Кейн
Шрифт:
— Садись, — сказала мне Кила и направилась к красной двери.
Я села в третьем ряду и наблюдала, как она подошла к двери и трижды постучала. Затем она повернулась и пошла обратно ко мне, заняв свободное место справа от меня. Я не знала, как долго мы сидели, прежде чем красная дверь открылась и вышла медсестра-азиатка в черных брюках и белой больничной рубашке с карманными часами, свисающими из кармана рубашки.
— Кто из вас, леди, хочет пройти в отделение неотложной помощи? — спросила она с акцентом, которого я никогда раньше не слышала.
Не смогла ей ответить, поэтому просто подняла руку, как это делал один из моих учеников в классе, когда я задавала им вопрос.
Медсестра улыбнулась мне.
— Следуйте за мной, пожалуйста. Ваша подруга тоже может пройти с нами.
— Как будто она смогла бы остановить меня, — пробормотала Кила.
Я не засмеялась, но задышала немного тяжелее, чтобы показать, что я считаю то, что она сказала, забавным.
Мы с Килой прошли вслед за медсестрой в отделение неотложной помощи. Я остановилась у красной двери, которую Кила закрыла, пока медсестра жестом не пригласила меня сесть перед ее столом. Ее стол стоял справа. Слева была больничная койка, куча мониторов и другое больничное оборудование. Я села и вздохнула с облегчением, когда почувствовала присутствие Килы позади меня.
— Назовите, пожалуйста, имя? — спросила меня медсестра.
Я прочистила горло.
— Эйдин Коллинз.
Медсестра достала розовую папку и вложила в нее свежеотпечатанные бланки. Она щелкнула ручкой и начала писать. Она спросила мой домашний адрес и записала его, когда я ей его назвала.
— Дата рождения?
Я облизнула губы.
— Пятое февраля тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года.
— Это Ваша первая беременность?
Я моргнула.
— Да, мэм.
— Запланированная?
Это действительно необходимый вопрос?
— Нет, — честно ответила я.
Медсестра посмотрела на меня и улыбнулась.
— Извините, стандартные вопросы.
Зачем?
— Все в порядке.
Медсестра кивнула и снова посмотрела на розовую папку.
— Известны ли какие-либо аллергии на лекарства или пищу?
Я покачала головой.
— Нет.
Затем она продолжила задавать кучу вопросов об истории болезни моей семьи и обо мне. Я замерла, когда она спросила, были ли когда-нибудь осложнения во время беременности у женщин в моей семье.
— Не во время беременности, но моя мама умерла, когда рожала моего брата. Она потеряла много крови и не получила вовремя переливание.
— Сочувствую Вашей потере.
Я сглотнула.
— Спасибо.
Через мгновение медсестра снова перешла к вопросам, которые ей нужно было задать, и я была благодарна, потому что мне действительно не хотелось думать о том, что моя мать умерла во время родов, когда я была в отделении неотложной помощи из-за беременности, о которой я только что узнала.
— Когда у Вас была последняя менструация?
— Не могу вспомнить, — честно ответила я. — Это происходило нерегулярно, так что я никогда не умела следить за графиком.
Медсестра кивнула и записала то, что я ответила.
— У Вас есть дата возможного зачатия?
Я проворчала:
— Да, первое апреля.
— Первое апреля… Вы уверены? — спросила медсестра, не уверенная, лгу я или нет.
— Абсолютно уверена, — ответила я.
Как будто я могла забыть день, когда я погрузилась в глупость или день, когда я позволила глупости погрузиться в меня… три раза.
Кила фыркнула у меня за спиной.
— Наверняка, Вы уже сделали тест, но я должна спросить, сделали Вы его или нет.
Я кивнула.
— Да, сделала один сегодня. Один из тех цифровых тестов; там говорилось, что я на больше, чем третьей неделе беременности.
Медсестра записала это.
— Мне нужно, чтобы Вы зашли в ванную за дверью позади Вас и помочились в эту баночку, — она поставила маленькую прозрачную баночку с серебряной крышкой на стол передо мной, — а затем принесли ее мне.
Я сделала, как просила медсестра: помочилась в баночку, завернула ее в салфетку и вернулась на свое место.
— Вот, держите, — сказала я и протянула ей завернутую в салфетку банку.
Медсестра надела латексные перчатки, взяла банку и встала со своего места. Она прошла в левый угол комнаты, сложила в лоток мою салфетку и сняла крышку с банки. Окунула маленькую палочку в банку и вытащила ее обратно. Кончик палочки был ярко-розовым.
— Да, Вы беременна, — сказала медсестра и усмехнулась сама себе.
Мне хотелось улыбнуться ей, но я была так напугана, что ничего не смогла сделать, кроме как уставиться на нее. К счастью, медсестра, казалось, не заметила моего беспокойства и жестом указала мне на больничную койку рядом с ней.
— Поскольку дата Вашего зачатия более нескольких недель назад, мне не нужно проводить УЗИ влагалища. Если Вы ляжете на кушетку и поднимите футболку, я проверю и посмотрю, как чувствует себя ребенок, используя прибор на Вашем животе.
О, черт.
— Хорошо, — прошептала я.
Я сделала все, что сказала медсестра. Легла на больничную кушетку, задрала футболку, пока не показался мой голый живот, и стала ждать. Медсестра подошла ко мне ближе и посмотрела на меня сверху вниз.
— Вы можете расстегнуть свои джинсы и немного стянуть их вместе с нижним бельем? — спросила она. — Сейчас ребенок находится очень низко.
Я начала потеть.
— Конечно.
И снова я сделала, как она просила. Расстегнула джинсы и немного стянула их вниз вместе с нижним бельем.