Чтение онлайн

Вместо Версаля Казанова вначале направился к госпоже д'Урфе. Ее гений уже предсказал его появление. Она задрожала от радости при новости, что он привез из Голландии двенадцатилетнего мальчика, которого хочет отдать в лучшую школу Парижа.

«Кто он? Как его зовут? Я должна его видеть! Почему вы не взяли его с собой? Он говорит по-французски?» Казанова хотел привести его послезавтра.

В Итальянской Комедии он нашел Сильвию с Манон в их ложе. На поздравление Сильвии он сказал, что работал в Голландии для Манон. Манон опустила глаза.

В одной из лож амфитеатра но увидел госпожу К.Ц.В. с семейством. Она была гречанкой, вдовой англичанина, от которого имела шестерых детей. По ее настоянию он незадолго до смерти принял католичество, чтобы спасти свою душу, тогда как она и ее дети вскоре после его смерти, стали прихожанами англиканской церкви, чтобы спасти наследство в сорок тысяч фунтов стерлингов.

Пять лет назад в Падуе Казанова был влюблен в старшую дочь, когда они вместе играли комедию в любительском театре. Несколько месяцев спустя госпожа К.Ц.В. отказала ему в Венеции от дома. Но он в то время был занят К.К., М.М. и девушкой К.Ц.В., которой было лишь пятнадцать лет и которая была совершенной красавицей, прекрасно сложенной, ученицей Альгаротти, камергера Фридриха II Прусского.

Густав Гугитц и Шарль Самаран доказали, что под инициалами К.Ц.В. скрывалась Джустиниана Винн, позже ставшая графиней Орсини-Йозенберг, женой австрийского посла в Венеции. Она родилась в Венеции в 1736 году, как дочь Анны Гаццини и сэра Ричарда Винна, который женился на Гаццини только три года спустя.

Джустиниана сразу узнала его, ее мать махнула ему веером, он подошел к ним, они пригласили посетить их в отеле Бретань (как пишет Казанова, или отель Голландия, следуя письму Джустинианы к Меммо). Джустиниана в двадцать лет была очень хороша. Его любовь проснулась одним ударом. Он предложил ей свои услуги. Джустиниана знала о его богатстве из его письма к Андреа Меммо на шестнадцати страницах.

«Мы очень рады», сказала она, «потому что всегда любили вас.»

В это момент пришел господин Ла Попиньер, генеральный арендатор, который в своем замке «Зверинец Пасси» принимал эстетов, финансистов, актеров, музыкантов и прекрасных женщин, а также имел частный оркестр, дирижером которого был Рамо. Он сказал, что Казанова устроил хаос на парижской бирже.

На обед Казанова пришел к Сильвии, где был встречен радостно, как родственник. Ему казалось, что их верной дружбе он обязан всей своей удачей. Он подарил ей бриллиантовые сережки за пятнадцать тысяч франков, которые она сразу передарила Манон. Марио он дал золотую трубку, своему другу Балетти табакерку с эмалью, часы с боем младшему брату, которого он очень любил. Луи Йозеф Балетти стал танцмейстером в Карлшуле в Вюртемберге, где учил танцам Шиллера. (Два его письма из Людвигсбурга найдено в Дуксе).

Шуазель спросил Казанову, не захочет ли он вести переговоры о новом займе под четыре процента, а когда Казанова спросил о своей выгоде, то сказал, весь мир говорит, что он заработал двести тысяч гульденов.

«Полмиллиона франков были бы неплохим началом, но речь не об этом. Я говорю о своем праве на комиссионные.» Но господин де Булонь лишь иронически смеялся над требованием Казановы в сто тысяч гульденов. Известно, что у Казановы триста тысяч гульденов в векселях на предъявителя.

Казанова пошел в небольшие покои, где маркиза де Помпадур проводила балетные пробы. Она его сразу увидела, поздоровалась и сказала, что он удачливый посредник, господа «там внизу» не знают ничего достойного. Она все еще помнила его слова в театре Фонтенбло, сказанные восемь лет назад.

Бернис советовал и далее совершать хорошие сделки для правительства, и сказал, что Ла Поплиньер женится на мисс Винн.

Дома оказалось, что его новый воспитанник исчез: его забрала благородная дама, он понял, что это была госпожа д'Урфе.

Он посетил семейство Винн. Джустиниана за час заняла в его сердце место Эстер, но «только потому Эстер отсутствовала.» Склонность к Манон Балетти не могла удержать его, чтобы не влюбиться в другую. «В сердце соблазнителя любовь умирает, если не получает питания, это разновидность чахотки», признается Казанова. В самом деле, в Дуксе найдено письмо сводницы Брюне тех же лет, которая предлагает ему недавно привезенных в Париж молодых девушек.

Маленького Йозефа он нашел в руках госпожи д'Урфе. Она позволила ему спать с собой, но сразу откажется от этого удовольствия, если он будет непослушным.

Казанова нашел это превосходным, мальчишка сильно покраснел. Позже пришел Сен-Жермен и сел за стол, не есть, а говорить. Он рассказывал невероятные вещи, всегда являясь очевидцем или героем своих историй. Казанова в голос засмеялся, когда Сен-Жермен рассказал, как обедал с отцами города Триента. Казанова говорит в мемуарах, что временами перенимал эту технику Сен-Жермена.

Госпожа д'Урфе рассказала Казанове, что будет ждать созревания Йозефа, когда она наверное возродиться в Йозефе. Она отдала его в аристократическую школу, где были ее племянники, и дала ему имя графа Аранда.

Тиретта посетил Казанову в красивой карете, графиня Монмартель напрасно предлагала ему свои прелести и богатства в приданое, если он на ней женится.

Казанова снял сельский домик за Мадлен, называвшийся «Пти Полонь», Маленькая Польша. Он стоял на небольшом холме, рядом с королевской охотой, позади садов герцога Грамона. Там были два сада, простиравшиеся террасообразно, три большие комнаты, широкая конюшня, прекрасный подвал, баня, чудесная кухня. Владелец Маленькой Польши звался «королем масла», причем так и подписывался, потому что Людовик XV однажды останавливался у него и хвалил его масло. Он оставил Казанове превосходную кухарку, «жемчужину» мадам Сен-Жан. Казанова приобрел доброго кучера, две красивые коляски, пять лошадей, конюха и двух лакеев.

Тогда же через графа д'Эргвиля он познакомился с графиней дю Румен. Она была скорее мила, чем красива, царственно сложена, ее любили за кротость, искренность и любезность к друзьям. Она запрашивала оракула Казановы гораздо чаще госпожи д'Урфе. Казанова любил ее, но не отваживался на объяснение.

Когда венецианец Реццонико стал папой Клементом XI, он дал Бернису сан кардинала. Людовик XV дал Бернису берет и двумя днями позже выслал в Суассон. Такова дружба королей. Казанова потерял своего лучшего покровителя.

У госпожи д'Урфе тогда появилось желание познакомится с Жан Жаком Руссо. Она посетила его с Казановой в Монморенси под предлогом дать ему ноты для копирования, что он делал превосходно. Ему платили вдвое другого копииста, но он гарантировал безошибочную работу. На это он тогда жил.

«Мы нашли человека», пишет Казанова, «простого и скромного вида, говорившего разумно, но в общем не выделявшегося ни как личность, ни духом. Руссо показался нам любезным человеком, но, тем не менее, не обладавшим изысканной вежливостью хорошего общества, поэтому госпожа д'Урфе нашла его неотесанным. Мы видели также женщину, с которой он жил, на виду у которой мы говорили. Но она едва бросила на нас взгляд. Когда мы ушли, удивительное поведение философа стало веселой темой наших разговоров.»