Чтение онлайн

Тарус промолчал. Просто радовался знаку, что они на верном пути. А что до нового задания, так за любое знание приходится платить. Несложную эту истину чародей усвоил раньше, чем научился плести заклятья.

И они отправились обратно. Пересекли лес, ступили на извилистую горную тропу. Точно так же тянулись навстречу темные скалы, а внизу плескались свинцовые волны залива.

– Тарус, – окликнул чародея Вишена. – А кто такие айагры?

– Нечисть такая, – вздохнул тот. – Вроде чертей, только куда зловреднее и сильнее. Лучше бы так и не узнал никогда кто они…

«Опять нечисть», – подумал Вишена и покосился на свой черный, как ночь, клинок. Все три руны на гарде слабо светились зеленым.

Когда залив скрылся за причудливыми изломами скал и тропа потихоньку пошла вниз, путники примолкли. Никто не перебрасывался короткими фразами, как раньше – они ступили на пустоши Танкара, где хозяйничали сейчас черные люди Аргундора.

– Вон там, – показал на неровную цепочку холмов Боград, – ближний замок. Щаг зовется. Раньше он всадникам принадлежал, но недавно пришли черные и выбили из Танкара всех. Чуть дале другой замок, Продиас, а еще дальше – Нидлтон и Менелот, две старых твердыни всадников в Танкаре. Они оставлены впервые за много лет.

Вечерело. Небо, одетое мрачными тучами, нависало над головами путников и, казалось, гнуло к земле, давило непомерной тяжестью. Порывистый восточный ветер нес пронизывающий холод.

– Ей-право, как аргундорцы здесь объявились, даже погода испортилась, – проворчал Богуслав, кутаясь в плащ. – Костерок бы развести…

– Надо в скалах пошастать, – тоном знатока заявил Дементий. – Авось, грот какой отыщем, заночуем как люди, горячего приготовим, отвару напьемся.

Горячее и впрямь не помешало бы после дня на ветру. Путники рассыпались цепью, прочесывая каменистую пустошь, заглядывали в нагромождения валунов. Вскоре подходящее место отыскалось: пещерка размером с небольшую горницу, да еще ход в нее изгибался так, что никакому ветру не достать. Да и огонь снаружи мудрено заметить. Выгнали оттуда десяток летучих мышей, натаскали скудного сушняка и стали на ночлег.

– Дежурить бы надо снаружи, – задумчиво протянул Боромир. – По двое лучше.

– Не помешает, – поддержал Тарус.

Вишена со Славутой переглянулись.

– Давай мы сперва, – предложил дрегович.

Они вернулись к ветру и холоду. Запахнулись поплотнее в плащи и уселись на камни лицом друг к другу, чтобы виднее были пустоши. Славута глядел на север, Пожарский – на юг.

– Неприютные земли, – проворчал, зевая, Вишена. – Как тут люди живут?

– Тут вообще все странно, – согласился дрегович. – Я первое время не мог прямо – до того все чужое. Вовсе на наш мир непохоже… Нечисть – страшная, наша рядом с ней игрушкой кажется.

– А помнишь, – сказал Вишена, – в Рыдогах овинник нас едва не сжег?

Славута вздохнул. Он помнил. Тогда и коней у них увели колдовством каким-то. Свершившееся успело потускнеть в памяти, но совсем, верно, никогда не сотрется.

Завыл вдалеке волк. Славута вздрогнул, всматриваясь в ту сторону.

– Ты чего? – насторожился Вишена. Он уже привык, что в Иллурии даже звери могли быть врагами.

– Это верховой волк, – прошептал дрегович. – У них постромки кожаные в пасти, оттого и воют иначе. Не «у-у-у», а вроде как «ы-ы-ы». Слышишь?

Вишена прислушался.

– Похоже, – сказал он с уважением. – Ни в жизнь бы не догадался…

– Я тоже первое время удивлялся. Эльфы научили, – вздохнул Славута. – Мудрый народ. Настолько же мудрый, насколько странный.

– У кого здесь верховые волки? У орков?

– Не только. В Аргундоре тоже на них разъезжают.

– И больше нигде?

– Нигде, – покачал головой Славута. – Нигде по всей Иллурии, только в Хаэнедоре и Аргундоре.

Вишена поежился.

– Чего их по ночам носит… Сидели бы себе в замках.

– Орки часто нападают ночами, – сказал Славута. – Не учуяли бы нас… Хотя, без дела редко кто большими силами шатается. Пять-восемь волчин с седоками нас не остановят…

Что да, то да, их было двадцать и каждый терт не в одной схватке, не в одном походе. В Иллурии умели штурмовать замки без ворот, в чистом же поле лойдянам, венедам да чикмам не ровня даже пехотинцы Сириана и быстрые, как ветер, всадники в бело-голубом. Если их, конечно, немного. Даже Купаве не ровня, несмотря что девка. Хотя, рядом с Боромиром и не хочешь, а сражаться научишься. Иначе не получится…

Волк завыл ближе, и ему ответили с другой стороны, немного южнее.

– А, пропадь, сюда, кажется тащатся. Пойду Боромиру с Тарусом скажу.

Славута поднялся и юркнул в пещерку.

Вглядываясь в сгущающиеся сумерки, Вишена подумал:

«Плащ у меня неподходящего цвета…»

Снежно-белый, он и вправду плохо маскировал на фоне мышастых скал.

Вскоре вернулся Славута с Боромиром, Тарусом, Боградом Роксаланом и Похилом.

Взглянув на зеленый плащ дреговича, Вишена невольно позавидовал: вот кому красота! Ни в лесу, ни в поле, ни в скалах толком не разглядишь… Особенно в лесу.

– Сдается мне, – шептал Славута, – что они цепью рассыпались и тянут через пустоши. Ищут кого-нибудь, или просто дозором обходят.

Понаблюдав с минуту, Боромир позвал остальных. Схоронившись меж камней стали ждать.

Всадники появились с востока. Мелкой рысью трусили громадные волки, неся закутанных в черное седоков. Их было пятеро и они действительно растянулись цепью. Между каждым всадником сохранялся промежуток шагов в двести.

Крайний слева направлялся точно к их укрытию.

– Приблизится – зашибем. Потихоньку, если выйдет, – сказал негромко Боромир. – Омут, ты готов?

Молчаливый рыдожанин только кивнул: разговорчивее в Иллурии он вовсе не стал.

Волк начал принюхиваться в четверти версты. Вишена, припав к камню, глядел на всадника во все глаза. Тот подергал за повод, почесал волку меж ушей и направил его точно к пещерке, выглядящей с той стороны просто как россыпь крупных, в три человеческих роста, камней. Гортанно перекликнувшись со своими, аргундорец приближался. Все замерли, никто не шелохнется, только пальцы бесшумно смыкаются на рукоятках оружия.