Чтение онлайн

— У меня много вопросов!

— Задавай, — спокойно ответил незнакомец.

— А как же Высшие? Ты не боишься Хаоса? Тьмы, Света…

— Обитель Хранителя единственное место во Вселенной, где он может отдохнуть и не думать ни о чем. Никто и ничто не способно услышать его внутри. И мы сейчас в ней, Эл. Потому я вот уже двенадцать лет пытаюсь тебя направить сюда.

— Двенадцать?

— Да, с того самого дня, как подсказал оружейнику Хартелу в Танаре продать тебе именно мое оружие. Продать за небольшие деньги.

— Что значит подсказал? — удивился я. — Ты и есть эльфийский кузнец Битаниэль?

Мысли и вопросы кружили в голове вразнобой, я не знал с чего начать и мне это совсем не нравилось. Выручил незнакомец:

— Давай я тебе расскажу как все обстоит на самом деле, а уже дальше ты будешь спрашивать, то, что непонятно.

Я утвердительно кивнул и Битаниэль-Хранитель начал свой рассказ.

— Мир, Вселенная. Все, что нас окружает, зиждется на определенных законах. Основа — противодействие Света и Тьмы. Иногда вверх берет Свет, иногда Тьма. Когда одна сторона значительно усиливается, начинается необратимый процесс — сильный становится еще сильнее, а слабый, соответственно, слабее. В такие моменты в игру вступает третья Сила, именуемая Равновесием. Хранитель Равновесия обладает инструментами сдерживания обоих сторон. Их много. В частности, одно из них ты наблюдал — твоя школьная подружка Тая Лито. Ее душа была использована для создания Истока. Исток — это неполноценный участник игры. Некоторое время он существует и развивается не осознавая себя. Он считает, что он обычный человек, эльф, да кто угодно. По сути, он зародыш будущей Великой сущности, но всегда изначально на стороне Света, так как порожден им. Его назначение — вернуть баланс сил.

— Я думал, Великих сущностей всего четыре…

— Нет, Эл. Их бесконечное множество. Ты, я — мы тоже Великие сущности, но несколько другого плана. Мы — Хранители миров. Знаю, ты сейчас начнешь сыпать вопросами, но пока придержи их.

Я покорно кивнул, хотя, действительно, хотел уточнить многое.

— Кроме трех главных сущностей, будем называть их пока так, есть Хаос. Он непостижим. И это, пожалуй, главный двигатель всех процессов во Вселенной. Без него, однажды бы все пришло к компромиссу и миры застыли бы в определенной точке, найдя устойчивое состояние и лишившись дальнейшего развития. Однако Хаос вносит свои коррективы, подчас такие, что способны разрушить целый мир, или создать абсолютно новый. И он же является главным судьей. Хаос единственный, кто способен уничтожить любую сущность, вплоть до трех основных. Пока понятно?

— Вроде бы. Расскажи побольше о Хранителях?

— Я как раз к этому и веду. Но давай придерживаться порядка. Сначала нужно упомянуть о сущностях-слугах. Сами по себе Свет и Тьма не имеют способов воздействия на тот или иной мир, их волю реализуют исполнители и последователи. С самым низшим звеном этой цепочки ты уже знаком — это адепты, посвятившие жизнь служению той, или иной силе. Они вполне смертны, и ты это знаешь сам, поскольку уничтожил достаточно их представителей. Затем идут посланники, которые вполне материальны, но уже условно бессмертны. Им может стать маг, который успел постичь за свою жизнь больше, чем должен был. Им может стать особо рьяный адепт, который сделал что-то выдающееся по прямой воле той или иной стороны. Как пример неудачного становления посланника — Баренс и Дроммель. Пример удачного — Михаил. Также, по большому счету, любой истинный вампир является посланником Тьмы по умолчанию.

— Расскажи про Михаила.

— С Михаилом все очень не просто, он из-за твоей ошибки сначала стал посланником, а теперь отрабатывает долг в этом мире, присматривая за тобой.

— Что еще за ошибка? — удивился я.

— Об этом позже, когда мы будем говорить о Пантеоне.

Последнее слово странно резануло по ушам, словно я уже его много раз слышал, но не очень любил. Впрочем, я не стал требовать уточнения, а продолжил слушать.

— На следующей ступеньке, между посланниками и сущностями, стоят Исполнители воли. Их множество. К их услугам прибегают тогда, когда необходимо выполнить сложную задачу, такую, как уничтожить целый мир, или наоборот, восстановить. Соответственно первые служат Тьме, а вторые Свету. У Равновесия тоже есть посланники, но их действия не так заметны.

— А у Хаоса?

— Сложно сказать, я уже говорил, что его невозможно постичь. Хотя кое-что известно, например — Случайность. Она не имеет материального воплощения, но может привести к удивительным последствиям. Как например глупый случай с твоей рукой, которую ты сам себе отсек в день Причастия, и который стал одним из звеньев цепи удивительных событий.

— Никакой случайности, — возразил я, — Я сам сбежал в ту помойную яму. И уверен, что если бы не промахнулся, все равно бы пошел на то, чтобы спастись и отсечь себе руку.

— Ты ошибаешься, Эл. Но только потому, что понимаешь меня лишь в общих чертах, как человек, а не как Хранитель. Представь, что епископ бы случайно не выронил кинжал. Представь, что он бы выбрал другую комнату, в которой нет дыры в полу. Представь, что она была бы на одну ладонь меньше. Говорил бы ты сейчас со мной? Именно цепочка случайностей привела к тому, что от тюрьмы твоей души откололся значительный кусок. И она стала всеми силами пытаться защитить тебя, потому что ты, и только ты являешься ключом к своему спасению. Все твои удивительные способности приходили в тот момент, когда ты нуждался в них больше всего, и за это благодари свою душу.

— Это я заметил. Однажды, я даже загадал способность, которую хочу получить, когда собирался вылечить своего друга Крастера. И у меня получилось. Но как моя душа попала в тюрьму?

— Ты уничтожил четырех Исполнителей воли Тьмы, защищая свой мир. Скормил их собственной хозяйке, за что и был наказан Равновесием.

— Мой мир? Ты говоришь о Земле? Значит я был таким же, как и ты? Хранителем…

— Да. Вот мы и перешли к еще одному виду сущностей, к нам с тобой. Мы — уникальны. Хранители способны испытывать весь спектр чувств, поскольку являются сочетанием всех сил одновременно. И все мы разные по содержанию. Формально, мы подчиняемся Равновесию, но фактически в нас превалирует та или иная сторона. В тебе всегда было больше Света, чем всего остального. Я, наоборот, больше склонен к Тьме и Хаосу. Из-за этого мой мир больше темный, чем светлый.

— Тогда почему ты не отдашь меня Тьме? Почему решил пойти на риск и сделать то, из-за чего можешь сам пострадать? — удивился я, — Мне кажется, если о нашем разговоре узнают…

— Потому что мы с тобой едины, — перебил он меня, — Если Хранители перестанут поддерживать друг друга, в нашем существовании вообще не останется чего-либо, кроме как изо дня в день следить, чтобы очередной представитель доверенного нам мира не привел его к уничтожению.

— То есть? — удивился я снова.

— Да, мы занимаемся тем, что поддерживаем мир в том состоянии, которое считаем нужным. И чем меньше вмешивается Хранитель в естественный ход событий, тем лучше. Но, Хаос стремиться к обратному, и постоянно подкидывает нам работу. Как только где-то происходит сдвиг — туда сразу устремляются Свет или Тьма и пытаются обернуть ситуацию в свою пользу.

— Идиотская система. Разве нельзя оставить жителей в покое и дать им самим решать, что делать?

— Этого тебе не понять, пока ты снова не обретешь себя. Хотя, тут все сложнее. Нужно быть Хранителем, чтобы до конца осознать суть, а ты, увы, пока человек. Хотя, ты всегда был таким — своенравным. В твоем мире почти не было сильных богов, потому что ты постоянно стремился все сделать, как хотелось тебе. Ты их практически искоренил, и сам стал богом, в своем роде, являясь в образе того или иного просветителя.