Чтение онлайн

– Отлично! Иди сюда и помоги мне поддержать заклинание, мастер порталов, и я обогащу тебя на десять лет вперед!

Не дожидаясь ответа, Нерт выбежал на балкон и воздел руки над головой, на ходу бормоча под нос магическую формулу Слова.

Селеста вздрогнула. Она чувствовала, как воздух накаляется от безумной мощи, шедшей от разгневанного мага, и решила отступить в сторону, лишь бы остаться в сознании и не упасть в обморок от эссенции чародейства, разливающейся вокруг.

– Ты поможешь, чернокнижник, или будешь стороне в стороне как трус?

– Я-то?
– мастер порталов встрепенулся.
– Я-то помогу... Так помогу, что у тебя задница взорвется от моей помощи!

– Осторожно!
– закричала Несса, жена чародея, увидев, как незнакомец вытаскивает из-за пазухи кривой кинжал и стремительно подбирается со спины к Нерту.

"Действительно, - подумала Селеста, едва удерживаясь на ногах от непривычки.
– Как он прошел через охрану? Если только они все уже не мертвы...".

Нежданный гость нанес подлый удар, но маг, до которого все-таки донеслось предостережение супруги, успел отскочить в сторону, так и не закончив творить волшбу.

– Подлец!
– закричал он, вытягивая перед собой правый кулак, на безымянном пальце которого покоился волшебный перстень со странным черным камнем, изредка выбрасывающем синие искры.
– Ты умрешь!

Одним взмахом мизинца он выбил из рук нападавшего кинжал, заодно и вывернув ему все пальцы.

– Едрить-колотить!
– взвизгнул мастер порталов.
– Ты хоть знаешь, как это больно? Чтоб тя черти задрали, мужик, а потом еще и Холхост вдобавок!

– Амнел, - до Селесты непонятным образом донесся шепот Нерта.

Камень на его перстне коротко вспыхнул, и чернота вокруг него стала стремительно распространяться в воздухе, создавая загадочный вихрь теней, водоворотом кружившихся вокруг чародея.

– Так и знал, что он у тебя!
– победоносно воскликнул демонолог.

Он ринулся вперед, протягивая к Амнелу целую руку, но не успел: Нерт закончил творить заклинание и топнул ногой. Воздух вокруг него вздрогнул, и Однорукий отступил назад, давая магии закончить дело.

Мастер порталов остановился, будто уткнувшись носом в стену. Жилки на его лбу вздулись, капельки пота покрыли лицо от напряжения. Он попытался сделать еще шаг к своей цели, но внезапно из его глаз пошла кровь. Кожа съежилась, она стала слезать с его лица пластами и испаряться словно пар.

Селеста вскрикнула от ужаса. За несколько секунд человек превратился в груду ходящего фарша. Бедняга кричал в агонии. Любой бы на его месте уже умер, однако демонолог внезапно сделал еще шаг, заставляя Нерта в ужасе отступить.

– Неожиданно, да?
– расхохотался живой мертвец, еще раз переставляя ноги.

– Невозможно...
– только и успел выдохнуть один из величайших магов вселенной, прежде чем окровавленная рука без кожи схватила его за шею.

БАМ!

В стену башни врезался первый камень, брошенный великанами, и она пошатнулась. Осколки кладки посыпались с потолка. Один такой угодил в жену чародея и лишил ее чувств, а ударная волна отбросила двоих детей к стене, и вскоре их тоже завалило обломками.

– Я бы сказал, что мне жаль, - прорычал демонолог и жутко хихикнул, - но мне не жаль. Лгун, обманщик, вор, убийца, совсем не добрый маг и защитник обездоленных. Что ты скажешь на правду, Нерт? Что ты скажешь на правду?..

БАМ!

– И пусть никто не узнает, кто ты в истинном свете луны, но я вижу твою душу, волшебник, и она черна, как и моя. Встретимся в пекле, Нерт Однорукий, твоя семья тебя уже заждалась!

Селеста отлетела в сторону. Ее взор заполонила тьма, и последним, что она увидела, была ужасная картина того, как огромный серый оборотень одним махом вырывает нижнюю челюсть еще живого чародея и стягивает с трупа волшебный перстень, слизывая с вытянувшейся морды кровь.

Проснулась она в холодном поту, радуясь, что те ужасные времена уже прошли. Поднявшись с кровати и взглянув в окно, женщина обнаружила, что уже давно перевалило за полдень.

Она спустилась вниз. Зал, как это всегда бывало в зиму (здесь месяц после Долгого Очага называли именно так вне зависимости от того, какое сейчас стояло на улице время года), был полностью набит посетителями, и официантки мелькали то тут, то там, разнося заказы и еще успевая перемолвиться парой фраз с друзьями и знакомыми.

Селеста вздохнула и улыбнулась, решив как можно скорее приступить к работе, пока старик Гедин не поднялся с постели и не начал снова ворчать, грозясь всех выгнать отсюда взашей. Конечно, он только грозился это сделать. В один из долгих вечеров у камина после трудного рабочего дня они пропустили по кружке хорошего пива, и хромоногий хозяин таверны признался, что любит их всех как собственных детей и никогда бы никого не бросил. Вот только ворчать, к сожалению, он умел так, что даже мертвый бы поднялся из гроба и принялся драить полы, лишь бы Гедин замолчал.

Этот день прошел быстро, как и все следующие за ним. Любой бы завыл на ее месте от постоянного однообразия, и в первый свой такой месяц Селеста готова была выбраться наружу и погибнуть в метели, лишь бы хоть как-то изменить следующие двадцать четыре часа, но со временем и она привыкла, стараясь думать лишь настоящим и перестать занимать голову бесполезными мыслями.

И вот, наконец, метель за окном пошла на убыль и вовремя: все запасы в подвале уже подошли к концу, и в последний такой день они перешли на строгую диету из кореньев, от чего лица гостей приобрели мертвенно-бледный оттенок, и сами они стали бросаться друг на друга по самому пустяковому поводу. Дружба дружбой, а целый месяц наедине друг с другом в закрытом помещении кого хочешь сведет с ума.

В ту ночь Селеста едва доползла до дома. Руки ныли от постоянной работы, голова трещала от постоянных жалоб и нетерпеливых вопросов людей, желавших, наконец, выбраться наружу, да и сама она ужасно устала от одного и того же зрелища каждый проклятый день. Женщина надеялась, что боги дадут ей хотя бы месяца два передышки перед следующим Долгим Очагом, иначе она точно кого-нибудь убьет.

Едва преодолев тающие снежные сугробы, она ввалилась в свой дом и принялась разводить огонь в печи, едва отыскав более-менее сухие поленья, заранее припасенные ей перед холодами.