Чтение онлайн

Тас был чрезвычайно тронут мастерской работой. Каждую чешуйку вырезали с такой удивительной точностью, что создавалось впечатление, будто дракон сейчас поднимется, расправит крылья и взлетит. Гранатовый красный цвет выглядел сочным, живым и даже немного светящимся изнутри. Чешуйки напомнили Тасу плотно привязанные к корпусу спелые гранатовые зернышки. Недоверчиво рассматривая шипы на драконьей спине, Тас испытал огромное облегчение, обнаружив нечто наподобие седла на шее чудовища. Засунув обутую в сапоги ногу в стремена, свободно свисающие с седла, кендер легко запрыгнул дракону на спину.

Вудроу избрал фигурку кентавра прямо позади дракона, чтобы не спускать с сорванца глаз. Усевшись на шоколадную спину, едва отличимую от настоящей, белокурый юноша терпеливо ждал, пока карусель заполнится гномами. Остановившись у рубильников, гном-механик весело потер ладони и дернул за большой рубильник. Карусель дернулась и начала набирать обороты, а откуда-то из потолка прямо над фигурками полились немного монотонные, но все же веселые звуки карусельной музыки, быстро заглушив все остальные шумы. Животные легонько подрагивали на своих столбиках: когда дракон взмывал ввысь, кентавр плавно опускался на платформу. Начинало казаться, что гном-механик таки справился с управлением капризной машины. Он опускал и поднимал рычажки, не переставая счастливо потирать руки.

Тассельхофф тоже был на седьмом небе от счастья. Когда дракон поднимался и опадал вниз, его крылья то плавно скользили вверх, то устремлялись вслед за монстром, как будто бы дракон по-настоящему летел.

— Чудесно! Надеюсь, эта карусель никогда не остановится, — пылко заверял Тассельхофф самого себя. — Наверное, такие же чувства испытываешь, когда летишь на настоящем драконе… как жаль, что нигде на Кринне их больше не осталось…

Едва произнеся эти слова, Тас почувствовал, что фигура дракона под ним переместилась и легонько затряслась. " Мог бы привязать фигурки и покрепче", — подумал кендер. — "Когда остановимся, я двину ему эту идею".

Но к удивлению Тассельхоффа, карусель и не думала тормозить. Хуже того, тряска и раскачивание под ним усилились, так что вскоре он с трудом удерживался на спине дракона. Ему очень хотелось узнать, столкнулся ли и Вудроу с подобными проблемами, потому он оглянулся на восседающего верхом на кентавре молодого человека. На лице Вудроу читалась лишь скука, которая сменилась беспокойством, когда он заметил кендера.

— Мой дракон стремится освободиться! — крикнул ему Тас.

Тас чувствовал, что руки его соскальзывают все ниже и ниже. Прижавшись грудью к спине дракона и обхватив его за шею, он обвил ногами столб позади себя, к которому крепился дракон. Почему этот полоумный гном-механик не остановит карусель? Неужели он снова забыл, где находится выключатель?

Вудроу, сидящий позади, видел, что губы кендера движутся, но не смог разобрать, что тот говорит. Юноша тоже чувствовал, что накатался вдоволь. Он жестом указал на это гному-механику, когда проезжал мимо. Гном-механик отмахнулся от него со все той же странной улыбкой.

Вдруг до него донесся громкий треск раскалывающегося дерева, и стержни, удерживающие фигурку дракона, треснули. Вудроу открыл было рот, чтобы предупредить Таса. Но кровь застыла в его венах, когда он увидел, как огромная голова красного дракона медленно повернулась назад, чтобы разглядеть примостившегося на спине кендера. А когда дракон хлестнул хвостом и расправил крылья, юноша уже вовсю стучал зубами от страха. Под кроваво-красными чешуйками на спине чудовища двигались самые настоящие мускулы! Дракон был живым!

Вудроу потряс головой, не совсем уверенный, то ли он действительно видел движение дракона, то ли ему почудилось. Но когда он снова поднял глаза, на него в упор смотрел кентавр, на спине которого он сидел.

— Дракон увез твоего друга, — сказало существо.

Следующим утром Финес проснулся с таким чувством, будто всю ночь видел сон, но сколько ни пытался, так и не смог припомнить ничего особенного. Низкие тучи целиком затянули небо, а на земле бушевал сильный ветер. Холодный осенний воздух заставил Финеса содрогнуться и поплотнее закутаться в одеяло. По лицу, шурша, чиркали сухие листья. Он неохотно сел. С лица посыпался песок, осевший там за ночь, спина ныла после лежания на холодной, сырой земле, а еще его не покидало ощущение, будто каждый зуб за время сна оброс шерстью и вспотел ко всему в придачу. В общем, по уши… в этом самом. Тщетно оттирая пальцем налет с зубов, он взглянул туда, где спал Транспрингер, и обнаружил, что кендер уже проснулся и покинул лагерь. Оглядевшись по сторонам, Финес обнаружил своего "проводника" сидящим неподалеку на развалинах каменной стены. Он беспечно болтал ногами и жевал украденный толстый ломоть пшеничного хлеба.

Заслышав приближение Финеса, Транспрингер пропел:

— Доброе утречко!

— Это тебе так кажется, — проворчал мужчина, похлопывая себя по плечам, чтобы хоть как-то согреться.

— Кажется, кто-то сегодня не с той ноги с постели встал, — бойко ответил Транспрингер, заметив мрачную физиономию спутника.

— Если бы я спал в постели, мне не пришлось бы счищать с себя всю эту грязь. — последовал сердитый отклик. — У тебя больше хлебушка не найдется?

Транспрингер отломал большой ломоть, передал его мужчине и окинул взором серое небо:

— Для исследования Руин денек что надо. В солнечную погоду сюда стекаются толпы кендеров из города и разные создания из-под земли.

Финес так и застыл с полуоткрытым ртом.

— Какие еще создания?

Кендер энергично закивал головой.

— Ну ты же знаешь, каких чудовищ можно встретить в развалинах: ящериц, змей, крыс, летучих мышей, жуков, пауков, гоблинов, гигантских слизней, филинов, козлодоев…

— Я сбился со счету.

Транспрингер пожал плечами.

— Выпьешь воды?

Он протянул мужчине кожаный мех.

Финес тяжело сглотнул. Сухой хлеб комом застрял в глотке. Он приложился к фляге и наполовину опорожнил ее двумя глотками.

— Почему ты не рассказывал про чудовищ? — спросил он в конце концов взвинченным до предела голосом.

Транспрингер окинул его странным взглядом.

— А что еще ты ожидал найти на развалинах города? Местную булочную?

— Нет, я рассчитывал обнаружить пустые развалины.

— Это место так и кишит чудовищами, — спокойно продолжал Транспрингер. — Однажды, проезжая мимо, я видел, как филин откусывает голову пони. Несчастный седок…

Хлеб, застрявший у Финеса в глотке, стал настойчиво прокладывать себе путь обратно. Он сосредоточился на том, чтобы загнать его вниз, а потому не прислушивался к подробностям рассказа Транспрингера.

— … но ты ведь врач, и не мне рассказывать тебе, как выглядит человек изнутри.

Кендер беспечно спрыгнул со стены и взял своего пони за уздечку:

— Ты готов? Послушай, ты что-то неважно выглядишь.

Финес ухватился двумя пальцами за переносицу и принялся массажировать ее в надежде унять пульсирующую головную боль.