Чтение онлайн

Хайд двигался, ориентируясь на следы от копыт, хорошо заметные в пыли, пока не увидел джип, задняя часть которого выступала наружу из пещеры. Низко пригнувшись, Хайд добрался до входа и, держа автомат наготове, прижался к внешней стене пещеры. Затем он осторожно заглянул внутрь, всматриваясь в темноту через инфракрасный прибор.

— Оставайтесь на месте, — шепнул он своим спутникам. — Кроме меня, никого из пещеры не выпускать.

Он почти бесшумно двинулся вперед, не переставая смотреть в прибор ночного видения. В одиночестве ему было спокойнее: хуже всего оказаться в закрытом пространстве с людьми, которых не знаешь и которым не доверяешь.

В маленьком гроте он обнаружил мощное тело Дика, распростертое на земле. Дырочка от пули в виске не оставляла никаких сомнений относительно его состояния. В открытых глазах отразился зеленый свет прибора ночного видения. Хайд наклонился и заметил в пыли отпечаток подошвы, повернутый вглубь пещеры. Он прошел немного в этом направлении и остановился. Что-то здесь было не так. Он припомнил, что оставил у входа двух своих бойцов, что Дик с Призраком отправились сюда верхом, но сейчас лошадей у пещеры уже не было. В следующее мгновение он понял, в чем ошибся.

Джон Манн ехал впереди, Габриель и Лив — за ним, сидя вдвоем на крупном жеребце. На протяжении нескольких сот метров они держались высохшего русла, потом свернули в такой же высохший приток, который повел их в другом направлении. Раздававшиеся позади автоматные очереди быстро стихали, пока не перестали быть слышны совсем; остался только легкий свист ветра и глухой стук копыт по песку.

Лив прижималась к Габриелю — ей была приятна его близость, но еще больше девушке хотелось успокоить его. Она с трудом представляла, что он должен чувствовать после внезапного и потрясающего открытия, сделанного в пещере. И все же ее радовало, что все случилось именно так. Невыносимо было думать, что, если она умрет, Габриель останется на свете совсем один, — ведь вся его семья погибла. Теперь он нашел отца, и Лив радовалась этому.

Подняв глаза, девушка увидела, что извивающиеся змеей звезды Дракона указывают на низко повисшую над горизонтом луну, тоненький серпик которой едва-едва угадывался на сереющем небосклоне. «Теперь уже недолго, — подумала она. — Так или иначе, но осталось совсем мало».

— Это я, — предупредил Хайд, приблизившись к самому входу, — не стрелять.

Он взобрался на берег вади и осмотрел окружающую местность в прибор ночного видения. Пыль в воздухе до сих пор еще не осела, поэтому вдали ничего разглядеть не удавалось, а та пыль, которую поднимают копыта двух коней, не сравнится со шлейфом, что тянется за автомобилем. У беглецов была фора по меньшей мере минут в пятнадцать, но слишком далеко уйти они пока не могли. Он скользнул по откосу на дно вади и, согнувшись, забрался в кабину бронетранспортера. Взял с приборной панели микрофон рации, та запищала.

— База, говорит Точка Один. Как поняли?

— Слышим хорошо.

— Нам требуется немедленная поддержка с воздуха — поиск и обнаружение объектов. Поднимайте «Кобру», пусть включат все приборы, какие у них только есть. Мне нужно, чтобы пустыня светилась, как новогодняя елка.

Уже подъезжая к месту раскопок, беглецы услышали вдали шум вертолетного винта. Последние километров десять с лишком они скакали галопом, торопясь отдалиться от погони, которая теперь расширила зону своих поисков.

Когда до цели оставалось метров двести, Джон Манн натянул поводья своего скакуна и спрыгнул на землю. Габриель последовал его примеру и вслед за отцом взобрался на невысокий валун, чтобы получше видеть.

За прошедшие сутки лагерь окружили солидной системой безопасности, и теперь он походил на поселок: такой же забор из двух рядов колючей проволоки, такие же вышки, а на них охранники с тяжелыми пулеметами.

— А откуда тебе известно, что это то самое место?

— Они уже не первый месяц здесь копают, но только этот участок их заинтересовал по-настоящему. Ты посмотри, какая охрана!

Габриель как раз и смотрел на охрану. Стало ясно, что прорваться внутрь силой никак не удастся.

— Если я отвлеку их внимание, тебе, возможно, удастся подобраться ближе, — заметил Джон. — Нас устраивает целый район, необязательно какая-то конкретная точка. Последние двенадцать лет я только и делал, что читал все, так или иначе связанное с легендами об Эдеме. Как я уже сказал, Цитадели я продавал кое-что ненужное, а ценные находки оставлял себе. Так вот, Таинство воссоединится с землей в ту минуту, когда тело, в коем оно заключено, коснется праха родных мест. Вполне достаточно, как я понимаю, чтобы она подошла как можно ближе. А других возможностей у нас, похоже, и нет.

— Пытаться взять их штурмом — чистое самоубийство, — кивнув, ответил отцу Габриель. — Но нужно проникнуть за забор, как можно ближе к раскопу. Наверное, нам придется пожертвовать собой, — заключил он.

Охранник только что получил по рации сообщение о пропавших из виду беглецах и почти сразу заметил, что из пустыни вынырнули верховые, шагом направляющиеся к лагерю. На одном коне сидели белые мужчина и женщина, на другом — человек, похожий на араба. Последний снял куфию и размахивал ею над головой в знак того, что сдается.

Охранник тотчас вышел снова в эфир и вызвал майора Хайда.

— Они здесь, босс, — доложил он. — Выехали на нас из песков с поднятыми руками. — Он выслушал распоряжения начальства и махнул часовому у ворот: — Пропусти их. Разоружи и постереги, пока я спущусь.

Джон Манн предварительно связал Габриелю и Лив руки за спиной, легонько, а с Лив снял туфли, оставив ее босой. Все, что ей нужно было сделать, дабы исполнилось пророчество, — это сойти с коня и ступить на землю.

К ним уже спешили охранники — отобрали оружие, потом провели через ворота внутрь лагеря. Прожектора ярко, словно днем, освещали большую яму, но что в ней находилось, они отсюда не видели. Из пустыни послышался нарастающий рокот винтов вертолета. Один из охранников сделал пленникам знак спешиться. Габриель спрыгнул с седла и обнял Лив, помогая ей сойти с коня.

Она упала в его объятия, и он быстро опустил ее на землю. Лив чувствовала, как холодит босую ступню остывшая за ночь почва, но ступила на нее твердо.