Чтение онлайн

— Боже мой, она чокнутая, — сказал Эдвард Кирни. — Пойдем отсюда, Диана, там есть запасной выход.

Тенли добралась до матери, взяла за другую руку и попыталась помочь Марло увести ее к выходу, но, когда она увидела, что Эдди и его семья уходят через другой ход, она попыталась догнать их. Марло резко двинулась вперед, чтобы схватить ее, и Тенли, споткнувшись об ее ноги, растянулась на полу, издавая болезненный крик.

Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!

Марло схватила свою маму, когда она начала визжать:

— Эдди! Эдди! — развернувшись к своей дочери, она начала вырывать и бить её, Марло тоже закричала.

Я добрался до Тенли, схватил ее под руки, поднял и увел в сторону. Её мать продолжала кричать, плакать и бить свою дочь. Я двинулся вперед, чтобы помочь ей, когда несколько мужчин, в которых я узнал местных полицейских, чьи дети, по всей видимости, учувствовали в спектакле, бросились к ней. Я отступил назад, когда им удалось схватить ее. Она вырывалась и продолжала звать Эдди. Пока она боролась, одна из лямок ее платья упала с плеча, обнажая грудь. Я отвернулся.

— Посади ее в машину, Билл, — сказал один из мужчин. — Похоже, что у нее гипотермия, — мужчина по имени Билл снял свою куртку и обернул ее вокруг плеч матери Тенли, которая продолжала бороться, но уже не так сильно.

— Вы сможете отвезти нас в больницу? — спросила их Марло.

Я оглянулся на Тенли.

— Я провожу тебя домой, — сказал я ей.

Она даже не взглянула на меня. Ее глаза все еще были сосредоточены на маме и сестре. Я тоже повернул голову в их сторону.

Марло огляделась по сторонам, пока мужчины начали выводить ее мать из школы. Заметив нас, на ее лице отразилась паника, она явно не хотела оставлять сестру одну. Я взял Тенли за руку.

— Я провожу ее домой и удостоверюсь, что она в безопасности, — сказал я.

Марло посмотрела на Тенли, и та одобрительно кивнула. Она слегка расслабилась и произнесла:

— Ладно, теперь моя очередь. Встретимся дома, — сказала Марло.

В ответ Тенли снова кивнула, и печаль на ее лице потрясла меня.

Когда ее маму вывели из школы, я снова взглянул на нее. Похоже, она была в шоке, ее щеки стали ярко-розовыми, шея покрылась красными пятнами, и она продолжала смотреть вперед, туда, куда только что, увели ее мать.

— Тенли, — мягко сказал я, когда она вытащила свою руку из моей.

Ее взгляд устремился ко мне, и горе, которое я там увидел, сильно сдавило мою грудь, я чуть было не поднял руку, чтобы помассировать то место, где ощущал боль. Она выглядела потрясенной, когда ее взгляд медленно блуждал по вестибюлю, в котором люди все еще смотрели на нее и шептались, не заботясь о том, что их могут услышать.

Сумасшедшая… У них была интрижка много лет назад… Все стало хуже… Какой позор… Это отвратительно…

Как бы я хотел, чтобы они все заткнулись. Тенли этого не заслужила.

— Тенли, мне нужно предупредить кое-кого, что я ухожу, а потом я провожу тебя домой, хорошо? — Она взглянула на меня, в ее глазах отразилось понимание чего-то. Но она оставалась спокойной и выглядела опустошенной. — Ладно, — подтвердил я. — Сейчас вернусь. Оставайся здесь. Я скоро, — повторил я.

Я развернулся и направился Шелли. Конечно, я не был обязан отчитываться перед ней, но решил, что должен ее предупредить, это был достойный поступок. Но затем я услышал, как позади меня хлопнула дверь. Я оглянулся, Тенли исчезла. Дерьмо. Я посмотрел на Шелли, которая стояла недалеко от меня и выжидающе смотрела. Я ненадолго остановился, а затем развернулся и побежал за Тенли.

Слезы потекли еще до того, как я сделала три шага за дверью школы. Внезапный порыв холодного ветра почувствовался, как пощечина. Это было похоже на физическую версию того, что я только что пережила эмоционально, перед большинством учеников и их родителями — унижение и глубокий позор. Я побежала быстрее, ветер ударял по моей коже, как лезвие бритвы, мои ноги скользили по ледяной дороге.

— Тенли! — позади послышался голос.

Кайленд. Глупый Кайленд, который сидел в двух сидениях от меня в темном зале, пока другая девушка ласкала его под пиджаком, накинутом на колени. И я не имела права ощущать жгучую, мучительную ревность. Но все же ощущала. Он даже не хотел меня целовать. Он ясно дал это понять, оттолкнув меня, но все же вид его с другой девушкой, причинял боль, которую я чувствовала всем позвоночником. Мне одновременно хотелось заплакать и задушить Шелли… или его, или их обоих, я даже не была уверена кого именно сильнее. Но я не имела права — я не была с ним. Всю свою жизнь я была просто никем и ничем. Моя жизнь была незначительной и бесполезной. И от этого мне было больно.

— Уходи, Кайленд! — закричала я на него, икнув, и прибавила скорость.

— Тенли, перестань! Ты навредишь себе, остановись!

— А тебе какое дело? — проорала я, все еще на бегу, затем поскользнулась и выставила руки в стороны, чтобы удержать равновесие и не упасть.

— Тенли!

Я услышала, как он догоняет меня, поэтому нагнулась и загребла снег ладонями, затем повернувшись, запустила в него снежный ком, издавая при этом рыдание. Я вела себя, как капризный ребенок, я знала это. Но все же, мне было нечего терять. Снежок попал ему в плечо, я развернулась и продолжила бежать, мои шаги были неуклюжими и неуверенными из-за снега.

— Боже, Тенли! — прокричал Кайленд.

Я обернулась и загребла больше снега, снова и снова бросая в него снежки. Он уклонялся, ругался, но продолжал идти в мою сторону. Я снова развернулась и побежала. Сделав три шага мои ноги подкосились, и я рухнула в сугроб справа от меня. Я закричала, а затем осталась лежать там, всхлипывая, глядя на ясное зимнее небо, пока на мое лицо падали крупные снежинки. Я чувствовала себя совершенно опустошенной и одинокой. Я услышала шаги Кайленда, быстро приближавшиеся ко мне, а затем он подхватил меня своими теплыми руками и обнял, вытащив из снега, пока я продолжала плакать.