Чтение онлайн

Лицо начальника перекосила улыбка, не сулящая ничего хорошего. Недолго думая, Носов предложил мне уволить его за грубое нарушение дисциплины, связанное с невыполнением указания руководства.

Я сидел на стуле, словно на раскаленной сковороде.

— Владимир Алексеевич! Я сам лично отпустил его в больницу к матери. Он там дежурил всю ночь! Если дело в этих двух оперативных делах, то они будут у вас лежать на столе через два часа. За что вы его хотите уволить? Корчагин один из самых опытных работников нашего отдела! За ним десятки раскрытых преступлений! Знаете что? Вы можете уволить и меня! Ведь я не выполнил ваше указание, а не он! Он просто не знал о нем!

— Не повышайте голос и не забывайте, где вы находитесь! — произнес он, не скрывая злорадства. — Здесь я могу повышать голос, а не мои подчиненные. А с вами, кстати, я еще разберусь, это я вам обещаю. Вы, надеюсь, помните крылатую фразу писателя-коммуниста Максима Горького «если враг не сдается, то его уничтожают»?

Разговор был явно закончен, я развернулся и вышел из кабинета.

Жаловаться на Носова не хотелось, однако обстоятельства складывались так, что какие-то меры от нападок Носова нужно было принимать.

Я вспомнил утренние слова начальника второго отдела и был поражен тем, как он был прав. Неужели мои отношения с Носовым стали настолько очевидны, что о них уже открыто говорит все управление?

То, что Носов попытается сломать меня, я, безусловно, понимал, но и предпринять что-либо не мог, мне была необходима поддержка в лице начальника управления уголовного розыска. За всю жизнь мне ни разу не приходилось жаловаться на руководство, все проблемы я решал самостоятельно. Но здесь выбора не было.

У себя в кабинете я пытался понять, почему все так складывается. Пришел новый человек, абсолютно не знающий специфики работы уголовного розыска, не знающий людей и пытающийся сразу все изменить. Как сложно было укомплектовать отдел, подобрать настоящих фанатов, способных сутками пахать по раскрытию преступлений, и вдруг на тебе — уволить сотрудника! Как так можно? Ведь он даже ни разу его не видел! Если так и дальше пойдет, с кем работать?

С грузом этих мыслей я пошел к начальнику управления. Взглянув на него, я сразу понял, что Носов уже все доложил.

Я присел и впервые в жизни стал жаловаться на необоснованное решение Носова по увольнению моего сотрудника. Чем больше я говорил, тем больше хмурился начальник. Руководство не любит, когда подчиненные обсуждают действия вышестоящих, но мне ничего не оставалось, и я рассказал ему все до мельчайших подробностей.

Когда я закончил, начальник управления минуты две сидел в задумчивости, а затем тихо произнес:

— Я всегда боялся подобного. Что найдется человек, который начнет ломать хорошую кирпичную кладку. Вот что. Я отменяю решение своего заместителя. Тебе трудно, а мне еще труднее. Давай лишний раз переступи через себя и не бегай ко мне с жалобами. То, что у тебя в отделе происходит, я знаю и без тебя. Постарайся найти с ним общий язык, иначе я не смогу тебе помочь, за ним стена, которую нам с тобой не сломать!

Я молча вышел из кабинета. В коридоре лицом к лицу мы столкнулись с Носовым. Он почти прошипел:

— Ну что, был у начальника? Что невеселый? Это только начало! У тебя впереди большие потрясения.

Какие потрясения — он не пояснил.

Вечером вернувшись с работы, я застал дома друзей жены. Стол был накрыт, на нем стояли начатые бутылки водки и вина. Я выпил граммов сто пятьдесят водки и молча сидел в кресле, прислушиваясь к веселому разговору. Водка не принесла желаемого расслабления, и проблемы на работе занимали все мои мысли. Поболтав еще, гости стали собираться. Я проводил их до остановки трамвая.

У моего подъезда стояла компания — человек шесть парней в изрядном подпитии. Один преградил мне дорогу. Он был на две головы выше меня.

— Дай закурить!

— Не курю, — постарался я обойти его.

— А если найду? — схватил он меня на рукав.

Его действия вызывали всеобщее одобрение, и он полез в мой карман.

Я ударил что есть сил. Амбал, тихо охнув, сполз по стене. Удар ноги в голову — и он уже пластом лежал на ступеньках подъезда.

Я выхватил из-за пазухи пистолет и быстро передернул затвор.

— Ну, кто хочет поймать свинца? — с угрозой спросил я. — Ты или ты? Забирайте своего друга и проваливайте отсюда, в другой раз будем говорить у меня в кабинете.

Друзья, подхватив лежащего под руки, поволокли его.

Я зашел в квартиру. Жена мыла посуду, а дочка, свернувшись калачиком, спала на диване. Я стал вытирать посуду, а жена, разложив постель, уложила дочь.

— Что произошло на улице? — спросила она, я слышала пьяные крики.

— Все нормально, все хорошо. Тебе показалось, — ответил я.

Ночью мне не спалось, и утром я чувствовал себя совершенно разбитым. Выпив бокал чая, пешком отправился на работу, рассчитывая, что утренний холод взбодрит меня.

Добравшись до работы, я взялся было за утреннюю сводку происшествий, но позвонил Носов. Он, разумеется, вызывал меня к себе.

Войдя к нему, я сразу обратил внимание, что на его на столе лежит оперативное дело Станислава Балаганина.

— Чем занимаются ваши сотрудники? — спросил он. — Объясните мне, с чем связана разработка жены столь уважаемого человека? Что, у нас не хватает воров и другой преступной нечисти? Вы полтора месяца пытаетесь высосать из пальца какое-то преступление, ставите задачу перед Балаганиным, чтобы он активизировал работу! Может, я что-то не понимаю? Объясните мне, но осуществлять разработку жены заместителя исполкома, я думаю, совершенно лишнее. Там работают проверенные кадры и их жены, по всей вероятности, неоднократно проверялись службами КГБ.

Выслушав его, я попытался объяснить обстоятельства нашей разработки, но он, не дослушав, произнес:

— Вот что, я твой непосредственный начальник, и запрещаю дальнейшую разработку Ермишкиной. И еще раз обращаю ваше внимание, что мне как начальнику отдела необходимо больше заниматься раскрытием преступлений, а не разной чепухой, не искать вора там, где его нет.

— Владимир Алексеевич, вы знаете, что любое заведение оперативного дела должно быть согласовано с начальником управления. Это дело также было согласовано. Я готов выполнить ваше указание, но для этого прошу вас официально написать свое решение на третьем листе этого дела.