Чтение онлайн

— Ты знаешь, я за ценой не постою, всегда помогу и поддержу, а если против моих союзников развяжут тайную борьбу, то мои чёрные лапы дотянутся и через Атлантический океан до любого из них. Ты должен убедить ирландские кланы и этих двух деятелей встретиться со мной. Но, Брайан, скорее всего, откажется, но вот со вторым, который Кеннеди, это должно получиться. А потому, дерзай! Деньги и всё необходимое, включая моё письмо, получишь у Палача. Иди!

Патрик Уолш только мысленно пожал плечами, он не очень годился для этой роли. С другой стороны, кто может привязаться к обычному изобретателю? Никто и не подумает, что он едет в Америку с тайной миссией и письмом от Мамбы, и он согласился с этим непреложным фактом. Получив деньги и письмо от Палача, Парик Уолш отправился в морской порт Матади и отбыл оттуда в Америку, выполнять возложенное на него поручение.

Конец сентября выдался сложным для Джозефа Кеннеди. Вечная политическая возня в Сенате САСШ кого угодно могла вывести из себя, но он последовательно делал политическую карьеру, и не в последнюю очередь благодаря помощи вождя чернокожих, и на его деньги. Для чего тот ему помогал, было до конца не ясно, но догадки у него, несомненно, были. Они и так лежали на поверхности.

Да, он считал негров в душе людьми низшей расы, хоть и не был расистом. Но вся история Ирландии, которую последовательно уничтожали англичане, не давая возможности выжить, говорила о том, что не стоит возвышаться за чужой счёт. «Белые рабы» — так называли их, буквально двести лет назад, да и спустя какую-то сотню лет их положение стало не намного лучше. И только сейчас у ирландцев появились рычаги давления на людские массы, чем следовало обязательно воспользоваться.

В связи со всем этим, получив личное письмо от Мамбы, Джозеф Кеннеди был заинтригован и впервые в жизни мог признаться себе, что от его поступка будет зависеть не только его судьба, но и судьба целой нации.

Точнее, не так, судьба одной части Америки, которая сможет повлиять на всю её целиком. Ведь до благословенных берегов Америки смогли доплыть не все ирландцы, которых судьба и нищета посадила на корабли, доставившие их сюда. И восстановить историческую справедливость — это дело чести каждого из их потомков, и он решил для себя — надо плыть в Африку!

Рейсовый пароход, спешащий в Габон, довёз Кеннеди до города Бома, бывшего раньше столицей Бельгийского Конго. Но здесь его никто не ждал. Выйдя с парохода и разместившись в колониальной гостинице, он недоумевал, не ошибся ли он и ещё десяток ирландцев, прибывших вместе с ним.

Вечером все его сомнения были разрешены, и паровой катер, спустившийся по реке Конго из Матади, взял их на свой борт и доставил уже к утру в порт Матади. Оттуда они поездом прибыли в город Леопольдвилль, переименованный в Конго, где и состоялась назначенная встреча.

Не было ни пышных дворцов, ни богато одетых людей, так же, как и сияния золота и драгоценностей. Встреча происходила в здании бывшей колониальной администрации, а вокруг не было ни души. Только чёрные патрули ходили взад-вперёд, арестовывая всех подряд.

Иоанн Тёмный восседал на походном троне, возвышающемся в конце комнаты, в центре которой стоял круглый стол. На его поясе висел маузер, с увеличенным магазином и золотой насечкой, а позади трона стояло знаменитое копьё, с бунчуком из шкурок дохлых змей.

Его слегка курчавые волосы уже тронула лёгкая седина, но глаза так и остались пронзительно черными, казалось, видевшие насквозь своего собеседника.

— Прошу присаживаться! — толстые негритянские губы раздвинулись в доброжелательной улыбке, обнажив крепкие белые зубы, — мы вас ждали.

— От лица всей делегации, я приветствую вас, император! Мы приехали, как это было и договорено с вашими людьми.

— Сколько представителей ирландских кланов приехали ко мне?

— Практически все, кто был оповещён, и кто не был связан финансово с Морганом и Рокфеллером.

— Полезное уточнение. Я искренне рад приветствовать откликнувшихся на моё предложение ирландцев. Дело в том, что у меня к вам есть очень выгодное предложение.

Все присутствующие настороженно замолчали, а Мамба, откинувшись на спинку трона и полуприкрыв глаза, продолжил говорить, внимательно отслеживая реакцию Кеннеди и прибывших вместе с ним ирландцев.

— Ни для кого из вас не секрет, что я негр, и именно это обстоятельство мешает вести мне многие дела на других континентах. Вам знакомо это чувство, когда вы сильный, умный, знаете, что будет дальше, а вас всё равно тыкают в происхождение?

— Да и ладно бы в происхождение. У русских есть пословица: «Встречают по одёжке, а провожают по уму». Да, я негр, но уже сделал для белых гораздо больше, чем для своих чёрных. И что? А ничего! И теперь мои интересы в Америке под угрозой! Но я… — и он вдруг, без всякого перехода, неожиданно встал и через мгновение завис над круглым столом, вокруг которого расселись на красивых стульях приглашенные ирландские делегаты.

Царь Африки оказался высоким и сильным мужчиной, его тело было покрыто шрамами на всех видимых из-под одежды участках кожи. От него ощутимо чувствовалась исходящая угроза, на любом уровне.

— Но я… не привык прятаться, и не спущу никому потерю своих интересов.

— Но каким образом мы сможем помочь вам? У нас нет ни общих интересов, ни ресурсов, ни сильного влияния на население и промышленную верхушку, — сказал Джозеф Кеннеди.

— Не надо прибедняться, — махнул рукой Иоанн Тёмный. — Всё у вас есть, а главное, у вас есть люди, и эти люди — белокожие. Улавливаете?

— Что вы нам предлагаете?

— Союз! Союз чёрных с белыми. Пройдёт не так много времени, и европейские страны схлестнутся между собой, не на жизнь, а насмерть, — начал вещать он. — Многие империи распадутся, перестанут существовать некоторые страны, и на обломках империй возникнут новые. Я знаю, я чувствую, это произойдёт раньше, чем я думал. И мы должны быть готовы к этому.

— Америка находится в выгодном положении, она балансирует на краю, между разными концепциями жизни. Хотите ли вы увидеть, чтобы ваши дети жили лучше, чем вы. Хотите ли вы увидеть, как гордые и чопорные англичане, эти циники и любители многоходовок, будут бессильны перед вами. А вы, впервые за столетия, сможете им отомстить, или, хотя бы, утереть их ставший сопливым нос?

Все молчали. По растерянным глазам ирландцев можно было сказать, что они прониклись речью вождя, и в то же время, все пораженно молчали, не зная, что и думать, и как реагировать.