Чтение онлайн

– Лучше ты меня послушай, белый, – с угрозой начал дарфарец, нависая над капитаном, как скала. – Я могу сломать твою цыплячью шейку одним ударом, не помогут и лучники. А потом свалю все на варвара и твою беспечность. Не зли меня, слизняк.

– Так его, крысу тюремную! – хрипло поддержал чернокожего Конан. – Пусти ему кровь, съешь его сердце!

– Лучше я съем твое, тогда у меня прибавится силы и умения, а от его куриного сердечка я еще, чего доброго, стану трусом, – ответил ему дарфарец, возвращаясь на свое место.

– Ты еще поплатишься, – тихо прошипел офицер, слегка подрагивающей рукой утирая пот. – Начинайте, – приказал он уже прежним властным тоном.

Евнухи сразу засуетились. Один бросился к очагу – проверять инструменты, другой пару раз крутанул заскрипевшее колесо и снял со стены длинный семихвостный кнут из кожи гиппопотама, с зашитыми по всей длине железными шариками, и опустил его в бочку.

«А там наверняка соленая вода,» – Конан внутренне поежился, сохраняя полное безразличие ко всему, происходившему вокруг.

– Эй, капитан! – прогудел дарфарец. – Слушай, а тебе не кажется, что варвара для начала стоит просто спросить о чем-нибудь? Чего мы его будем зря лупить, может, он и так все расскажет…

Капитан с ненавистью посмотрел на палача, потом скривился и процедил:

– Так он тебе все и выложит. Но я попробую.

Дарфарец радостно оскалился и сложил руки на груди. Офицер подошел поближе к Конану и резко спросил:

– Признаешься?

– В чем именно? – уточнил киммериец.

– В убийстве двух стражников, служителя тюрьмы и мирного обывателя Пайрогии, – ледяным тоном перечислил капитан.

– Конечно! – с готовностью согласился Конан. – Бандиту, которого ты именуешь «мирным жителем», я расколол череп, одному стражнику снес голову, второму разрубил горло, а что до этого служителя тюрьмы – так я его просто толкнул, а он врезался в стену и умудрился сломать себе шею…

– А зачем ты это сделал? – задал следующий вопрос капитан и, повернувшись, бросил через плечо: – Писарь, записывай все, что он скажет!

Конан напряг глаза, которые после удара Мбванги стали несколько хуже видеть, и разглядел у самой двери, рядом с «растяжкой», маленький столик, за которым с пером в руке сидел похожий на крысу тщедушный человечек, со страхом созерцавший то Мбвангу, то Конана. Видимо, не мог решить, кого стоит больше бояться – преступника-варвара или палач из племени людоедов.

– Ты будешь говорить или мы начнем? – нетерпеливо осведомился офицер.

– Я думаю, как правильнее ответить, – огрызнулся Конан. – Значит, так. Бандит сам полез в драку и получил, что заслуживал. Стражникам не стоило устраивать засаду. А палач ударил меня цепями по лицу. Кроме того, у него шея была слабая – я ж кинул его не сильно…

Признания Конана перебил громкий смех дарфарца.

– Шея слабая, – веселился Мбванга. – Шуточки у тебя, варвар…

– От варвара слышу, – с достоинством парировал Конан.

Офицер злобно покосился на чернокожего и продолжил:

– За убийство четырех человек ты предстанешь перед королевским судом. Думаю, тебя или четвертуют, или сожгут живьем. Но это мелочи. Есть более серьезный вопрос – что тебе вообще понадобилось в Пайрогии?

Конан хотел как следует шлепнуть себя по лбу, но длина цепей не позволяла.

– Ну я дурак… – протянул он. – Это ты, людоед поганый, мне память отшиб!

– То, что ты дурак – совершенно верно, – согласился капитан. – Но отвечай по существу, пока тебе не надели «зингарские сапоги» или не вздернули на дыбу.

«Зингарские сапоги» – это очень плохо, – подумал Конан. – После них ходить точно не будешь, и даже ползать – с трудом получается…»

– Мы, то есть я, Эртель, Веллан, Тотлант и Эмерт, – начал киммериец, – посольство короля Пограничья Эрхарда. Собственно, посол – Эртель, племянник короля, а мы его свита. Все верительные грамоты у него…

– Ну ты и врать, – рассмеялся капитан. – Две седмицы назад к нам приехал посол от короля Пограничного королевства, Хьярелла. Его зовут Эндоло.

– Не может быть, – не поверил Конан. – Как это Эндоло успел так быстро подняться от простого воина до посла?

– Ты его знаешь? – подозрительно спросил офицер.

– Еще бы не знать! – возмутился киммериец. – Полторы луны назад мы с ним караван охраняли!

– Ну, это ваши дела, – отмахнулся капитан. – Однако сейчас посол именно он. И, хотя Пограничье – не более чем выгребная яма, куда стекаются все человеческие отбросы, я не поверю, что король там меняется каждый месяц!

– Придется поверить, – раздался чей-то глубокий властный голос. Все, как по команде, повернули головы к двери. – А также немедленно объяснить мне, что здесь происходит, – голос был настолько холоден, что казалось – сейчас на потолке камеры появятся сосульки.

Дарафарец мгновенно согнулся в поясном поклоне, подобострастно бормоча:

– Советник Вегель…

Капитан заметно побледнел и тоже отвесил короткий быстрый поклон. Конан повернул голову и увидел невысокого полуседого мужчину в ухоженными усами и бородой, в красивом, ладно сидящем охотничьем кафтане темно-зеленого цвета, и в алом плаще, скрепленном у горла золотой застежкой в виде скачущего коня. Взгляд больших карих глаз из-под густых, сросшихся на переносице бровей не сулил изрядно струхнувшим тюремщикам ничего хорошего.

– Так что здесь происходит? – с угрозой в голосе повторил Вегель и быстрыми шагами подошел к прикованному Конану. Карие глаза встретились с льдисто-голубыми, две непокорных и независимых характера схлестнулись в незаметной посторонним схватке. Наконец, тяжелые веки с длинными ресницами слегка прикрыли карие глаза и советник Вегель слегка кивнул Конану.

Киммерийцу не нравился стоявший перед ним человек. Однако он уважал обладателей сильной воли, а потому тоже наклонил голову в знак приветствия.