Чтение онлайн

Как живо напоминают эти страницы книги недавние события в нашей стране! Та же схема, та же организация — а за ними дезинформация, фальсификация, беспардонная ложь.

Немало интересного найдет читатель в разделах, посвященных другим членам бывшего содружества социалистических государств, а также Китаю. Вокруг последнего в правящей кремлевской верхушке многие годы не прекращалась близкая к паранойе возня, не исключавшая превентивного ядерного удара по ракетно-ядерным объектам КНР. Вместе с тем в общей оценке взаимоотношений СССР и стран ОВД Гордиевский преувеличивает серьезность высказывавшихся мнений о ненадежности восточноевропейских союзников и желании побыстрее с ними распрощаться. Для ЦК КПСС и КГБ социалистический лагерь был материальным воплощением всепобеждающего марксистского учения, главным приобретением после Второй мировой войны, и ими делалось все, чтобы этот лагерь не распался. В этом же контексте необходимо рассматривать и шаги, которые предпринимало брежневское руководство для расширения сферы советского влияния в Азии, Африке и Латинской Америке.

Описывая деятельность советской разведки в странах третьего мира, Гордиевский допускает ряд неточностей и преувеличений. Это касается, в частности, «успехов» ПГУ в Египте. Между тем, для резидентуры КГБ в Каире явилось шоком и полной неожиданностью решение президента Садата денонсировать договор о дружбе и сотрудничестве с СССР. Вадим Кирпиченко, возглавлявший тогда резидентуру, не воспринял всерьез точку зрения специалиста по Ближнему Востоку Евгения Примакова, предупреждавшего, что Садат готовится к разрыву с Москвой. Не соответствует действительности и утверждение, что Сергей Голубев был резидентом в Каире до Кирпиченко и эффективно работал с начальником египетской разведки Сами Шарафом. Из наиболее примечательных эпизодов деятельности Голубева в тот период было его задержание в пьяном виде египетской полицией и учиненный им дебош в полицейском участке.

Есть в книге и другие неточности, обусловленные как недостаточной осведомленностью авторов в ряде вопросов, так и добросовестными заблуждениями, вытекающими из повторения без должной проверки и оценки некоторых тезисов перебежчиков из числа офицеров КГБ. Например, весьма некритично подается утверждение бывшего сотрудника КГБ в Лондоне Олега Лялина, сбежавшего в 1971 году, о якобы имевшемся задании Центра следить за перемещением по стране крупнейших английских государственных деятелей с целью их возможной ликвидации.

Сенсационно и излишне алармистски преподносится разработанная при Андропове совместная с военной разведкой программа слежения за возможной подготовкой США ракетно-ядерного нападения на СССР. Действительно, в последние годы пребывания у власти Брежнева все больше проявлялся маразматический характер коммунистического правления. На поводу у выжившего из ума лидера КПСС послушно шли «верные ленинцы» Андропов и Устинов. Они и сами подливали масла в огонь, пугая номенклатуру грядущими «звездными войнами» и ковбойскими замашками президента Рейгана. В этом смысле программа «РЯН» отражала состояние умов некоторых членов Политбюро, но в то же время она по сути повторяла широко известный тезис Андропова о том, что главная задача разведки — не просмотреть ядерное нападение. Являясь продуктом схоластических игр управления «Р» ПГУ, занимавшегося проблемами планирования и прогнозирования, программа «РЯН» ушла в небытие, так же как и десятки других хитроумных документов, изготовленных «мудрецами» этого управления.

Гордиевский сочно и достоверно передает атмосферу, воцарившуюся в разведке после прихода в нее Владимира Крючкова. Этот хитрый партаппаратчик, подозрительный и скрытный по натуре, иезуитски улыбчивый, своим высокомерным непрофессионализмом отбил охоту у многих сотрудников ПГУ заниматься делом. При Крючкове начался скоротечный процесс разложения разведки: с 1979 года совершили измену в форме шпионажа или побега за границу более двух десятков офицеров разведки — беспрецедентное явление в истории ВЧК-КГБ. Тем не менее Крючков не только удержался в кресле, но и выдвинулся на роль руководителя всего аппарата госбезопасности. Это была крупнейшая ошибка Горбачева, едва не приведшая его к гибели в августе 1991 года и в любом случае стоившая ему политической карьеры.

В книге много внимания уделено деятельности лондонской резидентуры КГБ, где Гордиевский проработал несколько лет и чуть не стал ее шефом. Хорошо переданы обстановка в коллективе, бестолковая суета, связанная бессмысленными акциями по оказанию влияния на исход выборов в США или Англии, интриги контрразведывательной службы ПГУ (кстати, автор этих строк возглавлял в Вашингтоне не линию контрразведки, как пишет Гордиевский, а политическую линию), духовная убогость жизни в советской колонии, где многие ее обитатели погрязли в накопительстве и мелочной завистливости друг к другу. Столь же правдиво показаны картина жизни в центральном аппарате ПГУ в Ясенево, практика подбора кадров и их подготовка, организация работы различных направлений в разведке.

Верно подмечены Гордиевским основные тенденции и изменения в стиле руководства разведкой в ходе горбачевской перестройки. И столь же справедлив вывод: как и любому крупному современному государству, России нужны и органы внутренней безопасности, и внешняя разведка. Но для того, чтобы иметь разведку, достойную уважения своих граждан, надо закрыть КГБ и начать все сначала.

В книге довольно скупо освещается деятельность репрессивного аппарата КГБ, направленная против внутренней политической оппозиции и любого инакомыслия. Авторы и не претендуют на всеобъемлющее освещение работы КГБ. Но то, с чем они вышли к читателю, поразит его воображение, заставит вновь задуматься о нашей трагической истории, побудит сделать все, чтобы кошмары прошлого никогда не омрачили нашего будущего.

О. Калугин

Писать историю того, существование чего до недавнего времени отрицалось советской пропагандой, было одновременно и вызовом, и удовольствием. Этот процесс потребовал четыре года напряженного труда совместно с доктором истории Кэмбриджского университета Кристофером Эндрю, ведущим на Западе теоретиком разведывательных проблем. К. Эндрю — блестящий знаток новой и новейшей истории Европы, автор монументальной монографии «Секретная служба: становление британского разведывательного сообщества», знаток таких специфических областей, как СИГИНТ (радиоэлектронная разведка), центрист (социал-демократ) по своим политическим взглядам, был идеальным соавтором для меня, преимущественно практика, 23 года проработавшего в разных подразделениях внешней разведки КГБ, знавшим его историю в результате собственного опыта, по архивам и оперативным делам, от родственников и друзей-ветеранов КГБ.

Разумеется, наибольшей трудностью при написании книги было отсутствие доступа к архивам Первого главного управления — основного органа внешней разведки КГБ. Но эту трудность с нами разделил бы любой советский историк, если бы он попытался писать о разведке. С другой стороны, — не все советские читатели знают об этом, — на Западе имеется обширнейшая литература о советском шпионаже. Так, изданный в 1985 году в США сборник «Библиография по советской разведке» содержит 518 наименований наиболее важных публикаций на эту тему. Эти источники, а также западные архивы, в том числе правительственные архивы таких стран, как США, Британия, Австралия, дали нам возможность собрать значительный объем информации. Наша книга включает в себя не более четверти накопленных нами материалов по данному предмету.

Целью книги не является обличение, разоблачения и обвинения; тем более что в последние годы опубликовано изрядное количество всяческих разоблачений. Она преследует чисто академическую цель: осветить еще один аспект советской истории, который оставался в тени столь долго.

Одним из важных направлений книги является борьба против мышления, основанного на вере в теорию заговоров. Подобно тому, как КГБ, а под его влиянием и советская пропаганда демонизировали в прошлом ЦРУ США, на Западе, а сейчас в определенной степени в СССР имеется тенденция к демонизации КГБ. Как бы огромен и изощрен ни был КГБ, он отнюдь не всемогущ и не вездесущ и вполне доступен пониманию. Не следует преувеличивать то, что уже достаточно зловеще. Одновременно, разумеется, задачей книги было идентифицировать и проанализировать паранойю и концептуальные аберрации самого КГБ, которые столь часто приводили его к ошибочным выводам и решениям.