Чтение онлайн

Рыбаки продолжали следить за событиями, сгруппировавшись возле верхней ступени на краю пирса. За маленьким целлофановым окошком столпились люди. Оказалось, что посетителей кафе было все же больше, чем пара человек. Пары две-три, как минимум.

Звонкие «тук-тук», что сейчас гордо разносились по округе, к сожалению, в любом месте подопытной ступени были одинаковыми, как тираж одного выпуска газеты. Я поднялась, опечалившись. Снова промах. Третья ступень, третья ступень… Стоп. Третья ступень? А если считать сверху, то я стою аж на шестой!

Резво подскочила и, отпихнув попавшегося на пути к вожделенным сокровищам Димку, побежала наверх, на третью ступень. Рыбаки, находившиеся на верхней ступени, загораживали свет уходящего солнца, и я велела им отойти. Выполнив приказ, наблюдение они продолжили вести ровно с двух метров. А вот клиентам кафе «Нежух» созерцать простукивание ключом от квартиры уже второй ступени пирса мешал опять же Дима, и, стуча пальцами по целлофану, служившему окном, они знаками велели ему немного отойти в сторону. Как ни странно, немой намек был понят, и сопровождающий Катю Любимову, охотницу за ступенями, парень великодушно открыл просящим обзор. Они показали ему в оконце большие пальцы в знак одобрения. Я же продолжала простукивать вторую третью ступень, простите за каламбур, и вслушиваться в одинаковые звуки. Опять ничего! Нет, ну что за невезение?

Поднялась и утерла пот с лица. Тут у меня зазвонил мобильный. Это была Юлька.

– Привет, подруга! – жадно глотая воздух, задорно поприветствовала я ее.

– Че ты такая запыхавшаяся? Прикинь, ко мне пристал в зале дядька… в трусах! И везет же мне на раздетых мужиков сегодня! Где, говорит, штаны мои? А я почем знаю? А тут эта калоша с родинкой на щеке, ну здоровенная та, помнишь? Вот, тычет в меня и говорит: «А вот и вторая! Сообщница! Верните шефу брюки немедленно!» Дурдом. Мишка узнал у ребят, что это замдиректора, ее сам директор поставил на проверку пропусков, пока они ему штаны по всему этажу искали. Вот и прояснилась ситуация. А я башку ломала, чего она пароль свой забыла, клуша?

– Где нашли-то? Штаны его?

– Так не нашли! Мы так и не смогли убедить озабоченную парочку в том, что не крали их брюки, хотим уйти – не пускают. Пришлось убегать, прямо как в каком-то вестерне! Только лошадей не хватало! А этот, в трусах, за нами гонится по улице и орет как ненормальный: «Я вам заплачу! Только верните штаны!» Еле умчались.

– Что ж он сам свои портки найти не может? – негодовала я.

– Может, за кровать забились? – предположил один из матерых рыбаков, внимательно слушающий мой разговор с подружкой. – А что, у меня жена один раз там их нашла. Ходил тоже неделю без брюк.

– Он на работе их потерял, – пояснил Димка.

– М-м… – покачал котелком рыбак удрученно, жалея человека в трусах. Он понимал, что на работе, как правило, кроватей нет, так что найти пропажу будет значительно сложнее.

– Теперь мы в «Токай» идем, – продолжила Юлька вещать. – А вы где? Если хотите, присоединяйтесь, будем ждать.

– Вряд ли нам удастся. – Я не могла ей сказать, что сейчас немножко занята, но, когда скажу, она, безусловно, поймет. – Не забудь про… – я покосилась на Дмитрия, – про заколку. – Не стала упоминать словосочетание «нудистский пляж», а то Димку удар хватит. – Созвонимся позже.

Что ж, ступени пирса меня не порадовали, но я не буду сдаваться. Кафе «Нежух» – это не может быть простым совпадением. А пока – кушать, кушать!

– Есть хочу, – сообщила я кавалеру, возвращая ему ключ, и он со вздохом облегчения повел девушку ко входу.

Восемь посетителей кафе встретили нас бурными аплодисментами, я ответила поклоном, а Димка недовольно сморщился. Продавец яств тоже был не шибко рад нашим манипуляциям со ступеньками, так как едва не лишился посетителей, собиравшихся уже уйти на улицу, дабы поближе нас разглядеть, но не успевших: мы вошли сами.

Пока я под пристальными взглядами человеческих особей размещалась за свободным столиком и осматривалась, Дмитрий покупал нам пиво, бутерброды и мороженое. Кафе было небольшим и уютным. Пол был выстелен той же плотной тканью, только просто зеленой, без рисунка, а вот столики состояли из белого пластика, и, что самое примечательное, их ножки к низу имели три рельефные выпуклости. Три ступени! Только как можно туда засунуть карту? Стоит над этим поразмышлять.

Вернувшийся Дмитрий застал меня сидящей на полу и гладящей ножку пластикового столика.

– Господи, да что ты там делаешь? – не выдержал он. – Как не погляжу, ты все время копошишься где-нибудь на земле! Что, деньги ищешь?

– Угадал, – хмыкнула я с пола и вернула свой зад на стул. – О, бутерброды!

Желудок громко заурчал в предвкушении долгожданной пищи, и я не стала обманывать его ожиданий. Взяла хлеб с колбасой, которая ввиду сильной жары немного изменила свой цвет и стала мокрой, что, однако, не убавило моего аппетита, и во мгновение ока поглотила пищу.

– Бери еще, – тоном гостеприимного хозяина предложил спутник и открыл мне банку пива.

– Нет-нет, пиво пей сам, я не люблю. А вот сэндвичи – это в самый раз. – И второй бутерброд отправился вслед за первым. То же я сделала с третьим, затем принялась за подтаявшее мороженое в стаканчике.

– Странно, я-то думал, ты на диете. Потому и взял побольше бутербродов именно с белым хлебом, надеялся, все мне достанутся, – не то сыронизировал, не то сказал серьезно Дмитрий.

– Ты прогадал.

Умяв мороженое, я взяла в руки последний бутерброд и, осознав тот факт, что он последний, горестно вздохнула, смахнув едва зародившуюся слезу. Опустевшая одноразовая тарелка с россыпью белых крошек смотрелась очень сиротливо и жалко.

Димка не спеша потягивал пиво из банки, более никак не реагируя на то, что на него бутербродов не хватило. Я неожиданно поняла, что он жутко симпатичный. Раньше, видать, мне мешало осознать этот факт постоянное чувство голода. Стильные солнцезащитные очки были задвинуты высоко за лоб, однако волосы я бы посоветовала ему отрастить подлиннее, впрочем, июнь в этом году выдался действительно жаркий, а мужчины, по моим личным наблюдениям, высокую температуру окружающей среды переносят крайне плохо, хуже, чем женщины. Потому и приветствуют короткие стрижки.