Чтение онлайн

С утра из разграбленного селения вышли несколько отрядов, которым предстояло основательно перетряхнуть округу. Впрочем, далеко этим отрядам велели не углублятся, но в радиусе сотни вёрст разрешалось вырезать и спалить всё, до чего смогут дотянуться, чем помещики с удовольствием и занялись. Почти неделю они веселились в местных дебрях, после чего, нагруженные добром и обременённые полоном вернулись в Лулео. Конечно, не всё прошло гладко и без потерь, всё же кое-где местные пытались сопротивляться и даже устраивать засады. Но, тем не менее, округа была основательно разорена и обезлюжена, так что можно было начать погрузку всего награбленного на корабли и продолжать поход.

Напоследок по опустелым домам, сараям и прочим постройкам, что всю неделю служили им жильём, пустили огненного петуха по принципу зорить так зорить. И долго ещё столб дыма за кормой указывал усталым захватчикам, где в этих диких местах стояло людское поселение.

Следующим под раздачу попал Ойебю, оказавшийся побогаче и покрупнее Лулео. К примеру, местная церковь уже красовалась стенами из серого камня. И её, разумеется, тоже основательно разграбили. Кстати, река Питеэльвен кроме хорошо прокопчённой форели одарила захватчиков ещё и неплохим урожаем речного жемчуга, уже собранного, но так и не вывезенного.

Точно так же расправились и с Шеллефтео. Тут простояли подольше, потому как плодородной земли в округе оказалось больше, а значит и деревенек тоже. Ну и Андрей надеялся, что именно тут он дождётся отставших. Но никто к условленной точке не приплыл, а потому, дождавшись возвращения загонных отрядов и погрузив очередную порцию добычи и привычно уже подпалив все строения, русская рать двинулась дальше, разоряя все поселения, которые попадали в поле её зрения и захватывая всё, что двигалось по морю, не брезгуя даже рыбацкими баркасами.

Следующей мишенью предстояло стать очередному местному недогородоку Умео.

Как уже выяснили у пленных, он представлял из себя небольшой приход, с новой каменной церковью, рынком и портом, а от непрошенных гостей его защищал деревянный забор с тремя входами. В окрестностях этого селения и выше по течению реки Умеэльвен жило множество вольных рудокопов, так называемых "горных бондов", которые занимались разработками местных месторождений. Конечно, до настоящей горнодобычи в этих местах было ещё далеко, но поверхностные разработки и неглубокие штольни уже вполне себе существовали. Так что чем поживиться в поселении было больше, чем достаточно.

Небольшая шкута, подгоняемая ветром неспешно шла вдоль берега. Её хозяин и капитан, а по совместительству торговец и бонд Олаус, стоял на палубе и слушал тихие разговоры моряков, радостно предвкушавших скорое возвращение домой. Это всегда успокаивало его, позволяя разжать то напряжение, что скапливалось в нём во время плавания, потому как в море может случиться что угодно, а сгинуть в пучине Олаус очень не желал.

Сегодня он вез на своем борту товар, закупленный в самом Стокгольме и столь нужный общине, за который на рынке он выручит приличную сумму денег. А заодно вёз и нерадостные известия о гибели наместника Стурре-младшего и дрязгах в столице. Ему удалось проскочить из озера, воспользовавшись плохой погодой, когда датчане, перехватывающие любой корабль, предпочли укрыться от ненастья в защищённых бухтах. Олаус прекрасно понимал, что в ближайшее время вновь попасть в столицу ему не суждено. Слишком велик риск. А товар, коли нужно, можно было и в Евле сбыть, хоть и не так выгодно, как в Стокгольме. Но лучше потерять немного денег, чем жизнь.

А теперь он радовался вместе с моряками, так как вскоре уже должно было показаться устье Умеэльвена, а за ним и родная община, где ждёт жена, дочка на выданье и сын – отцова надежда. Но, как говорится, человек предполагает, а бог располагает. Мысли о праздниках улетучились, когда Олаус разглядел на горизонте незнакомый корабль. Слишком большой для местных каботажников. И он ходко шёл прямо наперерез его шкуте.

Оглядев сразу смолкших моряков, капитан вздохнул. Нечего было и думать о сопротивлении, так как на его десяток враг, если это враг, легко выставит два, а то и три десятка. А то и больше.

Когда корабли сблизились, швед рассмотрел четыре больших пушки выглядывавших сквозь борт и понял, что шансов у него нет вообще. Между тем с чужого корабля громко поинтересовались, кто он и куда идёт. А услыхав ответ, обрадовались и предложили поторговаться. Воспрянув духом, Олаус спросил, что они хотят, и сразу же поник, услыхав язвительный ответ:

– Ваш корабль. Мы покупаем его, а платой будут вашим жизни. Останетесь целы, если сдадитесь без боя.

Разумеется, Олаус предпочёл сдаться.

Когда он поднялся на борт чужого корабля, его сразу провели на ют, где в небольшом креслице восседал весьма молодой вельможа, с наслаждением потягивающий рубиновый напиток из оловянного кубка.

– Итак, вы купец и шкипер, – констатировал тот, пристально оглядев шведа. – Это хорошо, потому как меня весьма интересуют две вещи: свежие новости из Стокгольма и фарватер к вашему поселению. Ах да, у меня есть куча способов высадить десант и захватить ваш городок и без вашей помощи, но тогда ваша семья пополнит собой состав тех, что сидят в трюмах моих кораблей в самом нелицеприятном качестве – в качестве пленников. Просто мне очень не хочется мучиться со всеми этими пересадками и прочими лишними телодвижениями, если можно просто и без затей доплыть до самого пирса. Зато вы спасёте своих и даже все останетесь на свободе. Но если вы согласитесь, я надеюсь, мне не нужно будет говорить, что с вами будет, если мой корабль сядет на мель? Впрочем, я не уверен, что из тебя получится второй Ванька Рябов, – последнюю фразу вельможе буркнул себе под нос, но Олаус её всё же услышал, однако спрашивать, кто это такой и чем он знаменит побоялся.

Да и думал тоже недолго. Он ведь и вправду видел несколько лодок, идущих на привязи за кораблём, да и его шкута тоже не была глубокосидящей, так что возможностей добраться до общины у этого вельможи точно были, а вот семья у Олауса была одна, так что выбор был буквально невелик.

В Умео вошли утром. Швед не подвёл: корабли прошли прямо до пирсов, а остальное было уже делом техники. Умейцам не помогло даже то, что нападения они ждали. Уж слишком сильный был перевес у нападавших. Зато и добыча была куда как знатной. Особенно Андрея порадовали несколько пудов меди и приличная горка железных криц – всё, что не успели вывезти в Евле. И вот тут, пока поместные привычно зорили окрестности, перед князем встал нелёгкий выбор.

С одной стороны, Евле был уже настоящим городом, и добыча в нём была бы не в пример богаче, хотя бы потому, что к нему по реке стекалась практически вся руда из Фалуна. С другой стороны они и так уже вышли за пределы провинции Нортботния и давно вовсю веселились по всему региону Норрланд, куда эта провинция и входила. И если на малозаселённый и практически ещё не освоенный Норрланд Кристиан внимания на первых порах и не обратит (а потом ему и вовсе будет не до этого), то вот разгром довольно важного для экономики города он не заметить не сможет. Так что, наверное, стоило заканчивать сей пиратский поход и возвращаться домой, благо дел впереди было ещё достаточно. А с Евле можно будет разобраться попозже, когда Швеция рухнет в смуту освободительной войны.