Чтение онлайн

Навыки: торговля — 17

кузнечное дело — 1

земледелие — 1

Бонусы:

+24,6 % к опыту постоянно.

+20 % урона по всем существам.

+25 % урона холодным оружием (от рыцаря).

+10 % урона стрелковым оружием (от рыцаря).

+5 % урона остальным видом оружия (от рыцаря).

— 10 % стоимость призыва.

— 10 % требований к уровню призыва.

+5 % к урону магией воды.

+10 % к скорости обучения.

+12 % к защите от ментальных воздействий.

+3 к отношению со всеми светлыми расами.

+5 к отношению со всеми темными расами

+10 % сопротивления ко всем видам урона.

— Не все так плохо, баронская цепь и кольцо Великого Единого Духа при нас, большинство достижений никуда не делись. Отношения со всеми расами положительные, просто так нас никто не тронет. Вся собственность при нас. Деньги тоже. Будем считать, что ушли на рерол, только с зашибенными бонусами, так что все будет хорошо…

Со стороны сокланов донесся горестный стон, и хриплые проклятия, а мне по голове застучала тяжелая заячья лапа, вдалбливая ее в костяное крошево. Ага, хорошо, только вот сейчас одному кролику лапки узлом свяжу…

— Хорошо не будет, — убитым голосом сообщил Калян, — кнопка выхода из игры пропала.

На минуту над берегом повисла гробовая тишина, затем вновь раздались очередные подтверждающие проклятья и стоны.

— А у меня, вообще, такой кнопки нет, — подбодрил их я, — тело-то в реале тю-тю, сгорело в крематории, превратившись в прах. Так что я здесь навсегда…

В этот раз тишина длилась дольше. Что бы развеять обстановку я спросил:

— А как там Яринка? Когда я в последний раз ее видел, она без сознания была…

— Восстановилась. Руки мы ей тогда вылечили, с душой было потруднее, но вроде ничего, ждет своего принца на корабле с алыми парусами. Уж как полтора года ждет.

— Что? Полтора года прошло?

— Здесь да. В том мире пара дней. Время здесь замедлилось относительно реала, но все равно мчит галопом. Спецы говорят, чтобы время уровнять нужно избавиться от чужеродного элемента в игре. Извне этого сделать не получается, главный ИИ очень чутко относится к своему детищу, и специалисты боятся, что грубое вмешательство может полностью разрушить этот мир. Проблему надо устранить игровыми методами, изнутри. Только вот наши трехсотые уровни, почему-то накрылись медным тазом, и что теперь делать непонятно.

— А что за проблема? — Влез Пофиг, — ты нам так о ней ничего и не рассказал.

— Тут такое дело, — замялся Калян, — помните, Малыш упоминал свою жену? Следственные органы имеют доказательства, что своими делишками в том мире они занимались вместе. За месяц до попытки ареста Малыша, она исчезла. Была версия, что она была убита, но потом стало понятно, что ее сознание было также перенесено в эту игру. После этого время здесь понеслось галопом и к моменту нашего сюда попадания, здесь прошло восемьсот лет.

— Да, ладно, не может быть…

— Да, думаю, что пришедшая с другого мира богиня смерти Морана, она и есть.

— Зашибись, — проворчал Пофиг, — те же яйца, только в профиль, мы что, теперь из игры не выйдем пока ее не убьем? А я у мамы только до обеда отпросился…

— Пахан, что скажешь, чисто технически она и твоя жена.

— Здесь, на меня можете не рассчитывать. С того случая в армии я, в своем теле, я жил как глухо-слепо-немой заключенный. Ко мне пробивались только образы, обрывки мыслей и эмоций, я почти растворился, потеряв свою личность, но это разделение на несколько тел в игре вернуло меня к жизни. И мои четкие воспоминания заканчиваются событиями двадцатилетней давности… твою мать! Мне кажется, или этот кролячий кобель меня игриво за ухо покусывает?

— Ага, кажется, ты ему понравился.

— Ну, все, мне это надоело, сейчас я ему…

Я попробовал вскочить, но у меня ничего не получилось, сил отжаться от земли не хватило, упитанный кроль оказался слишком тяжелым. Я заскрипел зубами и полез в свою книгу призыва, выискивая там что-нибудь доступное мне для вызова.

— Полевая мышь, молодой габот, молодой кролик, зайчонок, воробей, карась… просто замечательный выбор.

Рядом также недовольно пыхтя, лежал Майор. Но лежал он не без дела, подгребая под себя обломки костей и черепков сплошным покровом, усыпавших Белый Берег. С другой стороны, от меня Калян ругался со своим арбалетом. Вернее, с зарядным механизмом арбалета.

— Зёма, твою мать, обленившаяся, зажравшаяся ты скотина. А ну-ка вылезай наружу, вспомни, что ты представитель гордого племени земляных элементалей, и помоги нам в предстоящей битве.

В ответ раздались недолгие ленивые ругательства.

— Ну все, жирдяй, никаких тебе земляных червяков, ни макарон не будет!

В этот раз поток ответных ругательств был гораздо цветистей и экспрессивней. Растолстевший на домашней стряпне земляной элементаль с трудом вылез наружу и свалившись на землю, моментально впитался внутрь нее.

— Я готов, — оповестил нас Калян, — только свистните и я спущу этого зверя с поводка.

— Минуту, — я наконец дотянулся до ползущего ко мне Зигзага, и укрыв его своим телом тоже кивнул, — готов!

— Погодите, готовы они, — проворчал Майор, — а как я один Гошу подниму? Пофиг разворачивай свою костлявую задницу к лесу, а ушастую голову ко мне и включай свой огнемет.

— Какой, на хрен, огнемет? У меня по мане только огненная стрела доступна. Господи, да я полчаса назад, мог всех этих кролей вместе с окружающими скалами в одну лужу сплавить, а теперь опять только огненная стрела…