Чтение онлайн

Например, они открыто осуждали образ жизни этого кочевого народа. У хаттайцев не было какого-то постоянного дома или городов, за исключением столицы, с труднопроизносимым названием Карагымалак-Ош. Их стандартные поселения представляли собой стойбище, состоящее из можества переносных палаток. Мне, почему-то, при их виде на картинке, пришло на ум слово юрта. Наверное, в какой-то своей прошлой жизни я уже сталкивался с похожими народами и их бытом. В том, что все приходящие мне на ум слова имеют такое происхождение, я больше не сомневался. Мощное видение, пришедшее после смерти лича, достаточное многое для меня объяснило. Я уже соскучился по ним, но за последние два года меня они ни разу не посещали. Надо постараться убить какую-нибудь сильную нежить в будущем и освежить воспоминания. Но сначала я должен достать камень.

Что касается языка, он мне дался не сложнее халифатского, а в чем то даже и проще. Здесь не было каких-либо сложных суффиксов и времен, а присутствующая в учебнике транскрипция вполне позволяла тренировать произношение. Хаттайцы жили в гармонии с природой и не очень любили менять свои устои, держась подальше от технического прогресса, а потому обновление их словаря проходило крайне медленно. Это больше была духовная нация, в основе которой лежал культ поклонения Матери-змее и ее заветам.

Верующими были все кочевники без исключения, а Главным жрецом выступал сам Император. Система престолонаследия не была потомственной. Когда умирал очередной правитель, все желающие унаследовать его трон собирались в степи у подножья священной горы Кашум. Здесь проводилось нечто вроде турнира между кандидатами, однако бои велись не до смерти, а единого победителя в них не было. Сила и ловкость были лишь подтверждением качеств будущего монарха, но никак не определяющим фактором.

Кроме вышесказанного, он должен был иметь хорошее образование, прекрасно разбираться в политическом устройстве, экономике и многих других областях, если хотел стать правителем. Обычно таким кандидатом был глава того или иного хаттайского племени. Экзамены проводил жреческий совет, который располагался все в том же пресловутом центральном храме, попасть в который теперь казалось гораздо сложнее, чем мне представлялось изначально.

В общем, задачка предстояла не из легких. Усугублялось это тем, что составители учебников так и не смогли проникнуть в сердце империи к ее святыням, а потому самую ценную информацию придется получать от Михаила, либо же осваиваться на месте. Был конечно вариант попробовать убить императора, но во-первых это казалось мне не совсем правильным решением, а во-вторых, даже если я замаскируюсь под хаттайца, где мне взять целое племя, чтобы возглавить его и поучаствовать в состязаниях? Проводить годы, в этих землях и обживаться своим собственным родом мне совсем не улыбалось.

Я отложил учебник в сторону, решив пообедать. Крастер оставил мне свой мешок с домашней стряпней, которую необходимо было съесть до того, как она начнет портиться. И, неожиданно, мои взгляд упал на стальную руку Дроммеля, которую я так подробно и не осмотрел, откладывая это на потом. Если здраво посудить, я вообще не видел в этом смысла.

Как же я ошибался! Не уверен, что Дони знал об этом, но видимо он доверился своему внутреннему чутью. При ближайшем рассмотрении механизма, мной обнаружилось маленькое и, практически, незаметное клеймо, нанесенное внутри одного из сколитных гнезд.

Вот только я уже его однажды видел.

Долгие годы при мне находился стилет мастера Битаниэля, мое первое оружие, купленное на самостоятельно заработанные деньги в то время, когда я жил в катакомбах среди изгоев. Оружие, которым я совершил свои первые убийства священников, оружие которое мне напоминало о рано ушедших из жизни родителях.

И только когда я выучил эльфийский язык, мне удалось прочитать имя, что пряталось в причудливой вязи на гарде тонкого кинжала.

И это было оно! Несомненно. Казалось бы, ну подумаешь, мало ли мастер создал при жизни работ, если бы не одно "но".

Впервые я прочитал о легендарном эльфийском кузнеце еще в шесть лет. Это был сборник сказок, и до встречи с Юфином я его считал таким же придуманным героем, как и моего любимого Марека, что побеждал великанов.

Однако, мой наставник, во время плавания на каравелле Джаиля, рассказал, что Битаниэль существовал на самом деле. И, не смотря на то, что он был эльфом — в войне с некромантами, представлявшими его родной народ, он поддержал именно людей, научив их изготавливать многие вещи, передав секреты не только кузнечного дела, но и множества других областей.

Позже, когда я изучал книги из библиотеки Длани, мной находилось множество подтверждений того, что Битаниэль действительно был реален. И все бы ничего, но эти события происходили более шестиста лет назад… Уже тогда упоминалось, что мастер имел почтенный возраст даже по эльфийским меркам, давно перевалив за тысячу лет.

Средний период жизни обычного эльфа около семиста лет. Как и у всех народов среди них есть долгожители, имеющие за плечами десять веков. Обычно это убеленные сединами старцы, которые уже не неспособны заниматься ничем, кроме как плести интриги и поучать уму-разуму младшие поколения.

Но я сам видел чертежи заказа этой руки и дату на ней! Совершенно точно, что она уже была изготовлена, когда я появился на свет. И если ее сделал Битаниэль, то выходит, что ему больше, чем тысяча шестьсот лет! И, несмотря на это, он все еще способен ковать и создавать невероятные вещи, которые можно считать своего рода артефактами.

Допустим, он умеет продлять жизнь магией, но ведь не настолько! А значит, либо он совсем не эльф, либо обладает каким-то даром как у меня. Есть еще одно объяснение. Он истинный вампир, как Сиала Камиста. Но тогда многое не сходится. Вампиры не помогают ни людям, ни эльфам, а совсем наоборот. Случай с Сиалой единичный, и она бы уж точно рассказала мне об еще одном сыне Тьмы, который отрекся от матери.

Загадка… Казалось бы, зачем мне все это? Ведь Битаниэль никак не затрагивает мой Путь. Но в последнее время я все чаще стал задумываться о том, что мне делать если я смогу выжить и довести эту Великую игру до конца? Все мои друзья когда-то умрут естественной смертью. Почему-то мне кажется, что вечно продлять жизнь своим близким людям я не смогу. Ведь даже могущественные маги рано или поздно умирают. И если когда-то наступит такой момент, то кто останется рядом со мной? Сиала и, быть может, Михаил. Еще Тая Лито, но я пока в этом не уверен.