чувствовалось – здесь работают, а не винище хлещут, словом, сугубо деловая обстановка. Генерал-капитан Хосе Фернандес де Кордоба – высокий аскетичного вида испанец – встретил их довольно приветливо и даже угостил кофе. Морпехи для него представляли экзотику, до сих пор де Кордоба не сталкивался с представителями неведомой Московии, да и о такой стране он слышал впервые. Генерал-капитан оказался довольно эрудированным человеком для своего времени. Рассказ о Московии выслушал с поощрительным любопытством и сам охотно ввел гостей в реалии Нового Света. На вопрос Мачо о пиратах де Кордоба слегка скривился, но тем не менее откровенно поделился имеющимися сведениями на сегодняшний день:

– Да пошаливают, но так, по мелочи.

На вопрос о цели прибытия на Кубу друзья ответили несколько расплывчато, дескать, ознакомительное путешествие, мир посмотреть, себя показать.

Высунулся Мачо:

– Пиратов пощипать.

Генерал-капитан лишь покивал головой. Дескать, дело хорошее, флаг вам в руки, но их еще найти нужно. И счел необходимым предостеречь.

– У «джентльменов удачи» обычно неплохое вооружение и отличные абордажные команды – дескать, не станьте сами добычей.

Друзья, подарив испанцу трехлитровую бутыль хорошей водки, откланялись. На обратном пути делились впечатлениями.

– Попали мы с тобой, Илюха, в довольно спокойный промежуток. Времена Френсиса Дрейка и Томаса Кавендиша прошли, а Генри Моргана и Франсуа Олоне еще не наступили.

Мачо загрустил:

– Так хотелось глянуть на живых пиратов – романтика…

– Да какая на хрен романтика, бандюги – они и есть бандюги. Ты, Илья, словно дите, начитался книжек о благородных пиратах и пускаешь пузыри от умиления.

– Между прочим, власти разных стран применяли к пиратам одинаковое решение вопроса – виселица.

– Командир, ну что ты, ей-Богу, такой приземленный, помечтать не даешь. Пиратские клады, пятнадцать человек на сундук мертвеца. Пиастры, пиастр-ры.

– У тебя, Илья, по-моему, еще детство в заднице играет. Ничего, после первого же знакомства с пиратами твои розовые очки разлетятся вдребезги.

– Поживем – увидим, – пробурчал недовольно Мачо.

– Предлагаю пообедать в городе, корабельная кухня поднадоела.

– Согласен. Эй, водитель кобылы, вези до лучшей ресторации, – заблажил Юсупов.

– В трактир самый хороший, – перевел кучеру Кошкин.

Таковой нашелся буквально через квартал и имел романтичное название «Изабелла» на несколько покосившейся вывеске. Однако обслуживание и кухня были на высоте. Морпехи вкушали обеденную трапезу в отдельном чистеньком кабинете. Особенно понравилась фаршированная утка, запеченная на углях, завернутая предварительно в пальмовый лист. Служанка с вертлявой попой предложила им экзотическое блюдо – язык и хвост крокодила, но мужики отказались.

Приказали на первое принести суп из акульих плавников. Перед тем как исполнить заказ, девчонка водрузила на стол кувшин с местным пойлом и убежала на кухню, напоследок стрельнув в Мачо бедовыми черными глазами. К удивлению Кошкина, от Юсупова не последовало никакой реакции. Тот сосредоточенно занимался органолептикой алкогольного напитка. Плеснув чуток в оловянный стаканчик и попробовав на вкус, скривился:

– Тьфу, ром, пропади он пропадом.

– Да, напиток рабов-негров и бедных плантаторов, к тому же его гонят из патоки.

– Из отходов производства сахара, – поддержал его Кошкин. – Хуже нашего чемергеса. – Илья, ты случайно не заболел? Служанка вся извертелась бедная.

Юсупов брезгливо отодвинул от себя кувшин со стаканчиком.

– Сам не понимаю, командир, не иначе Ядвига сглазила, но я буду бороться.

– Желаю удачи! Мы в тебя верим, – с серьезной мордой пожелал Кошкин.

Симпатяшка в белом переднике шустро заставила стол всякой снедью, от грубоватых глиняных тарелок с акульим супом поднимался аппетитный парок.

– Поскольку дома Хеннесси пока не существует, принесите нам, уважаемая, хорошего французского вина.

– Передай хозяину, если вздумает булыжить, отрежу уши вместе с головой, – встрял Мачо, состроив страшную рожу.

Служанка ойкнула и, подхватив кувшин с ромом, выскочила из кабинета.

– Майор, о каком таком Хеннесси ты вспомнил?

– Кончай придуриваться, Илюха! – Но не увидев в глазах понимания, Кошкин, вздохнув, прояснил суть вопроса: – В XVIII веке отставной капитан французской армии Ричард Хеннесси после лечения решил выйти в отставку и занялся коньячным делом. Он поселился в городе Коньяк. В 1765 году Хеннесси открыл собственный торговый дом. В нашем мире Hennessy – коньячная марка номер один.