Чтение онлайн

— А я тебе меду еще с вареньем принесла! — приняла эстафету корректор, — И лимона. Будешь теперь чай пить с вареньем, лимоном закусывать. Меда и лимона, главное, побольше кушай. В лимоне витаминов много, в меде их вообще полно, а они тебе сейчас очень нужны! — заботливо разъясняла женщина.

— Как ты себя сейчас чувствуешь? — спросил Оптимистов своего подчиненного.

Подчиненный лежал на спине, через катетер в кровь поступала смесь микроэлементов, антибиотиков, витаминов и питательных веществ. Дело в том, что после заплыва в холодной воде ночной реки Логинов подхватил воспаление легких и потерял голос. Горло болело постоянно, дышать было нелегко. Поэтому на вопрос как он себя чувствует молодой человек смог только промычать что-то нечленораздельное.

— Ну и хорошо, что ты себя хорошо чувствуешь! — так расценил мычание главный редактор, — Я рад слышать в твоем голосе нотки оптимизма. Логинов расширил глаза от удивления, но ответить ничего не смог.

— А мы сейчас немного коньячку с Полиной Алексеевной за твое здоровье выпьем. Я надеюсь, ты не возражаешь?

Семен покачал головой и поморщился от боли. Каждое движение головы причиняло нестерпимую боль в шейных позвонках и горле, а главный редактор тем временем вытащил из пакета бутылку коньяка «Белый аист», одноразовые стаканчики и желтый, пухлый лимон. Цитрусовый он нарезал тоненькими дольками на белоснежном листе офисной бумаги, предусмотрительно захваченной из редакции. Оптимистов и Полина Алексеевна присели возле кровати больного. Михаил потрогал шланг капельницы и, как знающий человек, выдал фразу: «Витаминчики — это хорошо!». И вдруг предложил Семену:

— Слушай, Сеня, а давай-ка мы пока с моей коллегой Полиной Алексеевной выпьем за твое здоровье и за твой добытый репортаж. Ты не против?

Семен лишь с удивлением наблюдал за действиями своего работодателя. Работодатель открыл бутылку коньяка, плеснул две изрядные порции в два из них, в третий чисто символически налил на донышко. Эту малую дозу он поставил в изголовье кровати Логинова и сказал:

— Ну, брат, тебе-то, наверное, и нельзя! Но, надеюсь, мысленно ты с нами!

Оба гостя палаты опустошили свою посуду, подняв предварительно тост за газету «Светлый путь». Оба, как по команде, взяли в руки по ломтику лимона и с удовольствием закусили цитрусовым. Семен же продолжал глядеть на гостей, лежа под капельницей и удивляться своим выпивающим коллегам.

— А теперь за Семена Логинова! Молодую звезду нашей газеты! За его талант настоящего журналиста! — провозгласила тост Полина Алексеевна. — И за его здоровье! Поправляйся, Семен! — мужчина и женщина вновь с причмокиванием выпили. Постепенно бутылка, принесенная вроде бы как для больного, опустошалась самими же визитерами, а сам больной лишь шмыгал носом, вдыхая ароматы коньяка и цитрусовых.

Когда бутылка была уже наполовину выпита, Оптимистов достал из черной кожаной папки газету «Светлый путь» и развернул на титульной странице, показывая ее Логинову Семену. Огромный заголовок прямо под названием «Светлый путь» гласил: «Блестящий оборотень пожирает детей!». Далее следовали изображения оскаливавшегося оборотня, с клыков которого капала кровь. Ниже приводились многочисленные интервью участников погони за Нечистой силой, комментарии местного белого мага о методах борьбы с вурдалаками, вампирами, оборотнями. Сбоку, в увеличенном формате, были помещены фотографии маленьких, окровавленных кусочков мяса. Фото эти были сделаны профессионально, с надеванием специальных увеличительных колец на объектив фотокамеры. Не иначе, как штатный фотограф газеты был наготове, и сделал свою работу хорошо. В этих самых кусочках Логинов узнал ту конскую колбасу, которой он закусывал водку в ночном лесу. Пока же в примечаниях к фотографиям этих обгрызенных им кусков стояла следующая формулировка редакции: «Останки неизвестного происхождения на месте кровавой трапезы оборотня».

— Как видишь, Семен, мы все-таки выпустили газету. И все благодаря тебе, твоему терпению и самоотверженности в нашем нелегком деле! Ты создал этот репортаж, и я его выпустил в печать под твоим именем. На, посмотри на свое имя внизу репортажа! — довольным голосом похвалил своего подчиненного Оптимистов. — Весь тираж на корню раскуплен! Уже пошли заявки от центральных газет с предложениями продать материал для перепечатки в крупнейших газетах России, Украины, Казахстана, Литвы. Также зашевелились представители иностранных СМИ. Это твой материал, твоя победа!

— Это твое, можно сказать, боевое крещение в качестве журналиста! — поддержала начальника Полина Алексеевна, — Теперь тебе можно доверять и более сложные задания, более опасные и холодящие кровь!

Семен Логинов, услышав о такой перспективе начал качать головой, попытался попятиться назад, но уперся в стенку больничной койки.

— Ну, благодарить нас потом будешь, когда выздоровеешь! — так понял это движение и жест больного главный редактор, — Давай-ка, Полина Алексеевна, махнем еще по рюмашке за здоровье нашего моржа!

Мужчина взглядом указал женщине на Логинова в кровати.

— Уйти от преследователей через ледяную воду реки! Ночью! Когда десятки разгневанных и, что скрывать, все еще темных и суеверных представителей народных масс, вооруженные до зубов, которые готовы были растерзать, проткнуть вилами, как копну сена или шашлык, порубить на куски топорами или тесками, как в мясном магазине огромный мясник рубит свиные и говяжьи туши! Уйти, когда они были готовы пристрелить тебя, как раненого волка, наш корреспондент, — тут Оптимистов с пафосом повысил голос, — вышел из этой погони победителем! Вот какие люди работают в издании «Светлый путь»! Выпьем же за наши кадры, за молодых и не очень, за нашего фотографа, печатника, даже за нашу уборщицу Софью Степановну! Выпьем за наш боевой и сплоченный коллектив!

В этот момент у тостующего зазвонил телефон. Он прожевал остаток дольки лимона и пьяненько пробасил в трубку:

— Оптимистов на связи!

После небольшой паузы он воскликнул радостно:

— Федька! Куравлев! Здорово, братан! Рад тебя слышать, дружище! Как Москва, как бизнес? Когда приедешь? А-а-а, дела… Не, я не могу, газета не отпускает. Мы, вон, недавно репортаж об оборотне опубликовали! Бомба, а не репортаж! Где ты там, в Москве, настоящего оборотня увидишь! То-то же! А у меня здесь — настоящий! Ну, почти настоящий… Да, пью коньяк. С кем с кем, с оборотнем! Вернее, оборотень пить не может — у него ангина дикая! Я пьян? Эх, мало ты ценишь газетчиков нестоличной России! Ладно, согласен, потом переговорим. Ты приезжай в любое время, я тебе всегда рад! Ага. Пока. Алевтине привет и поцелуй от меня, а Артемке скажи, что я ему рыбу огромную поймаю, засушу и привезу в Москву. Пока, Федя, жду!

—Федька Куравлев, мой армейский дружок звонит! В гости зовет! А я не могу: газета не отпускает, — пояснил Оптимистов свои чувства больше самому себе, чем присутствующим и замолчал, что-то грустно обдумывая. В палате установилась тишина. Женщина поерзала на стуле, и решила не затягивать паузу.

— Мужики в своих интервью говорили, что почти загнали оборотня в ловушку! — Полина Алексеевна подняла указательный палец к потолку, — Но ты от них ушел, смело шагнул в сковывающий холод в лунном свете. Ты, Семен, настоящий репортер!