Чтение онлайн

Раздражению церковника не было предела. А тут еще этот невоспитанный и наглый дворянский отпрыск, который ведет себя с ним словно сам Тивар. Нет, он не пустит все на самотек! Брат Конлет был сыном сапожника, и никогда не испытывал уважения к феодалам, считая их зазнавшимися и избалованными выскочками, наделенными властью. Впрочем, из-за власти чадо мастера обувных дел и решило стать церковником. Надев рясу, оно могло запугивать, шантажировать, унижать и использовать наивных и глупых мирян в своих корыстных целях.

Придет час и Конлет Алавир займет пост Верховного жреца, и тогда, эти мерзкие и тщеславные аристократы, почувствуют на себе весь гнев Тарумона Милосердного.

Торбор сын Гайдрана и внук Боргальда, второй десяток лет жил в приграничье Круана. Он поселился здесь опосля окончания войны чародеев с эльфами. Он был одним из тех редких гномов, что покидают пределы Дамдо и путешествуют по миру в поисках своего места под благосклонным небом Нирбисса.

Его нынешний дом, разительно отличался от каменных палат подземных горных городов, но был также надежен, как и базальтовые стены его родового особняка в энраде Вергейма.

Исполинская секвойя, чей ствол был полым внутри, а под корневищами находилась небольшая пещера, для Торбора Дер Кхардора, послужила надежным убежищем.

В подземелье, смекалистый дворф обустроил кузню, проведя замысловатый дымоход на поверхность, в безопасном расстоянии от корней древа и его собратьев. Здесь, в мастерской, он производил уникальное оружие, которое, время от времени, отвозил на продажу либо в Морен, либо в приграничные города Руандона и Эсколонии. Там же, он и приобретал сырье для своих кузнечных изделий.

Торбору нравилась глушь эльфийского леса, она вдохновляла его, подталкивая на создание, разящих в самое сердце клинков, прочных доспехов, легких и острых мечей. Останься дворф в родных краях, судя по всему, он бы, как и клан Дер Кхардор, работал в шахте или же трудился в поте лица на плавильнях.

Дамдо - страна горных хребтов и крутых утесов, возвышающаяся над Туманным океаном. Возносящиеся к серому небосводу снежные пики, темнеющими силуэтами видны за много миль. И в Аргилоне, и в Руандане, и в Гектонии, отделенной от государства дворфов нефритовым озером Дроу. Зимы суровые, сопровождающиеся ураганными ветрами и непроглядным ледяным снегопадом. Лето сухое и прохладное, с минимальным количеством осадков. Растительность довольно скудная в этих каменистых краях. Кружевные пихты, корабельные сосны, несколько видов кустарников, да ягель со мхом, основная пища длинношерстных архаров, обитающих в этих местах. Белоперые грифоны, размерами с корову, вьют гнезда на отвесных скалах и охотятся на горных коз.

Народ, населяющий энрады Дамдо, крайне замкнутый и сварливый. Гномы стараются держаться особняком. Не пускают к себе чужаков, но сами ведут торговлю с соседними странами. Драгоценные камни, редкая руда, оружейные изделия раскупаются в считаные мгновения, а на заработанные деньги приобретаются продовольствие, одежда да хмельные напитки.

Гномьи купцы, дабы попасть в соседние государства, редко пользуются горными тропами, таящими в себе смертельную опасность. Снежные лавины, порывистые ветра, камнепад, землетрясения - это лишь малая часть бед, что поджидает смельчаков на пути. Есть еще жуткие монстры, ютящееся в ледяных пещерах, которые подстерегают упитанных торговцев на узких перевалах.

Жители Дамдо предпочитают передвигаться по Недровым путям - подземным лабиринтам. Во мраке тоже можно встретить тварей Тени, но с ними отряд гномов сможет справиться, не боясь сорваться с утеса и не быть заваленным снежным настом. Сгизки и Верхи боятся света. Купцы никогда не путешествуют в одиночку, караван сопровождают дюжина нанятых берсеркеров и прислуга, следящая за факелами. Войны отбивают атаки гигантских многоножек и теневых пауков. А челядь следит, чтобы света было достаточно, и монстры не могли приблизиться к веренице механических фургонов, больше чем на метр.

Недровые пути столь запутаны, что любознательным авантюристам, решившим без спроса сунуть свой нос в гномье государство, никогда не добраться до цели, без проводника. Бывали смельчаки, которые пускались в странствие по мрачным катакомбам. Позже, их трупы находили патрули дворфов - обглоданные Верхами или же мумифицированными, видать бедолаги заплутали и померли от голода, а сухой воздух пещер сохранил тела от разложения.

Торбор поежился, вспомнив, как прошло его последнее путешествие по подгорному лабиринту. Горик был ранен и яд верхи лишил его руки. Бравика, утащила в глубины гор ловкая гигантская сгизка, его крики и скрежет сотни лап чудовища, еще долго звучали в ушах отряда.

Сейчас тварей на Недровых путях стало еще больше, чем двадцать лет назад. Они начали активно плодиться, словно крысы в городских канализациях. О печальных известиях кузнецу поведал приезжий дворф, которого он повстречал в Руандоне. Ферйренурк Эр Гархир прибыл с караваном из энрада Ульхольма, что находится у самого побережья Туманого океана. Его путь на Большую землю был долог и полон лиха. До Руандона добралась лишь треть гномов, половина самопередвигающихся телег вместе с возницами сгинула в подгорных катакомбах. Купцу пришлось пережить три атаки чудовищ, и по его словам, они уже не нападали поодиночке, а собирались в небольшие группы.

Твари размножались и обретали скудный разум, а гномы преступили к строительству наземного туннеля через опасные хребты, дабы избежать невосполнимого количества потерь среди сородичей. Больше подземный лабиринт не являлся безопасной тропой. Все чаще стало гибнуть караульных, все реже торговцы возвращались домой после поездок на Большую землю.

Ведуны и ученые мужи Дамдо, до сих пор пытаются разгадать причину, такого резкого всплеска рождаемости у подземных тварей. Но пока ни те, не другие не нашли объяснения феномену.

Торбор нахмурил мохнатые брови, отогнал от себя мрачные мысли о родных краях и подошел к печи, раздумывая, стоит ли сегодня заниматься кузнечным делом или все же, дождаться Годфри, который обещал заглянуть в гости.

Этот мальчишка сильно рисковал, приходя в приграничье Круана. Если его поймают с поличным, не миновать юному барону костра на площади Форга. Но как бы кузнец не пытался объяснить всю опасность данных путешествий через стену, Годфри не желал его слушать. Он был упрям и всегда поступал так, как велит ему сердце, а не законы страны людей.