Чтение онлайн

Празднество было прервано шайкой мародеров, которые прострелили мистеру Хардоаху ягодицы и посеяли такой ужас, что участникам встречи пришлось разойтись. Мистера Хардоаха госпитализировали. Но он надеется вернуться на следующую встречу, позаботившись, чтобы она закончилась не так неожиданно. Тем более что он успел исполнить только некоторые из своих замыслов.

А следующий номер «Космополиса» содержал еще одну статью.

ГОВАРД АЛАН ТРИСОНГ,

его детство и примечательные случаи из жизни

(Примечание издательства. Настоящая статья. о великом Говарде Алане Трисонге, о котором сейчас много говорят. Мы надеемся, что публикация заинтересует наших читателей.)

В редакцию «Космополиса».

Я прочитала вашу предыдущую статью о школьной встрече в Гледбитуке с большим интересом, потому что мой сын Нимфотис был школьным товарищем Хардоаха. Странно, как может сложиться жизнь. Оба мальчика были неразлучны, и Нимфи, как мы его называли, часто рассказывал о талантах Говарда. Самой дорогой для него вещью была маленькая книга фантазий, «Книга Грез», которую ему подарил Говард.

Наш мальчик трагически погиб, утонув незадолго до того, как мы покинули Маунишленд. Но «Книга Грез» попрежнему у нас и напоминает нам старые дни. Трудно поверить, что Говард Хардоах стал таким, как вы его описываете, ведь он был робким и нерешительным, но в жизни случается и не такое. Более того, я верю (с тех пор как мы путешествуем в космосе), что большинство людей даже не подозревают, как они умрут… Мы часто вспоминаем о нашем бедном маленьком Нимфи. Если бы он не погиб, возможно, он бы тоже стал знаменитым.

Пожалуйста, не публикуйте мой адрес и мое имя, так как я боюсь, что не смогу, справиться с корреспонденцией.

С уважением,

Тути К.

(Полное имя и адрес не приведены по просьбе корреспондента.)

В контору «Космополиса» вошел худой мрачный мужчина неопределенного возраста, одетый в черный костюм местного покроя, тесный в плечах и свободный в бедрах. Он двигался с беззвучной грацией кошки. Его глаза были черными, лицо со впалыми щеками – худым. Густые темные волосы со взбитым хохолком падали на виски и отчасти на уши. Он подошел к регистрационной стойке, тревожно оглянулся по сторонам, скорее по привычке, выработавшейся за долгие годы. Служащая спросила:

– Чем мы можем быть вам полезны, сэр?

– Я бы хотел переговорить с джентльменом, который несколько недель назад написал статью о мистере Говарде Трисонге.

– Должно быть, это Генри Лукас. Кажется, он сейчас у себя. Могу ли я узнать ваше имя, сэр?

– Шахар.

– Род ваших занятий, мистер Шахар?

– Ну, мисс, это сложно объяснить. Я бы предпочел поговорить с самим мистером Лукасом.

– Как вам будет угодно. Я спрошу мистера Лукаса, сможет ли он сейчас увидеться с вами.

Девушка позвонила. Ей ответили. Она снова посмотрела на Щахара:

– Подождите, он примет вас через пять минут. Шахар тихо сел, взгляд его черных глаз блуждал по комнате.

Раздался мелодичный сигнал. Служащая за стойкой сказала:

– Мистер Шахар, пожалуйста…

Она провела посетителя через холл в кабинет с бледно-зелеными стенами. За столом в небрежной позе сидел одетый по последней моде мужчина с томным лицом, обрамленным блестящими черными локонами. Его одежда была образцово элегантна, манеры, как и выражение лица, – почти высокомерными. Он лениво заговорил:

– Сэр, я Генри Лукас. Присаживайтесь, пожалуйста. Мне кажется, мы не знакомы. Мистер Шахар, кажется?

– Все верно, сэр. – Шахар говорил легко, непринужденно. – Вы деловой человек, и я не займу у вас слишком много времени. Я писатель, как и вы, хотя, конечно, не такой опытный и удачливый.

Джерсен, взглянув на мощные плечи Шахара, длинные крепкие руки, тяжелые кисти с длинными пальцами, подавил довольную улыбку. В Шахаре без труда угадывался убийца, готовый в любую минуту ударить ножом или задушить, получающий удовольствие от чужого страха и боли. Он присутствовал на встрече выпускников, стоял у входа в павильон рядом с приземистым, толстым человеком. Джерсен вспомнил также события, происшедшие несколько ранее, когда Ламар Медрано с Дикого Острова встретила мистера Шахара в Звездном Порту на Новой Концепции. Она покинула отель вместе с ним, и больше ее не видели.

– Ну, – протянул Джерсен. – Я не писатель, я журналист. На какую тему вы предпочитаете писать?

– Отношения между людьми. Факты и лица. Меня заинтересовал Говард Алан Трисонг и его удивительная карьера. К несчастью, очень трудно получить информацию.

– Мне тоже так показалось, – согласился Джерсен.

– Статья о встрече выпускников написана вами, если не ошибаюсь?

– Наш местный корреспондент прислал десять страниц несколько сумбурного текста, который я слегка подправил как сумел. Чтобы получить сведения о Трисонге, думаю, надо посетить Маунишленд.

– Я воспользуюсь вашим советом. А что это за женщина и ее «Книга Грез»?

Джерсен равнодушно пожал плечами:

– В «Книгу Грез» я не заглядывал, а письмо где-то здесь. Кажется, я становлюсь экспертом поТрисонгу.

Джерсен открыл папку, вытащил лист бумаги, заглянул в него. Шахар подошел ближе.

– Старая записная книжка или что-то вроде того, – продолжал Джерсен. – Вероятно, ничего особенного.

Шахар взял Лукаса за руку:

– Можно посмотреть?

Джерсен поднял брови, как бы удивляясь. Казалось, он колеблется. Нахмурившись, он взглянул на письмо.

– Извините, но лучше не стоит. Женщина просила не называть ее имя. Не могу сказать, что осуждаю ее, у каждого свои причуды. – Джерсен вложил письмо в папку.

Шахар отошел, едва заметно улыбаясь:

– Мне бы хотелось собрать любую, а по возможности всю информацию по этому вопросу. Меня больше всего интересует юность Говарда Трисонга, период формирования его личности, так сказать. Пригодились бы безделушки вроде «Книги Грез». – Шахар сделал паузу, но Джерсен ответил только пренебрежительным кивком. Шахар приблизился и заговорил с убедительной настойчивостью: – Предположим, я захочу навестить эту женщину как журналист, работающий в «Космополисе». Дадите ли вы тогда мне ее адрес?