Кинжал в постели
Шрифт:
Он несколько недель на свободе и чего добился?
След убийцы мужа Верещагиной не обнаружен до сих пор. И вообще у него возникал вопрос, а мертв ли Алексей?
За это время кто-то убил Жанну Стрельникову, умело подставив его под подозрения. И он даже двое суток провел в камере предварительного заключения.
А пока он сидел, кто-то убил Алику Верещагину. Знали или нет, что его закрыли на тот момент? Знали или нет, что на него не падут подозрения? Или все же и ее смерть была целью навредить ему, убрать его снова за решетку?
Ужас!!! Кто-то кружил вокруг него, кто-то знал о каждом его шаге? Кто? Кому он нужен? Кто был заинтересован в его отсутствии в городе?
Стрельников! Тут же подумал Сергей, намыливая тарелки. Он как нельзя лучше подходит на эту роль. Если Сергей снова сядет, отсрочка по выплатам дивидендов отодвинется бог знает насколько. И еще вопрос, выйдет ли Боголюбов на свободу.
Следующим в списке стоял Макс Свиридов, брат убитого Сергеем человека. На него намекала Жанка, сказав, что в городе объявился мститель, жаждущий крови Боголюбова. Только вот на хрена она ему об этом сказала, раз сама нашла этого Макса и наняла его убить Сергея?!
Если, конечно, Миша не врет.
А еще Мари, которую очень страшно было подозревать, но не подозревать тоже нельзя. Как-то уж очень странно она себя с ним вела.
Для начала впустила в дом незнакомца, поверив в его легенду, шитую белыми нитками. Потом, узнав правду, обиделась, испугалась. Но быстро пришла в себя. Про деньги вот проболталась. Все тоже как-то нечисто.
– Ладно… – проговорил едва слышно Боголюбов, швыряя крепко отжатую посудную мочалку в раковину. – Разберемся…
Разбираться он приступил, как только Мари вышла из ванной – благоухающая, нарядившаяся в белоснежный домашний костюмчик, состоящий из тоненьких брючек и прозрачной рубашечки до пупка.
– Есть дело. Садись, – жестом указал Боголюбов на ее же диван в гостиной.
Мари послушно забралась на диван с ногами, уставилась на него с такой преданностью во взгляде, что у него сердце защемило.
Чего вот он, а?! Она, может, правда нашла в нем опору и сильное плечо, а он готов ее во всех грехах обвинить!
– У меня есть номер телефона, с которого Алика звонила в тот вечер, когда ее убили. Вообще-то она звонила по двум номерам, – уточнил Боголюбов.
– Да, я помню. Ты говорил, что она звонила Стрельникову Мишке и еще кому-то, – закивала Мари.
– Да, точно. Только вот второго абонента мне никак не удается определить.
– Почему?
– Он не берет трубку. Я пару раз позвонил с телефона Алики. Потом выключил его, вдруг его отслеживает полиция. Начал набирать со своего. Ответа нет. Видимо, не желает отвечать на незнакомый номер.
– Да, точно. Я тоже редко отвечаю на незнакомые номера. Очень редко! – похвалилась Мари и почесала пяточку. – Так как быть?
– У меня тут возникла одна идейка, если поддержишь, хорошо. Нет – пойму. Так как?
– Валяй! – Она благосклонно склонила головку.
– Ты говорила, что у тебя остался телефон Алексея. Так?
– Ну, остался.
– И ты говорила, что там есть номер некоего парня, который после смерти Алексея все время оставался недоступен. Так?
– Поняла! – ахнула Мари и выпрямилась в струнку. – Ты думаешь, что Алика перед смертью звонила ему?!
– Я не знаю, что думать, – честно признался Сергей. – Давай проверим.
Мари пружинкой соскочила с дивана, помчалась вверх по лестнице, и минут десять Боголюбов слушал над головой ее торопливый бег. Спустилась запыхавшаяся, с раскрасневшимися щечками. Премиленькая, с азартным блеском в глазах. Ему снова захотелось, чтобы она была ни при чем. Можно было тогда начать мечтать, что жизнь налаживается.
– Вот! – протянула она ему телефон погибшего возлюбленного. – Это телефон Лесика. Он разряжен. Вот зарядка.
Они подключили зарядное устройство, включили телефон, тот минуты две думал, потом засветился фотографией голой Мари. О-очень живописное фото! Неудивительно, что телефон Алексей держал в доме любовницы.
– Ой! – пискнула она, прикрывая ладошкой рот. – Прости, пожалуйста!
Сергей сцепил зубы и промолчал. Тут же проверил все последние вызовы. Неведомого Димана набирали десять раз.
– Твои вызовы? – показал он Мари записную телефонную книжку.
– Мои.
– Больше вызовов нет. Как это?
– Лесик удалял из памяти все, что набирал. Все звонки и сообщения.
– Понятно…
Он тут же подумал, что следствие, знай оно про этот телефонный номер, выяснило бы давно, что кому писал покойный Лесик и с кем он общался. Но про этот телефон следствие не знало. Левый он был, непонятно на кого зарегистрированный. Об этом Мари еще в прошлый раз говорила. У него самого доступа к подобным источникам не было. Алика могла бы узнать, но она умерла.
Так все странно и запутанно…
Сергей достал телефон Алики, включил его и сличил номера. Нет, никакому Диману Алика не звонила. Это был не его номер. И в памяти телефона его не нашлось.
Кто же это мог быть? Кому она звонила за несколько часов до смерти? Кто обозначен у нее был цифрами 123? Кого она вспугнула или встревожила?
Он взял телефон Алексея и начал набирать номер, принадлежащий цифровому абоненту без имени. И неожиданно, на последней цифре, на табло выстрелила надпись: Кеша Ксива.
Оп-па!
– Ты видишь?! – почему-то шепотом произнес Сергей и показал Мари.
– Ух ты! Получается, что это их общий знакомый? – в очередной раз удивила она его сообразительностью.