Чтение онлайн

Я стала искать глазами в толпе Верочку, надо увести девочку, пока та, налившись сладким пойлом, не натворила глупостей. Как на всех мало-мальски значимых светских мероприятиях, сейчас в ресторане полно папарацци, и меньше всего Андрею Савельеву захочется увидеть фото наклюкавшейся дочурки в какой-нибудь «Желтухе».

– Тетя Даша, мне плохо, – захныкала Ира.

– И понятно почему, – вздохнула я. – Пьяный ребенок – позор семьи!

– Меня хотят похитить, – снова икнула Ира, – или вообще убить.

Я поморщилась.

– Эта тема уже исчерпана, не начинай заново.

Иришка прижалась ко мне и, обдавая сильным запахом алкоголя, прошептала:

– Нет, правда! Вон тот дядька так нехорошо смотрит… Я его стопудово откуда-то знаю.

– Кто тебя напугал? Сейчас же его прогоню, – я попыталась успокоить глупышку.

– Такой урод свинский… – заплетающимся языком пролепетала Ира. – Угостил меня… ик… соком… а он… ик… с градусами!

Глаза ее стали закрываться, и девочка начала валиться на бок, но я успела подхватить глупышку и вывела ее из ресторана в холл гостиницы. Иришка еле-еле шевелила ногами и буквально рухнула в большое кожаное кресло, стоявшее неподалеку от рецепшен.

Я подошла к портье.

– Мне нужен номер на сутки.

Молодой человек в черном костюме быстро окинул меня взглядом, но вежливо отказал:

– Увы, свободных комнат нет.

Я открыла клатч, вытащила платиновую кредитку, потом симпатичную зеленую банкноту и, постукивая карточкой по стойке, уточнила:

– Совсем нет?

Портье с сожалением посмотрел на купюру.

– Рад бы помочь, но гостиница переполнена.

– Мне очень надо, – нежно улыбаясь, закурлыкала я, добыв из сумочки французский паспорт и еще одну ассигнацию.

– О да, мадам! – засуетился администратор. – Для нас честь вас принять! Где багаж? Его сейчас же отнесут наверх. Разрешите заглянуть в паспорт?

Пока парень рассыпался в комплиментах, его руки с ловкостью фокусника спрятали деньги. Я получила ключ и поманила коридорного, вдвоем мы довели несопротивляющуюся Иру до кровати и положили поверх покрывала.

– Давайте горничную позову? – предложил паренек, одетый в красную куртку с золотым шитьем. – Она вам ее раздеть поможет.

– Спасибо, дружочек, – кивнула я, одаривая помощника чаевыми, – сама справлюсь. Не болтай о том, что девочка напилась.

Юноша строго посмотрел на меня.

– В отеле всякое случается, начнешь языком молоть, работу потеряешь. Вот, держите визитку, на ней мой мобильный. Если захотите дочку тайком увезти, звякните, выведу вас через служебное помещение.

– Очень мило с твоей стороны, – улыбнулась я, пряча визитку.

– Любой каприз за ваши деньги, – торжественно пообещал коридорный и умчался.

Я посмотрела на уже крепко спящую Иру, сняла с нее туфли на высоком каблуке, аккуратно поставила их в предбаннике на подставку, прикрыла девочку пледом и, не забыв тщательно захлопнуть дверь, пошла в ресторан.

Услыхав о «выступлении» дочери, Вера всплеснула руками:

– Вот безобразница! На короткое время упустила ее из вида, и вот, пожалуйста, результат!

– Может, надо дать ей чуть больше свободы? – предположила я. – Ира, вероятно, бунтует против чрезмерной опеки. Даже взрослого человека обозлит постоянная охрана.

Подруга с шумом выдохнула.

– Дочка в последнее время несносна. Я даже обратилась к невропатологу, и он посоветовал для нее лекарство. Но Ирина отказалась его принимать, я подсыпаю порошок ей по утрам в кашу. Чувствую себя как леди Макбет! Огромное тебе спасибо за помощь. Сколько я должна за номер?

Я поморщилась.

– Прекрати!

– Надо бы подняться к ней, – без особой охоты протянула Вера. – Мы здесь без охраны. Вдруг что случится!

– А смысл? – отвергла я ее идею. – Меньше двух часов она не проспит. Номер заперт на ключ. Отдыхай спокойно. Никому твое сокровище не нужно.

– Полагаешь? – обрадовалась Вера. – У меня сегодня на редкость праздничное настроение. Даже Иркино хулиганство его не испортило.

– А помнишь, как сама надралась в кафе «Московское», отмечая окончание первого курса? – ехидно поинтересовалась я. – Ты тогда стала фирменными блинчиками в официанта швыряться. Спасибо, Ваня Марков все уладил, а не то бы сидеть тебе пятнадцать суток.

– Ой, правда… – захихикала Вера и схватилась за сумочку, в которой запищал мобильный. – Да, я. Слушаю, милый, добрый вечер, солнышко!

Голос Веры стал сладким, как рахат-лукум, щеки порозовели, глаза приобрели счастливое выражение. Искоса глянув на меня, подруга быстро отошла в сторону, явно желая продолжить беседу без лишних свидетелей. Я не могла прийти в себя от изумления. До сих пор у Веры не было от меня тайн. И с кем сейчас воркует Савельева, разом забывшая и об Ире, и обо мне, и о свадьбе Пестовой?

Примерно через полтора часа мы с Верушкой улизнули из ресторана и поднялись в номер. Иры на кровати не оказалось.

– Она ушла? – испугалась мать.

– Маловероятно, – успокоила я подругу. – Слышишь шум? Вода течет… Девочка слегка оклемалась и принимает душ.

Вера подбежала к двери в санузел и крикнула:

– Заинька, открой маме!

Я села в кресло и с наслаждением освободилась от шпилек. Когда мадам Помпадур, любовница одного из Людовиков, изобрела туфли на шпильках, она всего-то хотела казаться повыше ростом и совершенно не предполагала, что спустя пару сотен лет после ее кончины основная часть женщин планеты станет пользоваться шпильками и по вечерам испытывать неземное блаженство, меняя их на тапки.

– Дашута, – растерянно сказала Вера, – она не хочет выходить.

Мне пришлось встать и тоже стучать в створку, строго приговаривая:

– Ира! Сейчас же отопри!

Но девочка не отвечала. Вера принялась нервно ломать пальцы, я же прислушалась и поняла: вода шумит ровно, а если человек плещется под струей, звук должен быть прерывистым.

– Ей плохо! – испугалась Вера. – Надо срочно звать на помощь, пусть сломают дверь.

Я вынула из сумочки визитку, полученную от коридорного.