Чтение онлайн

— Внимание! — скомандовал капитан. — ИИ захватил и разделил цели, и будет поддерживать их. В случае необходимости я буду корректировать.

— Исаев, попробуешь стрельнуть по танку?

— Конечно, товарищ капитан.

— Тогда заряжай, и смотри сюда, не экран. Вот твоя цель, — и на ближайшем к ним танке засветилась красная точка. Давай, прикинь прицел, и когда будешь готов, скажешь. Выстрел на счет «три». Николай повторил действия, которые делал по березам и доложил, что он готов.

— Внимание! — скомандовал капитан. — Дистанция прямого выстрела. По врагу, залпом! ТРИСТА ТРИДЦАТЬ ТРИ!!!

И Николай Исаев нажал спуск.

* * *

Грохнуло так, что у него заложило уши. Машинально подготовившись к отдаче, которой не случилось, он чуть не упал, подавшись вперед. И он не сразу понял, что попал в цель. Поначалу из щелей люков вырвался дымок, как бы под давлением, а затем башня танка взлетела вверх как на столбе черно-рыжего дыма, и отлетела далеко в сторону.

— «Грохнул боезапас», — догадался Николай. — Попал, попал, я попал! — в восторге закричал он.

— Молодец, — отозвался капитан. — Не спи, заряжай гранатомет.

Последующий бой отложился в памяти Николая, как непрерывный грохот, вонь сгоревшей техники, топлива и человеческих тел. Слева и справа от него гремели гранатометы, взлетали «модельки» которые сбрасывали заряды на вражеские танки или посылали смертоносный луч, разрезающий сталь. — «Ага, вот и гиперболоид», — подумал Николай. — «Правда, другой системы, не как у Гарина».

Танки превращались в металлический хлам десятками. У некоторых отрывало башни, другие, вообще, разваливались пополам, у некоторых отваливались пушки. Но оставшиеся неуклонно двигались вперед, объезжая поврежденные машины, и частенько наезжая на своих пехотинцев, которые не успевали вовремя отскочить. Все затянуло мерзким дымом, который начало тянуть в сторону линии обороны батальона.

Капитан постоянно был начеку и вносил поправки, называя своих бойцов по номерам, а не по фамилиям. Николай подумал, что и это очень удобно. Попробуй в горячке боя вызвать, например, Самогородецкого или Бекбашимбулатова из их взвода.

Несколько раз вблизи от их наблюдательного пункта, из образовавшиеся дымовой завесы, выныривали немецкие танки, и Николай пару раз удачно их подбил. Но в третий раз, замешкавшись, промазал. Лихорадочно перезаряжая гранатомет, он осознавал, что не успевает, и что танк вот-вот наедет на них. Но капитан поддал какую-то команду, и из дыма вынырнула «моделька», которая все расставила по своим местам.

Николаю казалось, что бой продолжается уже, как минимум, пару часов, хотя, как потом выяснилось, он длился всего 35 минут.

И совершенно неожиданно для него капитан подал команду: — Всем отбой! Вся бронетехника уничтожена! Сбор у командного пункта батальона. — Пошли, Исаев, — добавил капитан, собирая свои принадлежности. — Тут можно и пулю случайную получить. Немецкая пехота, хотя и отступала, продолжала отстреливаться. — Да, упорные, бойцы, — заметил на это капитан. — Наверняка, у них строжайший приказ. Ладно, пошли.

Когда они приблизились к блиндажу, к нему подошел и комбат, к которому тотчас бросился солдат-связист. — Товарищ капитан, — запыхавшись, начал он, — товарищ командир полка уже сколько раз вас требовал к телефону. А я ему отвечаю, что вы заняты, что отражаете атаку немецких танков. Он ругается и говорит, что никаких танков быть не может, что тут все перепились и палят в белый свет. Грозит приехать, и арестовать всех офицеров, и меня за то, что я огрызаюсь. Меня-то за что, товарищ капитан?

— Да и нас не за что, — пробормотал комбат.

— С победой тебя, комбат, — сказал капитан Неустроев. — Ты не унывай, дружище. Да, тебе в ближайшее время достанется, за все, чего и не было, что было. Но ты держись, ты рассказывай так, как все было. Ничего не приукрашивай, и не опускай. И все будет хорошо, вот увидишь. Я же обещал тебе, что перебьем все танки, так все и получилось. И ты, Исаев, держись и у тебя все будет хорошо. Увидев, что все его бойцы собрались, капитан Неустроев подал команду: — В колонну по два становись! Шагом марш!

Он пожал руку комбату, Исаеву, заодно и оторопевшему солдату-связисту и пошел догонять свое войско.

Когда они уже поворачивали на тропинке за кусты, Исаев решил догнать и спросить капитан, правильно ли он решил — откуда они прибыли. Когда он добежал до поворота, там уже никого не было, но Николай этому уже не удивился.

Совещание Ставки Верховного Главнокомандования, посвященное вооружениям, в назначенное время не началось. Секретарь Верховного сообщил, что совещание обязательно состоится, и что ожидают еще одного человека, которого заранее не пригласили, но обладающего важной информации. А затем он предложил ожидающим в приемной товарищам пройти в соседнее помещение, в котором их услугам будет горячий чай, легкие закуски, газеты и журналы.

Когда они, наконец, вошли в кабинет и сели за стол, слово для справки было представлено начальнику Генерального Штаба.

— Товарищи, — начал он. — Вы все, наверное, знаете, что сегодня утром мы направили ультиматум руководству гитлеровской Германии с требованием капитулировать. Срок ультиматума истекает завтра утром, в 10-00 по берлинскому времени. Однако противник, вместо того, чтобы обсуждать условия капитуляции, предпринял ряд отчаянных наступлений на нескольких участках фронта. И, самое серьезное наступление — в ближайшем Подмосковье. Был предпринят мощный танковый удар с сопровождением пехоты, который отбит. Подбито очень много танков и другой бронетехники.

— Сколько танков? Десять, двадцать? Каким оружием? — посыпались вопросы из-за стола.

— К сожалению, в рапорте, подготовленном в штабе полка, об этом ничего не говорится.

— Беззубый рапорт, — констатировал один из участников совещания.

— Мы обо всем узнаем от командира батальона, отбившего атаку. Он уже в Кремле.

В это время на столе Верховного тренькнул телефон. — Да, слушаю. Вот как? Арестован? Неважно, пусть заходит.

Дверь открылась, и в кабинет вошел мужчина средних лет в военной форме, сопровождаемый двумя офицерами в форме войск НКВД. — Арестованный командир батальона доставлен, товарищ Сталин, — доложил один из них.