Чтение онлайн

— Послушайте! Ведь вы помните, как в прошлом году перед самыми играми несколько дней лил дождь, как Андуин вышел из берегов, как снесло все пять переправ и все поселения эльфов и гномов оказались отрезанными? А во что превратились после этого дороги? Ведь "превосходные тропы Лориэна" вошли у вас в поговорку! А кораллитовая затравка, которой не хватило при строительстве половины поселений! Вспомните вашу систему "магии и земледелия", из-за которой у эльфов продукты появлялись через раз, а у людей — через одно место!

(Последнее выражение они с Нелдором не предусматривали, но струя веселья, пробежавшая по залу, показала Ариэль, что народ располагается в ее пользу.)

— Я уже не говорю, — закончила Ариэль, — о произволе валаров, о подыгрывании Темным силам, о подрубленных в ходе боев палатках и об удобствах, расположенных в Андуине! Так вот, обещаю, что на наших Играх ничего подобного не будет!

Во время этого монолога Нелдор твердо и пристально смотрел прямо в глаза Раздолбаю, и тот, на удивление тем, кто его знал, сидел, прикусив язык. Но все равно из толпы раздалось несколько протестующих голосов.

— Я отлично понимаю, — тут же откликнулась Ариэль, — что большая часть этих трудностей входит в программу праздника. Но нормальному ходу Игр, на мой взгляд, они все же мешают. И вообще…

Словно озарение нашло на нее. Она метнулась к подоконнику, выхватила гитару у одной из сидевших там девчонок, ударила по струнам и запела:

— Пол-путлибы делим попола-ам! — тут же подхватила "партия серых" знакомую мелодию. Ведь Ариэль была не только достойной дочерью Аськи, но и верной последовательницей Наталии Эрратос с ее теорией о магии музыки и о том, что вовремя спетая песня часто убедительнее любых аргументов…

— Я вспомнила тебя! — вдруг воскликнула девчонка с подоконника, когда Ариэль, окончив песню, с легким поклоном протянула ей гитару. — Ты 104-ая Межпланетная Королева красоты, и тебя зовут Ариэль! Вот только твою фамилию я забыла.

— Коренева, — улыбнулась Ариэль. — А как твое имя? — она знала, что про игровое имя надо спрашивать именно в такой форме.

— Эленсэнт, — ответила девчонка. — В переводе это означает Звездная Метель.

— Значит, я тоже тебя знаю, — сказала Ариэль. — Тебя называют Сента и еще Маленький Эльф.

— Меня называют по-разному, — медленно проговорила Эленсэнт. — У меня имен не меньше, чем у Арагорна.

Ариэль быстро и внимательно оглядела свою собеседницу. Действительно маленькая, по плечо рослой Королеве. Черные джинсы, тонкий золотистый свитер, вьющиеся русые волосы перехвачены белой повязкой с вышитыми рунами. Не красавица, но очень симпатичная, в чертах лица что-то ласковое, а в серых глазах — глубокая грусть. "Эльф с большой дороги", — вдруг вспомнила Ариэль слова Розамунд.

— А вы представляйтесь сами, — обратилась Ариэль к другим обитательницам подоконника. — Про вас я уже не берусь догадываться, кто есть кто.

— Мелиан, — наклонила голову девчонка в джинсовой куртке, с рассыпанными по плечам каштановыми кудрями.

— Хеллри, а лучше просто Хелл, — представилась крепкая блондинка с косой пшеничного цвета.

— Таллэ, — с какой-то гранасианской интонацией произнесла тоненькая темноволосая девушка в черном свитере.

Нелдор осторожно дернул Ариэль за рукав. — Если начали неофициальное общение — продолжайте, — шепнул он. — С песней у тебя здорово вышло, а с Владыкой я теперь сам разберусь.

— Это же гранасианские имена — Таллэ и Хеллри, — Ариэль снова повернулась к девчонкам. — И даже не имена, а сокращения.

— А у нас многие подбирают гранасианские имена по созвучию, — сказала Хеллри. — Эльфийских на всех не хватает, даже если прихватывать из "Unfinished Tales".

— А почему вас называют "партией серых"? — продолжала расспрашивать Ариэль.

— Потому что во время Игрищ, — ответила Таллэ, — у нас был девиз: "Серые — наши братья". Все пятеро — еще Луинэль, вон она у стены стоит мы по мере возможностей выполняли, каждая на своем месте, работу Серого Отряда. А лично мы трое, однажды чуть не убежали вслед за Серыми вместо того, чтобы идти в Дол-Амрот!

— Значит, вы и есть "дол-амротские жены"?

— У тебя неплохая информация, — улыбнулась Эленсэнт. — Теперь я, кажется, догадываюсь, кто тебя на нас навел. Я всегда считала, что Луинэль — золото.

— Откровенностью за откровенность, — рассмеялась в ответ Ариэль. Ваша Луинэль теперь зовется Арвен. Уже десять дней, как ее утвердили на роль.

Глаза у всех четверых вспыхнули — и тут же погасли, а Ариэль на секунду показалось, что между нею и девчонками быстро, как мышка, пробежало отчуждение. Но через мгновение лица девчонок снова стали прежними, и Ариэль решила, что все это ей почудилось.

— Все правильно, — наконец произнесла Таллэ. — Розамунд, пожалуй, самая красивая вообще во всей системе «Рассвет». Она подходит на эту роль больше, чем кто-либо.

— А Галадриэль у вас уже есть? — спросила Мелиан, и снова Ариэль показалось, что сделала она это слишком торопливо, словно уводя разговор от нежелательной темы.

— Есть, — ответила Ариэль. — А кроме нее, есть Леголас, Гимли и все хоббиты, а несколько дней назад появились Элронд, Селербэрн и еще несколько эльфов. У нас только людей не хватает, — добавила она, скашивая глаза в сторону Нелдора, который о чем-то беседовал с Раздолбаем.

— А кто играет Галадриэль? — снова спросила Мелиан. Видно, этот вопрос всерьез ее заинтересовал.

— Пока это секрет. Впрочем, если вы приедете в Меловую рощу, вы сами все увидите.

— И нас туда пустят? — засомневалась Таллэ.

— Вы же слышали: ваши люди, ваши идеи, ваши песни, ваши советы — все будет благосклонно принято в Меловой роще. Кстати, по поводу песен мне советовали обратиться к тебе, Мелиан, и к тебе, Сента. Но сразу же предупреждаю: в этих вопросах я человек строгий и неуступчивый. За то, что у меня уже есть, буду зубами и когтями держаться.