Чтение онлайн

– Ты, значит, будешь не против, если тебе достанется… скажем… Клюева со своим медведем? – Влад испытующе заглянул в глаза сразу несколько растерявшегося Румянцева. Тот оставался в растерянном состоянии недолго и через минуту возразил:

– Чего это мне сразу и Клюева? Может, она тебе достанется! Кинем жребий!

– А если они узнают, что мы их, как фанты, разыграли?

– А кто им скажет? Ты, что ли?

Кондратюк покачал головой и сказал:

– Думаю, они нас в две минуты сами расколют.

– Почему это?

– Да потому что почувствуют, что любви у нас – ни в одном глазу!

– Ну… а мы постараемся. Мы почему не влюблены? – Румянцев обвел приятелей сияющими глазами и сам же ответил на свой вопрос: – Да потому, что вне школы с девчонками не общаемся. А если будем ходить к ним на свидания, жить их интересами, так сразу и влюбимся за милую душу!

– Я, знаешь ли, ходил на свидания к Арине… – напомнил всем Кондратюк.

– И что?

– И ничего!

– Неужели совсем ничего? – испугался Румянцев, а потом сразу обрадовался: – Так это же упрощает дело! Значит, ты автоматически выбываешь из жеребьевки по Дробышевой! Согласен?

– Согласен, – улыбнулся Кондратюк.

– Может, кто еще по каким-нибудь кандидатурам выбывает, а, пацаны? Говорите! Не стесняйтесь!

Оказалось, что все до одного желают выбыть из голосования по Клюевой, по микроскопической Тане Прохоровой и пять человек – по Марии Черновой.

– Та-а-ак, – протянул огорченный Румянцев, – хотя дело и осложнилось, но хотя бы Муську мы пристроили! Я правильно понимаю, Игорек, что ты не имеешь ничего против Черновой?

– Не имею, – согласился Одинцов. – Мы ведь не жениться собираемся! А для всего остального – она клевая девчонка! С ней хотя бы не скучно!

– А нам что делать? – Пашка заглянул в лицо Кондратюку, будто тот мог помочь в создавшейся ситуации. Влад только пожал плечами и уставился мимо Румянцева в окно.

– Ладно! Раз так, пойдем другим путем! – решил не сдаваться Пашка. – Поднимите руки те, кто претендуют на Дробышеву! – И первым вытянул свою руку вверх. – Ну нет… так не пойдет… – сморщился он, увидев пять дружно поднятых рук. – Аринки на пятерых не хватит… Значит, придется все-таки бросать жребий.

Он вытащил из рюкзака блокнот, вырвал лист и разорвал его на пять частей. На трех написал фамилии Дробышевой, Власовой и Павловой, а две оставил пустыми. Он скатал листочки в трубочки и протянул приятелям, предупредив, что если Владу выпадет Дробышева, то придется переигрывать. Но переигрывать не пришлось, потому что Кондратюку досталась Люда Павлова, Надя Власова – инициатору жеребьевки, Пашке Румянцеву, а первая красавица 9-го «А» Арина Дробышева – невзрачному лопоухому пареньку по имени Алик Зайцев.

– Слышь, Заяц, – обратился к нему Румянцев. – Давай меняться: я тебе Власову, а ты мне – Дробышеву! Какая тебе разница? Надька – она тоже ничего! Красивая! Вся такая… – И он выразительно прочертил в воздухе длинные вертикальные волнистые линии.

Зайцев покрутил в руках бумажку, подумал с минуту и решительно протянул ее Пашке.

– Ну ты молоток! – хлопнул его по плечу довольный Румянцев. – За мной, Заяц, не заржавеет! Я тебе тоже что-нибудь хорошее сделаю! Вот увидишь!

– А Николаева из 9-го «Б» можешь по морде треснуть? – Заяц решил немедленно ковать железо, пока горячо.

– Николаева-то? – Пашка в задумчивости поскреб затылок. Серега Николаев был огромным драчливым детиной, с которым связываться без особой причины было небезопасно, но обладание бумажкой с фамилией Дробышевой стоило таких жертв с его стороны, и Румянцев сдался: – Чего-нибудь придумаем, Заяц! Ты, главное, не сомневайся! – Он оглядел одноклассников и заключил: – Ну что, братва! Кому девчонок не досталось, уж не сердитесь! Все было по-честному! К тому же у нас с непривычки может чего и не получиться, так что вы надежды не теряйте! За Зайцем приглядывайте! Ему трудновато будет с Власовой справиться, так что будьте на подхвате, если что!

– Как думаешь, Влад, что мне перво-наперво надо сделать, чтобы Аринка поняла, что у меня по отношению к ней самые серьезные намерения? – спросил Пашка, когда они вместе с Кондратюком шли из школы. – Все-таки у тебя есть уже кое-какой опыт.

– Я думаю, что на мой опыт лучше не опираться, поскольку ни к чему хорошему он не привел, – ответил Влад.

– Ну а ты сам-то, как думаешь Павлову разрабатывать? Она ужас какая серьезная!

– Мне, Пашка, будет не очень трудно, поскольку мы с Людмилой уже давно общаемся на почве игры.

– Слышь, Владька, а может, тебе повезло, а?

– В каком смысле?

– В прямом! Может, ты на Людку уже давно глаз положил, а тут тебе и жребий кстати подвалил? Может, она тебе нравится, Павлова-то?

– Да вообще-то она ничего… С ней интересно.

– Ну если интересно, тогда конечно… То есть я хочу сказать, что она, в общем-то, действительно ничего… Только уж больно по-старушечьи одевается… Но знаешь, она вполне может под влиянием счастья в личной жизни и переодеться. Для тебя. Как думаешь?

– Честно говоря, я и не замечал, как она одевается… – пожал плечами Влад.

– Ну тогда с тобой все ясно: втрескался! И чего было скрывать? Мы бы тебе Людку и без жеребьевки отдали! Даром!

– Дурак ты, Пашка! Я же говорю, что мы с ней друзья… на почве игры.

– Ладно! Спорить с тобой не собираюсь, потому что у тебя теперь совсем другие условия задачи: не дружить с Павловой на почве игры, а начать, как придумал Одинцов, крупномасштабную любовную атаку! Как думаешь, сдюжишь?

– Не знаю, – широко улыбнулся Кондратюк. – Никогда еще не пробовал. Сам-то смотри ласты не склей! Аринка – девушка не слабая!

Крупномасштабная атака ребят 9-го «А» началась с того, что Арина Дробышева получила анонимную записку со стихами следующего содержания:

– Ничего не понимаю! – Арина крутила в руках записку, оглядывая ее со всех сторон и чуть ли не пробуя на зуб. – Эта «кувшинка надводная» совершенно не в стиле Кондратюка.