Клин клином
Шрифт:
– Куда ж ей деваться!
Удалов задумался. Потом обратил к Минцу круглое, простодушное лицо.
– Нет, – сказал он. – Ничего у нас не выйдет. Не сегодня-завтра снова драконы попрут.
– Почему же?
– Да завернут издатели Поганини с его Маней. Неужели они в школе не учились?
– Некоторые издатели в школе учились. Но плохо, – вздохнул Минц. – А богатенькие забыли, чему учились. Наконец, самые богатые отличались слабым здоровьем и болели, когда проходили «Анну Каренину». Кстати, Корнелий, никто в школе не надеялся, что дети прочтут роман Толстого. Потому его и не читали, а проходили. А проходят как?
– Мимо?
– Вот именно. Проходят мимо.
– Ничего, – сказал Удалов. – Если я прав, то Поганини вернется к драконам, если ты прав, то придется нам иметь дело с изысканными чувствами.
– Если я прав, то Поганини заработает столько денег, что сможет купить квартиру в Москве.
Удалов улыбнулся и пошел домой. Ему хотелось посидеть в мягком кресле и почитать газету.
Но не пришлось.
На кухне сидела Татьяна Ларина (судя по одежде и выражению лица), читала письмо от Онегина и тихо плакала.
А Ксения, которая как раз вошла туда, стояла в дверях, скрестив руки на груди и убийственно глядя на непрошеную девицу.
Удалов вздрогнул и хотел прошмыгнуть мимо, но Ксения схватила его за рукав.
– Уже в дом таскаешь? – спросила она Удалова.
– Кого таскаешь?
– Шлюх таскаешь!
– Я ее в первый раз вижу. А вообще она – воображаемое видение Александра Сергеевича Пушкина.
– Если видение, почему она не у Пушкина на кухне, а у меня?
– А ты проверь, – предложил Удалов. – Она сквозная.
Эта идея пришлась Ксении по душе. Она схватила сковороду и метнула ее в Татьяну Ларину.
Сковорода пролетела сквозь тело гостьи и разбила на полке три любимых чашки.
– Ах, она еще посуду бьет! – закричала Ксения и вторую сковородку метнула в мужа.
Через месяц видения прекратились.
Гусляр опустел.
Затем куда-то пропал и сам Петро Поганини.
А уже осенью Минц как-то постучал половой щеткой в потолок, призывая Корнелия.
Корнелий сбежал вниз.
У Минца был включен телевизор. Вот что говорила дикторша:
– Новый роман известного бестселлериста Петро Поганини «Маня Каледина», ставший всероссийской сенсацией и экранизированный режиссером Спилбергом, выдвинут на Букеровскую премию. Достоверность исторических деталей падения и трагедии попавшей под поезд знатной женщины царского Петербурга вызвала повышенное внимание к оригинальному творчеству прозаика. Наш корреспондент встретился с писателем, который недавно купил пятиэтажную виллу на Канарских островах. Первым вопросом корреспондента...
На экране появилась вилла.
Возле виллы в шортах и с теннисной ракеткой стоял Петро. На нем повисли две темнокожие от морского загара испанские красавицы. В окно кухни выглядывала осунувшаяся Дарья Гофф.
– Как вам удалось придумать такой удивительный сюжет? – спросил корреспондент.
– Непросто, – ответил Петро.
– Как вы относитесь к вашим шансам получить Букера?
– Букера возьмем, – ответил Петро. – А Оскар не за горами.
И он засмеялся, уставившись в экран, будто догадался, что профессор Минц, избавивший Великий Гусляр от плодов буйного воображения Петро, не отрываясь глядит в экран телевизора.