Чтение онлайн

— Нет, — ответили мудрецы. — Середина.

Лой-Быканах стремительно мчался по Среде Обитания. Великий вопрос: в чем смысл жизни сикарасек? — он разрешил на мах, но вслед за этим вопросом следовало реализовать ответ.

Сикараськи живут, чтобы понять замысел Патриархов. А понять Патриарха можно только одним способом — отыскав его и задав волнующие вопросы. Где искать Патриархов, философ не знал, но предполагал, что если бежать очень быстро, то в конце концов на кого-нибудь из них да наткнешься. Можно было, конечно, и балданаков накуриться, но этак недолго снова в благоговение впасть. Свобода трезвой мысли торкала сильней, чем чача из борзянкиили сушеные грибы, так что возвращаться к кальяну и четкам эксцентрик не собирался. Единственное, что осталось у него от прошлого — это мантра "Вышли хваи". Ее он в данный момент и повторял про себя, чтобы не сбить дыхание.

Что-то мелькнуло под ногами, Лой-Быканах споткнулся, полетел кубарем, и ткнулся носом в чей-то зад. Торопливо отстранившись, философ увидел спину Патриарха. Тот сосредоточенно кряхтел.

— Э… Здравствуйте? — философ поспешно отполз в сторону.

— Я занят, — напрягся Держатель.

— Понимаю, понимаю, — Лой-Быканах тактично отвернулся, и даже уши закрыл.

Вскоре специфически запахло. Кто-то похлопал философа по крупу, и он оглянулся.

Из всех неаппетитных процессов процесс творения оказался самым неаппетитным. Но отворачиваться было неудобно, приходилось терпеть.

— Что тебе, родимый? — Держатель, зачерпнув из кучки немного вещества, что-то такое лепил.

— Да вот… пришел…

— Да? А мне почему-то показалось, что ты несся куда-то, как угорелый.

— Искал. Кого-нибудь… из ваших.

— Так хапнул бы борзянки, — усмехнулся Патриарх. — Самый верный способ.

— Спасибо, я уж как-нибудь так.

— Спросить, что ли, хотел? — пальцы Держателя так и порхали, и в них постепенно угадывалась маленькая сикараська с крыльями. Последний штришок — длинный хвост — и сикараська встрепенулась и порскнула в небо.

— Точно.

— Валяй.

— Я угадал смысл жизни?

— Откуда я знаю, что ты угадал, — оставшееся вещество Держатель сгреб, слепил огромный комок и зашвырнул куда-то далеко.

— Ну, типа… Смысл жизни заключается в поиске Патриархов, — выпалил философ.

— Не в поиске, а в познании. Зачем нас искать, мы рядом, и даже ближе, чем ты думаешь.

— Где?

Патриарх вытер руку о бедро, а потом постучал пальцем по голове философа.

— Думай. Вы же по образу и подобию леплены…

При одной мысли, из чего именно, Лой-Быканаху стало дурно, но, едва приступ брезгливости отступил, его осенило:

— В сикараськах?

— Молодец, — похвалил Держатель. — Только не надо все буквально понимать, потрошить сикарасек не надо. И так жрете друг друга почем зря.

Все ответы — в сикараськах, философ почти в эйфорию впал. Во мне — все ответы!

— Я понял! — прошептал он. — Смысл не в поиске, главное — понять замысел Патриархов. Все с самого начала было так просто… так гениально просто…

В экстазе философ побрел, не разбирая дороги, но тут его окликнул Патриарх:

— Эй! Благоговеть только не надо. А то знаю я вас…

Это замечание встряхнуло философа. В мозгу что-то щелкнуло, и он вспомнил Главный Вопрос.

— Куда делась, куда делась, — Держателю уже изрядно надоело отвечать докучливым сикараськам, но положение Патриарха все-таки обязывало. — Вот она.

И он ткнул пальцем в жарко пылающую на небосводе блямбу.

— Сотворили вас на свою голову, креатив так и прет изо всех щелей, — Патриарх смерил взглядом Тып-Ойжона. — Если б вы еще понимали, что делаете.

В общем, пока эта тварь убегала, она достигла критической массы. Среда не выдержала, и тварь провалилась сквозь нее.

— И упала за Край Света, да? — догадались теоретики.

— Нет, сначала она выпала с Другого Конца Света, — поправил Держатель. — Это трудно объяснить, потому что в Среде все относительно, но попробую.

Он поднял камень, раскатал в колбаску, а потом расплющил. Получилась длинная узкая лента.

— Вот Среда, какой воспринимают ее сикараськи — плоская и долгая. Не такая узкая, конечно, иначе вы свалились бы в Небытие, но в общем — примерно такая. Однако подобная модель пространства конечна, поэтому нам пришлось ее закольцевать, — лента превратилась в кольцо. — Тут возникает другая проблема: те, кто снаружи, никогда не пересекутся с теми, кто внутри, поэтому разрываем кольцо, одну сторону переворачиваем, лепим — и получается бесконечная односторонняя поверхность. Теперь никто не одинок.

— Я понял! — вскричал Тып-Ойжон и выхватил из рук Патриарха модель Среды. — Вот тут она провалилась, — он проткнул ленту ногтем, — а отсюда — выпала, — палец мудреца, пролезший в отверстие, пошевелился. — Это с той стороны гор. Она прорвала Другой Край Света, улетела в небо, но, так как все относительно, в результате упала сюда, — и в ленте образовалась еще одна дырочка.

— Соображаешь, — согласился Держатель. — А я как раз тут сидел… думал, чего бы такого новенького запампасить… вдруг как сверху упадет что-то, как бабахнет! Я испугался даже, вот и получилось — целое море. Хорошо получилось.

Все с уважением посмотрели на взволновавшуюся стихию и без лести согласились — действительно, хорошо.

— А я это… — подал голос Ыц-Тойбол. — Ну, вот улетела она за Край Света, провалилась… а обратно-то почему вылезла?

Тут Патриарх смутился. Оказалось, любопытство присуще не только сикараськам, поэтому он заглянул следом за упавшей блямбой, мол, что это?

— Она же голодная! А у меня солнышконад головой болтается — чем-то же надо было до сих пор Среду освещать. Вот ваша макитраи погналась за солнышком: едва голову убрать успел, она из воды как сиганет — и вверх. Так и играю с ней, по утрам и вечерам…

Что потом спрашивали Дын с Бздыном, путешественники уже не слушали. Поход оказался напрасным — Патриархи все решили наилучшим образом, ничего исправлять не пришлось.

— Может, обратно пойдем? — предложил Гуй-Помойс.

— Ходоки назад не возвращаются, — хмуро ответил Ыц-Тойбол.

Старый ходок лишний раз убедился, какого правильного спутника выбрал.

Дол-Бярды отрабатывал удары. Мудрец вообще растерянно кусал края шапки, и флюгер на ней вертелся, как заведенный.