Чтение онлайн

По ушам ударил грохот, но дуло автомата не выбросило сноп горящего пороха. Вместо этого над головой немца вспыхнул красный нимб – и лопнул. Призрачные брызги нимба смешались с ярко-алыми каплями крови из распоротой шеи. Очередь прошила немца между каской и бронежилетом, почти оторвав голову…

Все вокруг затопили грохот выстрелов и рев мотора, работающего на пределе, – джип вылетел из-за валуна. С заднего сиденья, выпрямившись во весь рост, Даня молотил от пояса из двух «калашей».

Пули рубили все вокруг. Высекали искры из камней, из касок немцев, из бронежилетов. Выбивали осколки из валунов…

Леха плюхнулся вниз. Пополз назад, прочь от немцев. Одного каперы убили, но вот остальные… Их, в лучшем случае, только напугали. Стрелять из машины на такой скорости да с такой дистанции, да по ребятам в бронежилетах – это чистой воды пижонство. С тем немцем им просто повезло. Сам забрался на валун, как мишень. Джип промчался и ревел уже где-то сзади.

– Arsch mit ohren!

– Schnell! Schnell! – рявкало из-за камней. Совсем близко…

Леха развернулся и бросился назад, туда, куда умчался джип.

Сзади простучал автомат, стукнуло в бок – но и только. Пуля отлетела от броневой пластины.

Джип уже не ревел, затих где-то за краем плато. Неужели…

– Эй! Сюда!

Леха нырнул за валун и плюхнулся на камни рядом с Даней.

– Кажется, мы успели как раз вовремя?

На коленях у него два «калаша» и четыре обоймы. Две пустые, две с латунными бочками патронов.

А вон и Молчун с Кэпом. Только вместо привычного «калаша» у Молчуна снайперка. У Кэпа – автоматический гранатомет, похожий на револьвер для великана.

Переломив револьвер, он проверил заряды, снова защелкнул гранатомет. Поднял глаза на Леху.

– Забейся куда-нибудь и не лезь на рожон. Мы по полной затарились. Если эти варвары сами не уберутся, в фарш их уделаем.

Даня и Молчун уже приподнялись и шмыгнули вправо. Молчун быстрее ушел дальше, метров на тридцать. Данька остановился ближе – прикрывать и Молчуна и Кэпа.

А немцев что-то не слышно…

Леха приподнялся чуть выше, выглядывая, – и тут же по валуну перед носом простучала очередь, окатив градом осколков. Застучали по броневому наросту на лбу, рассекли нос.

Леха нырнул вниз, стиснув зубы. Больно, черт возьми! По носу очень больно…

– Эй, – зашипел Кэп. – Ну чего замер? Ты же как танк в глаза бросаешься! Сам в броне, а я? Брысь назад, чтобы меня не светить…

Не разворачиваясь, Леха пополз назад. В одном и правда как танк: впереди броня в два пальца, а вот сзади… задом к врагу лучше не поворачиваться. Так, а где же наш схрон?

К ямке с песком и металлической крышке под ним тянуло, как наседку к яйцу. Вон там, кажется, правее… Да, вон тот крупный валун.

Леха приподнялся, метнулся к нему – и под ноги ударила очередь.

Тут же из укрытия поднялся Кэп, двумя руками держа этот огромный револьвер. С глухим «пум!» гранатомет выбросил заряд. Сверкающая под солнцем искорка прочертила дугу – и в валунах ухнуло, Из взметнувшегося столба осколков и пыли вылетело тело в сероватом камуфляже.

Немец упал на камни, еще живой, – над головой взбух нимб, красновато-оранжевый. Рванулся назад – и замер, дернувшись всем телом. Брызнул красными каплями нимб, рассыпаясь вокруг каски. В сероватом металле застыла ровная черная дыра.

А справа долетел хлесткий, как удар плети, щелчок снайперки. Молчун не упустил момент.

Леха приподнялся и метнулся за соседний валун. Потихоньку отступая к тому большому валуну, рядом с которым схрон. Милый схрон…

Остальные немцы затаились. Но и не отступают вроде бы.

А зря. Если бы рванули сразу, может, еще и ушли бы. А чем дольше тянут, тем надежнее увязают в ловушке. Сейчас Молчун оглядится, освоится, пристреляется… И уже не даст им спокойно уйти, даже если немцы решат отступить.

Отсидеться в камнях тоже не получится. Не спасут от гранатомета.

Кэп приподнялся – и рванул к соседнему валуну, поближе к немцам. На миг замер – и опять рывок, к следуюшему. Еще ближе к немцам.

Впереди над валуном мелькнули немецкая каска и дуло автомата – и тут же нырнули обратно за валун. Фонтан осколков вырвался из валуна, будто вбив каску назад. Треск камня слился с хлестким щелчком выстрела. Молчун свое дело знает не хуже Кэпа…

Молодцы, сукины дети!

И здорово, когда у тебя есть свои сукины дети, которые тебя так здорово прикрывают…

Попались тевтончики. В четвертый уже раз?

Леха хмыкнул и отполз еще дальше назад. И еще ближе к схрону. Даже не верится, что наконец-то нашел…

Черт возьми, а иногда жизнь бывает и неплоха! Даже если все вокруг паршиво.

Пожалуй, теперь можно и подняться. Теперь немцы сами в мишени превратились…

Леха поднялся, обошел валун. Вот он, схрон. Под разворошенным песком виднеется – кусочек круглой стальной прелести. Но к самому схрону Леха не полез, остановился в паре шагов.

Хотя один раз прямо на крышку наступил, и ничего не случилось, – но все равно лучше не рисковать…

И зевнул. Вся усталость этих дней, вся нервотрепка, копившаяся где-то на дне мозга, спрятанная под слоем адреналина, вдруг нахлынула, обрушилась разом, лишая последних сил.

Леха еще раз зевнул. Господи, и спать-то как хочется…

А сатир опять заорал прямо в голове:

– Эй, рогатый! Не молчи! Что со схроном?!

– Нормально.

– Ничем не задели? Пулями там, осколками?