Чтение онлайн

— Нет, — наконец решил Стриж, не скрывая сожаления в голосе. — Если обломаемся и «язык» ничего не знает, то второго шанса не будет. Переполошим весь этот курятник на горе и хрен нам, а не второй пленный.

Миа молча кивнула, соглашаясь с доводами.

Вновь потянулись часы наблюдения. К счастью, оба пустотника имели богатый опыт сидения в засадах, а потому особого дискомфорта не испытывали.

В полдень рабы растянули навесы и уселись обедать, а потом улеглись на отдых. Стриж хмыкнул — остроухие берегли свою двуногую скотинку, как и любые рачительные хозяева. Раб, с одной стороны, дёшев своим трудом, за который не надо платить, с другой же требует ухода. К тому же, вряд ли пещерный город с его не очень обширными ресурсами может себе позволить большое количество невольников и выбывшего по какой-либо причине быстро не заменишь. Нового придётся в лесу отлавливать и тут ещё не факт, что ловцы сами не станут добычей. Да и времени на смирение и воспитание новой рабочей силы тоже требовалось немало.

— Смотри, — Миа показала в сторону плато.

Стриж отвлёкся от наблюдения за полем и посмотрел, куда указывала девушка.

От горы в сторону леса шёл отряд вооружённых эльфов, навьюченных заплечными мешками. Они напоминали охотников за рабами, с которыми Стриж столкнулся в прошлый раз. Эти, похоже, шли в лес с той же целью — наловить товар для Пауков. Не для рыбалки же они несут свёнутые сети и рогатки на древках, которыми очень удобно прижимать к земле жертву.

Но особый интерес вызывал вовсе не инвентарь охотников, а их командир, гордо вышагивающий во главе колонны.

Лёха хищно прищурился, вспомнив остроухого, возглавлявшего уничтоженный им отряд. Тот тип вполне сносно изъяснялся на языке людей. Можно предположить, что и грамоте человеческой обучен: что у Пауков, что у ушастых работорговцев запросто могла быть какая-то письменная отчётность, или списки переданных невольников. И Стриж не мог припомнить ни одного случая, чтобы кто-то владел грамотой на чужом языке, но не владел на своём. Уровень такого владения, конечно, может быть очень разным, но это всё же неплохой шанс.

И, главное, такие охотники уходят на несколько суток, потому, если сработать чисто и не оставить никого из отряда в живых, в городе пропажу обнаружат не скоро, дав пустотникам шанс в случае бесполезности «языка» вернуться и попытать счастья в саду с амброзией.

Свои соображения Стриж изложил напарнице. Миа, подумав, кивнула и пустотники, выждав момент, когда охотничья партия войдёт в лес, полетели в том же направлении, планируя с дерева на дерево.

С этим возникли сложности. Взлететь выше днём нельзя — велик риск быть замеченными из города. Но влетая в кроны деревьев они то и дело ломали ветви крыльями, создавая шум. В итоге двигаться приходилось на предельном удалении от охотников, постоянно рискуя потерять группу. Один раз они едва не упустили цель, но после нескольких очень неприятных минут всё же определили нужное направление.

Наконец забравшись поглубже в лес, пустотники взмыли в небо, уже не опасаясь быть обнаруженными из города. Так следить за охотниками было гораздо удобнее, хотя те периодически и исчезали под пологом леса.

Остроухие шли, не останавливаясь, до позднего вечера. Лишь когда солнце стало клониться к закату, командир объявил привал, выбрав местом отдыха небольшую поляну.

Эльфы не разводили огня и вообще старались не выдавать своего присутствия. Те, кому не повезло дежурить первыми, разошлись по постам, а остальные раскатали пледы, перекусили всухомятку и завалились отдыхать, стараясь урвать каждую драгоценную секунду отдыха.

Их командир обошёл часовых, затем вернулся в лагерь и, усевшись на свой плед, подозвал одного из отдыхавших, вероятно, своего заместителя. Вдвоём они уставились в карту, извлечённую из тубуса, принайтованного к вещмешку. Стриж вознамерился при случае прихватить её с собой, чтобы иметь больше представления о географии Диких земель. Клановые карты, увы, никакой полезной информации об этой местности не содержали.

Пустотники отлетели в сторону и быстро обсудили план атаки. Особо не мудрствовали, привычно назначив время захвата перед рассветом, когда сон особенно крепок и даже часовые нет-нет да и клюют носом. Не зря же это время на флоте метко прозвали «собачьей вахтой», намекая на сложность сохранять бдительность. Да и им самим не мешало перехватить несколько часов сна.

Попутно распределили роли. Миа взяла на себя захват объекта, в то время как Стриж — прикрытие и ликвидацию остальных охотников.

Спали по очереди прямо на дереве, в броне. Раскрытые между двумя ветвями крылья создавали надёжную опору, но удовольствие от такой ночёвки было намного ниже среднего. Но пустотники и не на курорт отправлялись.

Едва небо на востоке начало светлеть, они взлетели. Сделав круг над лагерем, убедились, что жертва всё так же спит под большим, похожим на платан, деревом, и по сигналу синхронно спикировали на ничего не подозревающую добычу.

Первым делом Миа, следуя плану, чётким ударом вырубила спящего командира и, не теряя ни секунды, подхватила того на руки вместе с мешком и взмыла вверх, унося добычу прочь с поля боя. Любая случайность, шальная стрела или даже неудачно отлетевший в сторону нож могла лишить пустотников пленника, ради которого всё и затевалось.

Надо отдать эльфам должное — на атаку они отреагировали моментально, словно и не спали вовсе. Едва две крылатые фигуры коршунами упали на лагерь, остроухие схватили оружие и ринулись в бой.

В безнадёжный бой.

Без мага остроухим нечего было противопоставить оружию Древних. Их копья и стрелы бессильно ударяли и броню, в то время как крылья-лезвия собирали обильную кровавую жатву.

О том, чтобы ни один свидетель не вернулся в Поднебесный и не поднял тревогу, должен был позаботиться Стриж.

И он позаботился. С готовностью, граничащей с радостью.

То, что раньше было грязной неприятной работой, неожиданно дарило радость. Опьянённый кровью и боем, Лёха кружился, словно в жутком танце, отрубая руки и головы, рассекая тела и сея смерть. И демон внутри ликовал вместе с ним.

Не имело значения кто перед ними: мужчина или женщина, стар иль млад. Они должны были умереть ради блага других.

Ради его людей. Ради их безопасности. Ради силы, к которой они завладеют, получив столь нужные знания. Ради силы, которая позволит им выжить. Ради большего блага.

Ради его блага.

Сквозь кровавую пелену он с трудом услышал встревоженный голос Мии.

— Алекс? Алекс, это ты?

Замерев он моргнул, тряхнул головой и огляделся.

По всей поляне валялись куски тел, трава почернела от пролитой крови, а воздухе висел густой, тошнотворный запах содержимого выпотрошенных кишечников.